Читаем Железный шериф полностью

- Три-четыре дня назад. Какой-то городской пижон там, у водокачки, сказал, чтобы я убирался и больше не возвращался. Я ему говорю, вы что, мол, с железной дороги, а он говорит, нет, но якобы от ее имени. Я его спрашиваю, он что, от Большого Мака, а он говорит, нет, но это неважно, мне, мол, надо уезжать. Я ему говорю, Большой Мак сказал, чтобы я брал воду, сколько захочу, а он говорит, нет, нельзя. Ну, тут до меня дошло, что он не знает Большого Мака, и он точно был не с железной дороги, я ему так и сказал. А он вынимает револьвер и приказывает мне проваливать. Я так и сделал.

Вот тогда я и понял, что дело плохо, потому что Большой Мак управляющий этой веткой, и все его знают. Все, кто работает на дороге, не станут плохо о нем отзываться, потому что он с них живьем шкуру сдерет. А Мак - мой друг. Наши отцы вместе мыли золото. Поэтому я ошивался возле водокачки, и они меня заметили. Я же не прятался. Не было у меня причины прятаться. И один из них махнул, чтобы я уезжал, а этот городской - мои глаза еще хорошо видят - этот городской поднял винтовку и убил моего мула. Он убил моего старого Бастера. Мы с Бастером были вместе девять или десять лет. Так он его убил. И меня поцарапал. Так вот, шериф, я не собираюсь уезжать. Не уеду, пока не прикончу одного из них. Надеюсь, это будет тот городской. Я позавчера поймал его прямо на мушку, и тут между нами появляется эта женщина. Она...

- Какая женщина?

- Которая иногда привозит им еду. Пару раз я видел, как она приезжала, иногда на повозке, иногда верхом.

- Молодая, красивая женщина?

- Вроде этого. Зависит от того, что считать красивым, а что молодым. Но симпатичная, я бы сказал, здорово симпатичная.

Старик пристально посмотрел на Шанаги. - Вы - тот самый новый парень, о котором я слышал. Приехал и тут же стал шерифом.

- Никто не брался за эту работу.

- Еще бы! Особенно, когда Рик ранен.

Шанаги собирался было отъехать, но слова старика остановили его. - Вы говорите, что Рик ранен? - Он изучающе поглядел на старика. - И вы знаете, где он?

- Я-то? Конечно знаю. Лучше меня никто не знает! - Старик засмеялся. Он тут беспокоится и мучается, а я ему все втолковываю, чтобы он не волновался, что ситуация у тебя в руках!

- Где он?

Старик скосил голову. - Где? Ты, конечно, хотел бы знать. Да и те парни у водокачки много бы отдали, чтобы узнать, где он. - Старик с довольным видом снова засмеялся. - Он был у них в лапах. Прямехонько у них в лапах. Весь спеленутый, как рождественская посылка, а я залез и вытащил его! Тебе бы на них тогда поглядеть! Носятся туда-сюда, как обезумевшие куры! А та женщина бесилась так, что ее впору было связывать. Вот уж она им показала!

Шанаги затаил дыхание. Он покосился на Джейн. Ее глаза были широко раскрыты, она медленно поглаживала шею лошади и теребила гриву. - Мне нужно его видеть, - сказала она. - С ним все в порядке? Я хочу сказать, он не тяжело ранен?

- Не тяжело? Конечно, черт подери, тяжело. Они думали, что убили Рика, но не хотели, чтобы его нашли. Они хотели, чтобы он вроде как исчез. Наверно, чтобы все думали, что он где-то здесь. Тогда в городе никого не наняли бы на его место. Тебя, например. - Старик опять засмеялся. - Это их огорчило! Ты являешься ниоткуда, а ведешь себя, будто тебя послал Рик. - Он внимательно посмотрел на Шанаги. - Не могу понять, почему тебя до сих пор не убили.

- Они пытались.

- Еще бы! - Старик покивал головой. - Если доживешь до завтрашнего рассвета, благодари судьбу за счастье. Раньше они валяли дурака. Теперь им надо от тебя избавиться.

Он повернулся к Джейн. Вы хотели повидать Рика Барретта? Я вас отведу.

- Спасибо, - сказал Шанаги. - Я как раз хотел попросить...

- Эй! Погоди-ка! Я не говорил, что возьму тебя. Я ее возьму. Она справилась о здоровье Рика, она о нем беспокоится. Ее возьму. А тебя - нет.

- Но...

- Ничего, Том, - сказала Джейн. - Все будет в порядке.

- В порядке? Еще бы! - Старик пристально поглядел на Шнаги. Ревнуешь, а? Ревнуешь к старому Еноту? Ну и не удивительно. Несколько лет назад девушки ко мне так и липли! Никто не танцевал Фанданго лучше старого Енота Адамса. Девушки! Да они бегали за мной табуном! Я не говорю, что я красивый. Нет. Но у меня есть класс. Да, сэр! У меня есть класс! - Он повернулся к Джейн. - Поехали со мной, леди. Я отвезу вас к Рику. Этот ваш шериф пусть делает все, что захочет. Но пусть поостережется, потому что все решится сегодня ночью. Сегодня они его убьют. Они не потерпят, чтобы им кто-то мешал. А Рик сейчас не в форме.

- Енот, - серьезно сказал Шанаги, - мне нужно поговорить с Риком. Мне нужен его совет. Послушайте, я не знаю, что мне делать.

- Ты делаешь то, что нужно. Только не полагайся ни на кого. Ни на кого, слышишь?

Они отъехали. Шанаги смотрел им вслед, обуреваемый сомнениями. Молоденькая прекрасная девушка уезжает с грубым, грязным на вид стариком куда?

Развернув коня, он направился в город. По дороге Том тщательно перебрал в уме то, что знал, и то, о чем лишь догадывался.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное