Читаем Павел и Авель полностью

– Лучше представьте себе сударыня, от чего вы отказываетесь! Это вечная молодость! Я могу не только состарить человека, но и омолодить его, и заставить всегда выглядеть на столько лет, на сколько он сам захочет! В кого вы превратитесь лет через двадцать – особенно в холодной и мрачной России, где женщины моментально обращаются в сгорбленных годами старух? А я способен сохранить вас юной и прекрасной навечно! – барон в этот момент очень походил на Сатану.

– Не может быть! – Лиза охнула, в ее сердце неумолимо начал разгораться пламень желания, нет, просто жажда, неутолимая жажда вечной юности.

– Посмотрите на мое лицо – ни одной морщины! – барон на секунду снял маску, дабы Лиза удостоверилась в его словах, его лицо, и вправду без морщин, напоминало морду хищной птицы. – А седина – это просто краска.

Несколько секунд Лесистратова размышляла. Предложение черного барона было необычайно заманчиво, но для того чтобы его принять, нужно было пожертвовать очень многим, и прежде всего душевным спокойствием, на что она пойти никак не могла, даже ради такого прекрасного в своей негативной ауре кавалера. Необъяснима все же дамская логика. Ну как казалось бы можно променять вечное цветение молодости на эфемерный душевный покой. И все же…

– И все же, сударь, я говорю вам – нет! Нет и нет! – Лиза нагнула голову, ожидая что после этих слов в нее непременно ударит молния.

– Несчастная, противиться мне? Ну что ж… Схватить ее! Заточить! Не выпускать! Вы узнаете, сударыня, всю силу моего гнева! – барон, несостоявшийся лизонькин мессир, хлопнул в ладоши и неведомо откуда появившиеся стражники уволокли ее прочь.

Краем глаза Лесистратова заметила, как на помощь к ней пытались пробиться граф Г., отчаянно рубившийся со стражей, и даже кажется кого-то заколовший, и Морозявкин, размахивавший руками и вопивший как оглашенный, но ничто не помогло. Дворец дожей был соединен с темницей посредством моста вздохов, который назывался так потому, что именно по нему проводили заключенных в тюрьму. Сей мрачный мост с крытой галереей зловеще нависал над каналом Рио ди Палаццо. Несчастные родственники осужденного бросали на него последний взгляд через зарешеченное окошечко и испускали последний вздох – оправдательных приговоров выносить тогда было не принято.

Вскоре с местным правосудием ознакомилась и Лесистратова, скоротавшая ночь в тюремной камере. Комедия суда, в которой ей довелось поучаствовать, была весьма похожа на те самые «Комедии дель арте», которые разыгрывались в местных театрах. Казалось, что это те же актеры, которые просто сменили костюмы и грим.

Наследники суда инквизиции, или «Совета десяти», моментально постановили, что сеньорита Лесистратова виновна во всех смертных грехах и достойна самого сурового наказания. Негодяй барон тут же клятвенно засвидетельствовал, что самолично видел как распущенная Лесистратова не только соблазняла всех несчастных, имевших неосторожность оказаться возле ее юбки, но и носила маску как во время Карнавала, так и до него, за что согласно декрету «Совета десяти» полагалось суровое наказание – публичная порка на площади Сан-Марко и изгнание на четыре года с территории Венецианской Республики. Однако барон, пожевав сухими губами, рекомендовал не прибегать к столь тяжкой каре, которую следовало заменить только ссылкой.

– Сеньора, в наказание за вашу развращенность и распущенность вы приговариваетесь к заточению… Куда вы хотите чтобы вас сослали – в публичный дом или же в монастырь? – поинтересовался инквизитор с любопытством.

Несколько секунд Лесистратова колебалась, ее мысль отчаянно металась между двумя этими ипостасями. Наконец, как ей ни хотелось пожить свободно и развязно, не прислушиваясь к занудливым велениям долга, она все же выдавила из себя:

– В монастырь!

– Быть по сему! – подвел итог судья.

Морозявкин и граф Г., тогда с большим трудом выбравшиеся из рук местной стражи, проводили влекомую тюремщиками мимо зарешеченных окошек Лизу печальным взглядом и не менее печальным вздохом, как и предписывалось многовековой традицией, а она послала им на прощание воздушный поцелуй.

Дабы спасти товарку из цепких лап местного правосудия следовало держать военный совет. Этим Вольдемар с графом и занялись в кафе «Флориан», в котором бывали все венецианские знаменитости. Откушав ризотто с телятиной, поленту из кукурузы и вкуснейшую печень по-венециански с луком и анчоусами, дабы привести в должный порядок мысли и успокоить нервическую систему, приятели принялись обсуждать, как бы вызволить несчастную из узилища.

– Ты вызнал, куда ее уволокли? – поинтересовался Морозявкин сумрачно, умяв две тарелки рыбного супа «Zuppa di pesce» кряду и приступив к весьма распространенной в Венеции «Pasta e fagoli», состряпанной из макарон и фасоли.

– Да, в монашескую обитель. В женский монастырь Санта-Мария-дельи-Анджели, сырое и мрачное узилище, как сказывают аборигены.

Перейти на страницу:

Все книги серии Необыкновенные приключения графа Г. на сломе веков

Сказ о тульском косом Левше и крымской ай-Лимпиаде
Сказ о тульском косом Левше и крымской ай-Лимпиаде

Государь император Александр Павлович после Венского конгресса путешествовал по Европе и увидев у англичан на подносе чудо – миниатюрную ай-Лимпиаду, сработанную знаменитым мастером Сивым Жопсом, повелел устроить в Крыму (Таврии) в 1816 году. Олимпийские игры на манер древнегреческих ристалищ. Граф Г. и его приятель Морозявкин, а также служащая Тайной экспедиции Лиза Лесистратова при участии донского казака Платова и мастера Левши берутся построить олимпийские сооружения в кратчайший срок.Из-за знаменитого «года без лета» (после извержения индонезийского вулкана) вместо летних Игр приходится устраивать зимние, выкупать земли у агрессивных местных аборигенов, заботиться об экологии, спешно строить канализацию, нанимать самолучших иностранных тренеров, искать спортсменов-олимпийцев по окрестным селениям, решать проблемы с постоялыми дворами («ай-лимпийская деревня»), с гошпиталями для травмированных, с веселящим дурман-зельем – допингом и проч. Подбираются крикливые комментаторы с губерний, бегуны («Зайка») и силачи («Ванька Полудубный»), иностранцы жалуются что борцы-кавказцы – настоящие звери, ружья русские чистят кирпичом, а олимпийским духом тут и не пахнет, местная Баба-яга отмечает что всюду русский дух. Государь с графом Нессельроде проводят инспекции ай-лимпийской стройки.С огромными усилиями царский бюджет оказывается распилен и все стадионы и лыжни сданы в срок. Открытие ай-Лимпиады проходит с матрешками, тройками и балалайками, из самой Греции везется олимпийский огонь. Тут же изобретаются биатлон и марафон по снегу в снегоступах, но так как иностранные судьи оказываются неподкупны, а крепостные россияне ленивы от природы («Мы никому ничего не должны»), победа российских ай-лимпийцев вызывает большие сомнения. Левша берется подковать их всех, граф обещает всем вольную, казак Платов раздает тумаки и грозится запороть – и наконец-то россияне побеждают и забирают максимум наград. Торжественное награждение всех от лица императора и церемония закрытия ай-Лимпийских Игр в виде закрытия ворот в Таврию, калитки стадиона и сундука с наградами, завершает сказочные соревнования.

Андрей Баранов

Юмор / Юмористическая проза

Похожие книги