Всюду ширились безлистные леса. Голые деревья окружали всё непроходимой стеной. И эта стена ощетинилась ветками и сучками, словно сами деревья сковало от жуткой боли. Тут всё было как в страшной сказке про ведьм: жуткая погода, серая атмосфера и деревья, внушающие ужас одним своим видом, больше напоминающие сказочным монстров. Серые, облезлые, покрытые странной корой они являлись единственной растительностью в округе.
У деревьев лежали кучи серого грязного снега, подтёкшего и обледеневшего от вечных перепадов температур.
По дороге шагали колонны людей, мешая ногами мутную грязную кашицу из воды и хлопьев снега, наполняя эту местность хоть какой-то живизной. Все, кто шёл по этой дороге с опаской смотрели на полумёртвую деревянную стену, взращённую на химических дождях и пропитанной ядовитой землёй. И повод опасаться был у всех, ибо в глубинах этого лесного массива жили те, кто был, окончательно отвергнут обществом, или принял решение уйти в эти места, поистине создавая, свои маленькие полудикарские королевства, разросшиеся до уровня «регионального геморроя». Тут жили все: сектанты, объединения маньяков и убийц, общины сумасшедших, преступные синдикаты и фанатики собственных идеологий, решивших создать свой маленький мирок, да и просто обезумевшие дикари. И зачастую те, кто таился во тьме уродливых лесов, спешили выйти на большую дорогу и устроить самый настоящий грабёж и разбой, зачастую устраивая террор и насилие. Этакие лесные дикари, которые рождены «миром Прав и Свобод», пользуясь статьями законов на полных правах уходили в леса. И никто не смел их остановить, ибо они «воспользовались священным «Правом» вести отшельническую жизнь, вдалеке от цивилизации, которая и дала им это Право». И не важно, что человек уходил туда грабить, убивать или предаваться похотям, ибо главное – «Право». Да и порой люди просто впадали в безумие от украшающего их мира и бежали в обезображенные леса, где это сумасшествие только ширилось, выливаясь в апофеоз всей либеральной мысли – отсутствие границ и абсолютная Свобода от всего.
Людям на границе приходилось защищаться, чем только можно. Порой завязывались самые настоящие битвы за дорогу. И если бы не сердобольные добровольческие дружины, то картина смертей и боли была б куда страшней.
Те, кто взял в руки оружие, вооружился всем, чем может и надел самые примитивные «доспехи» и добровольно пошёл на дорогу, назвали – дружинниками, ибо больше никто не мог взять на себя защиту обычных людей.
Полиция занималась охраной тех, кто причислял себя к «Вестникам Свободы». Сообщества зоофилов, феминисток, копрофилов, ЛГБТ и т.д. подлежали особой защите и за ними следили как за бриллиантами, ибо они, как говорил Гранд-Федеральный Закон о «Всяком обеспечении сохранности «несущих свободу»: «Вестники свободы, а значит и сам вектор прогресса, должны быть обеспечены всем самым лучшим, в том числе и передовыми средствами защиты, ибо первостепенная задача по защите и поддержания самой Свободы». Верхушка либеральной власти пытается изо всех сил сохранить тех, кто самим своим существованием попирает старую мораль или «Тоталитарную рабскую духовность».
Для них предусматривались специальные автобусы, с защитным бронированием, конвои со спецназом и солдатами. Порой перед поездкой в другой регион «Вестников Свободы», Культ Конституции инициировал зачистки таких лесов. Тех, кто был рождён свободой, её наименовался без жалости, по закону «Всяком обеспечении сохранности «несущих свободу, уничтожался во имя свободы. Команды зачистки, вооружённые огнемётами проходили адским пламенем по лесам, оставляя за собой лишь горы пепла и тел, прогоревших до хруста, ибо «сей жестокий поступок должен дать защиту более прогрессивным Вестникам Свободы, а значит поспособствует утверждению всяческой свободы в общем».
И для обычных людей, что пересекали подобные лесные массивы свобода-дикарского ужаса, эти «законы» кажутся сущими издёвками. Часто из окон настоящих броневиков помпезно-ядовито размалёванных и безвкусно раскрашенных «Вестники Свободы» улюлюкали, кричали и издевались над теми, кто был по ту сторону окна. Для «Вестников Свободы» обычные люди стали лишь «слугами раболепской идеи традиционной морали, не способной к прогрессу»
Всё это удручало. К серой атмосфере прибавлялось издевательство теми, кто по сути был неприкасаемыми. В совокупности это порождает такое тотальное уныние, что многие готовы свести счёты с жизнью от осознания этих фактов. И порой некоторые не выдерживали. Кто-то, при видя всей этой фантасмагории либерального абсурда, глотал стекло, кто-то удушал себя ремнями и галстуками, а некоторые просто навалились дешёвого яда и помирали в страшных мучениях.
А вольная дорожная дружина ничего не могла с этим сделать. Только оттаскивать мертвецов к обочине и закапывать по возможности на охраняемых кладбищах, ибо секты каннибалов и людоедов охотились за «свежей человеченкой».