Читаем Клык и коготь полностью

По-прежнему безмолвная, она приняла ее и пропустила через пальцы. Во всех камнях были просверлены крохотные дырочки, и золото, пропущенное через них, делало петли, которые соединялись со следующим звеном цепочки. Цепочка была завязана узлом, и Селендра распустила его. Это действие вернуло ей состояние покоя, теперь она понимала, что глупо было приходить в такую ажитацию, потому что Шер был ей почти как брат и его комплименты были лишь поддразниванием.

– Ты прав, это, должно быть, работа Яргов, – сказала она, возвращая цепочку. – Это самая прекрасная вещь, что я видела.

– Тогда возьми ее, – сказал Шер, улыбаясь. – Прекрасные девушки должны носить прекрасные вещи.

Она подняла взгляд, их глаза встретились. Казалось, что ее сердце бьется быстрее обычного и ей не хватает дыхания. Она даже задумалась – не собирается ли она зардеться, хотя Шер не касался ее и вообще не сделал ей ничего, кроме как отвесил один из своих обычных комплиментов. У него просто такая манера общаться. Ей бы пора уже привыкнуть к ней, строго сказала она себе.

– Что же я буду делать с этой цепочкой? – спросила она. – Это же не шляпка и не горжетка, я не смогу ее надеть.

– Это же мода, а не закон, – сказал Шер. – Она хорошо смотрится на твоей чешуе. Селендра… – он сделал еще один шаг к ней.

– К тому же она – твоя, все это золото – твое, оно на твоей земле и принадлежит тебе по праву, – сказала Селендра, отступая на шаг и почти прижимаясь спиной к стене.

– Если оно мое, то я могу раздавать его, как захочу, – сказал Шер.

– Нет, оно мое, я его нашел! – запротестовал Вонтас.

– Мы поделим его поровну, – сказал Шер. – Ты нашел что взять с собой? Одну вещь, которую легко нести.

– Я нашел корону Великого Томалина, – сказал Вонтас, нахлобучивая золотой кружок на голову.

– Тебе идет, фруктоед, – заметил Герин.

– Ну, как? – спросил Вонтас.

– А так, что Великий Томалин был взрослым драконом, и корона, которая впору тебе, была бы для него маловата, – сказал Герин.

– Тогда, может, она принадлежала его драгонету. Как называют драгонетов Великого, тетя Сел?

– Почтенными, – сказала Селендра уверенно, отчего Шер сдавленно фыркнул.

– Ну, нет, – настаивал Вонтас. Драгонеты Благородных – Досточтимые, так ведь? Так что у Великих дети должны быть кем-то повыше, чем Почтенные. Мы же Почтенные.

– Наследник Благородного – Сиятельный, а наследник Сиятельного – Досточтимый, – сказал Шер, который был Сиятельным до смерти его отца. – Наследник Великого был бы Высочеством, а все остальные – Высокородными.

– Высокородный Вонтас, – сказал Вонтас задумчиво. – У нас еще остались Высокородные.

– Мы не собираемся остаться в пещере до весны? – надменно спросил Герин, держа одним когтем золотую шкатулку.

– Оберни цепочку вокруг лапы, – посоветовал Шер Селендре, подбирая толстый жезл, густо усыпанный бриллиантами. – Не знаю, для чего это, но я возьму его. Потом договорим.

Селендра аккуратно пристегнула цепочку. Она не сможет носить ее так, хотя выглядит роскошно. Может быть, удастся приладить ее к вечерней шляпке, как Геленер делала это с блестками. А может, она будет просто спать на ней, как на своем золоте. Она старалась не думать, о чем Шер хочет с ней говорить. Сначала надо выбраться из пещеры, а потом уж она будет беспокоиться о том, не поняла ли она ситуацию неправильно.

Шер повел их по проходу, предупреждая о ямах. С хромающим Вонтасом и Герином, нагруженным тяжелой шкатулкой, Селендре в этом новом просторном проходе проще всего было перебираться через ямы, просто беря драгонетов под мышки и перелетая с ними на несколько шагов вперед.

– Узнаёшь уже что-нибудь? – спросила Селендра, когда дети немного отстали, а Шер уверенно выбрал нижнюю ветку на развилке.

– Вообще ничего, но узна́ю, когда вернусь сюда, – ответил он. – Хотя я и не сомневаюсь, что мы выберемся. Я следую движению воздуха.

Довольно долго не происходило ничего неожиданного. Их путь пролегал по лабиринту проходов с отдельными пещерами, в которых могли поместиться два-три дракона. В одной из них обнаружились неглубокие канавки в полу, будто когда-то ее использовали под столовую с примитивными стоками для крови. В другой пещере они увидели на одной из стен старые следы от факелов. Сокровище им больше нигде не попадалось. Спустя какое-то время, трудно сказать, когда именно, они вошли в еще одну пещеру с сокровищем. Только здесь известняковые зубы уже проросли сквозь драгоценности, сжимая их в нерушимом объятьи.

– Скала забирает сокровище обратно, – прошептала Селендра, прикасаясь к своей цепочке. Они на цыпочках, молча, проследовали через пещеру, которой все были подавлены.

– Как долго они растут? – спросил Герин несколько проходов спустя, но все поняли, о чем он спрашивает.

– Годы, – сказал Шер. – Десятилетия. Столетия. Ты же сам говорил про Великого Томалина. А ты подумал о том, как давно это было?

– Тысячи лет тому назад, – сказал Вонтас. – Тысячи и тысячи. Тетя Сел, волшебство на самом деле существует?

Перейти на страницу:

Все книги серии Мастера магического реализма

Дом в Порубежье
Дом в Порубежье

В глуши Западной Ирландии, на самом краю бездонной пропасти, возвышаются руины причудливого старинного особняка. Какую мрачную тайну скрывает дневник старого отшельника, найденный в этом доме на границе миров?..Солнце погасло, и ныне о днях света рассказывают легенды. Остатки человечества укрываются от порождений кошмаров в колоссальной металлической пирамиде, но конец их близок – слишком уж беспросветна ночь, окутавшая земли и души. И в эту тьму уходит одинокий воин – уходит на поиски той, которую он любил когда-то прежде… или полюбит когда-то в будущем…Моряк, культурист, фотограф, военный, писатель и поэт, один из самых ярких и самобытных авторов ранней фантастики, оказавший наибольшее влияние на творчество Г. Ф. Лавкрафта, высоко ценимый К. Э. Смитом, К. С. Льюисом, А. Дерлетом и Л. Картером и многими другими мастерами – все это Уильям Хоуп Ходжсон!

Уильям Хоуп Ходжсон

Морские приключения / Ужасы / Фэнтези

Похожие книги