Читаем Орел и Ворон полностью

Отстав шагов на пятьдесят от ротмистра, уже поравнявшегося с развилкой, ведущей к низине, я нырнул в рожь с дороги так, чтобы преследователи немца не смогли сразу разглядеть смятые мной колосья… Заполошно дыша, я воткнул в землю все шесть бронебойных «гостинцев», после чего дернул тетиву указательным пальцем правой, проверяя натяг. Вроде все хорошо…

Интересно, а Себастьян согласился бы на мою придумку, если бы знал, что учился я стрельбе из лука в далеком отрочестве и до настоящего мастерства мне даже тогда было ой как далеко? И что, взяв лук в руки уже перед самым нашим «паломничеством» к старцу Иринарху, я едва вспомнил, как увязывать ремешки-петли с тетивой хорасамским узлом?! После чего пару стрел выпустил, едва попав цель с тридцати шагов? а уж затем и выезжать пришлось?

Наверное, все же стоило взять пистоли – вон как фон Ронин лихо палит из них! Да только вот пистоли с их сложными колесцовыми замками я в жизни ни разу не держал. И потому родной лук, стрельбе из которого я все-таки учился, показался тогда лучшим выбором…

– Панове!!!

Громкий окрик рейтара оборвал мои мысли, заставив остро пожалеть, что я не могу видеть, что сейчас происходит у телег! Заодно некстати вспомнилось о калантарях и мисюрках, оставленных в седельных сумках наших заводных кобыл… Лисовчики что-то негромко ответили Себастьяну, а затем грянул выстрел! Спустя короткое мгновение – еще один; ему вторят злобные мужские крики и еще один истошный женский визг. Тревожно заржали лошади, послышался дробный топот копыт Стрекозы, уносящей ротмистра…

А затем в третий раз грохнул пистоль.

– Пся крев! – закричал кто-то из ляхов, а я закусил губу, размышляя над тем, кому принадлежал последний выстрел: немцу, с которым мы договаривались только на два, или кому-то из лисовчиков?

Однако следом еще дважды бахнули самопалы, и я перестал гадать, припав к земле и наложив на тетиву первую стрелу… После чего принялся напряженно ждать, одновременно с тем горячо взмолившись к Богородице о заступничестве и сохранении фон Ронину жизни. Хоть и иноземец наемник, но малый честный и верный, да и меня разок уже успел выручить!

Вновь различив дробный грохот копыт перешедшей на галоп Стрекозы, я облегченно выдохнул; окончательно же меня отпустило, когда я увидел в седле фон Ронина, распластавшегося на холке и отчаянно подгоняющего кобылу плетью… Жив!

Спустя пару ударов сердца следом за немцем мою засаду проскочили четверо всадников, и ни одного из тех, кого я видел ранее, среди них не оказалось.

Значит, третий выстрел принадлежал все же фон Ронину!

Ляхи меня не увидели, проскочив мимо вытоптанной во ржи тропки, и, как только они проскакали вперед, я пружинисто выпрямился, одновременно с тем расставив ноги на ширину плеч и развернувшись левым боком к лисовчикам. Все как когда-то учил меня отец… Вскинув лук на уровень плеч, я с некоторым усилием оттянул оперенный конец стрелы к правому уху, прочертив взглядом линию ее полета к спине ближнего всадника…

И разжал пальцы.

Свистнула, отправляясь в короткий полет, стрела с бронебойным наконечником.

Вскринул лях, в спину которого она вонзилась! В левый бок, но не со стороны сердца, куда я метил, а ниже и чуть левее; еще немного, и пролетела бы мимо… Всадник начал заваливаться назад, его товарищи обернулись, еще не успев понять, что с ним произошло…

А я уже выдернул из земли следующий «гостинец», наложив на тетиву.

Первая моя жертва вывалилась, наконец, из седла. Только теперь обернувшись назад, один из ворогов разглядел меня среди ржаных колосьев, и, оглушительно свистнув, осадил коня, разворачивая его назад.

Всего на мгновение замерев на дороге…

Мне оказалось его достаточно.

Вторая стрела, выпущенная с небольшим упреждением (чуть правее и выше – отец учил, да я запамятовал), ударила лисовчика в живот, заставив его пополам согнуться в седле… Вместе с проклятиями изо рта ляха (или литвина, кто же разберет?) полились струйки крови; одарив меня последним яростным взглядом, он свалился под ноги вороного красавца жеребца.

Но оставшаяся пара разбойников продолжила преследование Себастьяна, не отвлекаясь на меня…

– Эй, выродки собачьи, пошто товарищей бросили?! Я их сейчас рубить буду!!!

На мой громогласный окрик обернулись оба лисовчика. Переглянувшись между собой, они разделились, но, покуда мой противник до меня доскакал, я уже успел добежать до гнедой кобылы сраженного первым ляха и лихо вспрыгнул в седло.

– Пошла, родимая, пошла!

Лошадь, неохотно повинуясь понуканиям незнакомого всадника, все же тронулась вперед, и практически сразу мне пришлось перекрыться от лихого, рубящего на скаку удара! Лезвие вражеской сабли высекло искру, встретившись с плоскостью моего клинка – клинка, воздетого рукоятью вверх и направленного острием к земле… Весьма удобный для последующего замаха блок! И как только шляхтич проскакал чуть вперед, я от души, с оттягом рубанул вдогонку, перехлестнув шамширом спину ворога от левого плеча к правому боку…

Перейти на страницу:

Похожие книги