Читаем АКОНИТ 2019. Цикл 2, Оборот 2 полностью

— Чукотка потеряна. В сущности, ее больше нет. Этот монстр, какого ещё никогда не видели, выбрался из земли и всё уничтожил. Это чудовищное поражение для нас, милая…

Капитан закрыл лицо руками. Олечка обняла его и увидела лежащую на полу книгу «О сущностях мира». Кто бы там не спорил с Афанасием Никитиным, только опальный философ оказался прав. Безумный человек, описывающий невозможное, единственно предугадал, каков будет конец.

Думая об этом, Олечка чувствовала поразительное спокойствие. Ей было отчаянно жаль всех тех, кто погиб. Жаль Анадырь. Жаль Ланжеронского. Всех, кого убил кракен на корме. Жаль «Дымок», который так бесславно канул в пучину вод.

— Мы вернёмся в Катинград, доложим обо всем, что случилось, а там пусть решают, — сказал капитан Смурин. Он посмотрел на дочь: — Прости, я втянул тебя в этот ужас. Недооценил опасность. Не представляю, что тебе пришлось пережить, милая.

Олечка ответила, что это неважно. Как может говорить о своих бедах она ему, выдержавшему такое жестокое сражение с морскими чудовищами?

Они обнялись. Олечка очень жалела, что тут нет мамы. Последний сон, который девочка видела этой ночью, был о том, как всей семьёй Смурины ходили в зоосад. Три года назад. Там бегемот, точно желая продемонстрировать свои возможности, прямо при них навалил кучу навоза. Олечка тогда очень смеялась.

7

Путешествие завершилось. Дредноут «Кыштым» привёл три оставшихся грузовых корабля с беженцами к конечной точке.

Олечка стояла у окна капитанского мостика, глядя вперёд. Ей хотелось первой увидеть Катинград.

Работа шла напряжённая, офицеры почти не говорили, ограничиваясь обычными деловыми, краткими, словно телеграммы, разговорами.

Постепенно рассеивался туман, солнце тускло светило из-за облаков, точно не могло решить, стоит ли этот мир его усилий. А потом стало ясно, и Олечка увидела плавающий мусор. Он был повсюду, самый причудливый, включая мёртвые тела. Тут и там встречались обломки кораблей, мебель, обгорелые доски, разорванные паруса.

«Произошло кораблекрушение», — поняла девочка, но её сердце вдруг заледенело.

Она уже могла видеть бухту и Катинград, точнее, его руины.

Город перестал существовать, над разрушенными зданиями вился дым, кое-где ещё горело и чадило, и ветер нёс рваные клубы на север.

От Адмиралтейства осталась лишь громадная яма. Что касается бухты, то она была загромождена потопленными кораблями. Сгоревшими, поломанными, смятыми, сбитыми в кучу, слепленными, словно от гигантского давления. Было ли здесь настоящее сражение или флот просто-напросто уничтожили одним ударом? Никто не знал и вряд ли нашёлся бы свидетель.

«Кыштым» остановился у входа в бухту, заглушил двигатель.

На капитанском мостике воцарилась мёртвая тишина. На призывы дредноута город не отвечал, лишь чайки носились над грязными, полными обломков и мёртвых тел водами.

Посмотрев в сторону, Олечка заметила на почерневшем остове полузатопленной баржи шесть фигур в длинных одеяниях. Они стояли рядком и смотрели на дредноут.

Странствующие Дервиши. Загадочные существа, сущность которых покрыта тайной. Были это те самые, которых Олечка встречала в Анадыре, или другие, она, конечно, не знала.

<p><emphasis>СТАНИСЛАВ КУРАШЕВ</emphasis></p><p>ОТСУТСТВИЕ ПЕРЕГОВОРНЫХ УСТРОЙСТВ</p><p>МЕЖДУ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ</p><empty-line></empty-line><p><image l:href="#i_016.jpg"/></p><empty-line></empty-line>

Сегодня фиалковый день.

Впрочем, это любой из нечётных дней, в которые медицинскую сестру зовут Марта.

Её розовая туалетная вода отчётливо пахнет фиалками.

Вообще-то, это я себе придумал, как и многое другое в своей жизни.

Я не знаю, как пахнут фиалки.

Я даже не уверен, какого они цвета.

Это звучит почти как эпитафия на надгробном камне: «Он даже не знал, какого цвета фиалки. Ангелы, плачьте о нем».

«Этот странный русский», — так меня зовёт Марта со своей неизменной доброю улыбкой, улыбкой существа, у которого в жизни нет и не предвидится особых проблем, которая не видела зла и плохо себе представляет, что это такое, и русские ей, очевидно, представлялись именно такими, как я — существами странными, грустными и бессмысленными.

Ее сограждане в тридцать пять лет, очевидно, отличаются от меня, который в те же тридцать пять лет медленно умирает в клинике доброго доктора Шнайдера, куда меня поместили мои человеколюбивые родственники.

Каждый день в своей жизни я просыпался с тяжёлого похмелья, каждый божий день. Я алкоголик с шестнадцати лет, а эликсир вечного бессмертия ещё, к сожалению, не придуман, и поэтому последнее, что мне осталось — медленно и отвратительно умирать.

Я почти не могу ходить, меня измучил мокрый и сухой кашель, кожа и мышцы как будто горят медленным внутренним огнём, и так далее, и тому подобное.

Единственное, чего я хочу, — это бутылку водки, хорошего пива, закуски и пачку сигарет, но всего этого в клинике доктора Шнайдера для меня не существует.

Перейти на страницу:

Все книги серии Журнал Аконит

Похожие книги

Кошачья голова
Кошачья голова

Новая книга Татьяны Мастрюковой — призера литературного конкурса «Новая книга», а также победителя I сезона литературной премии в сфере электронных и аудиокниг «Электронная буква» платформы «ЛитРес» в номинации «Крупная проза».Кого мы заклинаем, приговаривая знакомое с детства «Икота, икота, перейди на Федота»? Егор никогда об этом не задумывался, пока в его старшую сестру Алину не вселилась… икота. Как вселилась? А вы спросите у дохлой кошки на помойке — ей об этом кое-что известно. Ну а сестра теперь в любой момент может стать чужой и страшной, заглянуть в твои мысли и наслать тридцать три несчастья. Как же изгнать из Алины жуткую сущность? Егор, Алина и их мама отправляются к знахарке в деревню Никоноровку. Пока Алина избавляется от икотки, Егору и баек понарасскажут, и с местной нечистью познакомят… Только успевай делать ноги. Да поменьше оглядывайся назад, а то ведь догонят!

Татьяна Мастрюкова , Татьяна Олеговна Мастрюкова

Фантастика / Прочее / Мистика / Ужасы и мистика / Подростковая литература