Читаем Варяг. Мечи франков полностью

— Я тоже рад тебя видеть, Дерзкий! — Харальд раскрыл объятья. — Прыгай сюда, малыш! Дай другу похрустеть твоими ребрышками!

Но прыгать Сергей не стал.

— Весло мне! — распорядился он и перешел на соседний корабль, как и подобает вождю: не спеша и с достоинством.

…А следом за ним по тому же веслу перешел Дёрруд, которого никто не звал, но никто и не возражал. Хирдманы у борта уважительно расступились, пропуская Убийцу.

А Харальд тем временем выполнил обещание: сграбастал Сергея, оторвал от палубы и стиснул до реберного хруста.

Но тут же отпустил, ухватил за руку.

— Ага! — воскликнул он. — Носишь его!

Серебряное колечко с руной райдо смотрелось скромно на фоне пары золотых перстней, но и для Харальда, и для Сергея оно было важнее золота. Никто не дарит другому кольцо матери просто так.

А потом Харальд поднял глаза и немедленно встретился взглядом с Дёррудом.

И оба почти одинаково прищурились, оценивая потенциального соперника.

— Вы как два мишки над одной рыбиной! — Сигвард Кривоногий отодвинул стоявшего на пути хирдмана, перешагнул через канатную бухту и хлопнул Сергея по плечу.

— Ты назвал меня рыбой, Кривоногий? Или мне показалось? — Сергей ткнул старого знакомого кулаком в живот.

— Вообще-то я о них говорил, — уточнил Сигвард. — Но если что: ставлю эйлиль серебром на своего конунга.

— А почему так мало? — проворчал Харальд, отводя взгляд от Дёрруда.

— Потому что это Дёрруд Сиггтрюггсон, Харальд! Видал, что у него на лапах нарисовано?

— Дёрруд, перед тобой мой друг Харальд Скулдисон! — объявил Сергей, на всякий случай становясь между ними. — Харальд, это мой друг Дёрруд, сын Сиггтрюгга…

— Вообще-то я хольд этого малыша, — уточнил Дёрруд, кладя татуированную лапу на плечо Сергея. — Но друзей он заводить умеет.

— С этим не поспоришь, — согласился Харальд. — Слышал о тебе, Дёрруд Убийца Берсерков.

— Как и я о тебе, Харальд Берсерк, — откликнулся Дёрруд.

— Теперь меня зовут Харальд Золотой, — уточнил дан. — Конунг Харальд Золотой. А вот там — пара-тройка островков, которые конунг всех данов Гнупа отдал мне в фюльк.

— Ага, — подтвердил Сигвард. — Так и есть. После того, как мы взяли их железом.

— А почему бы и не взять, если можешь, — пожал плечами Харальд. — А скажи, сын Стемида тоже с тобой?

— Скорее я с ним, — засмеялся Сергей. — Вот там его корабли. Что, хочешь позвать нас в гости?

— Хочу, — подтвердил Харальд. — И зову. Но только вас, а не ваших конунгов. Мои острова слишком малы для таких больших человеков. Пусть себе плывут, куда плыли.

— … Здесь очень хорошее место, — рассказывал Харальд, прихлебывая вино. Германское. — За летний месяц, бывает, до сотни марок берем на поле Ньёрда. Не одним серебром, товаром тоже, — уточнил он. — А этой весной в гости к соседям сходили. Вино — от них.

— Хорошие соседи, любят вас, — одобрил Машег, самовольно занявший место в начала стола, среди хольдов. Но никто не возражал. Во-первых, его знали, во-вторых, Сергей упомянул, что у хузарина право на половину румов «Хродгейра». Всяко больше, чем те две доли, которые положены хольду. Две доли, впрочем, Машег тоже получал.

— Очень любят, — ощерился Хаги Маленький, бывший Харальдов хольд, а ныне ярл второго острова. — Особенно женщины.

С того времени, когда Сергей видел его последний раз, смахивающий на орангутана нурман не стал красивее. Кто-то крепко приложил его по физиономии, «облегчив» на пару передних зубов и располовинив верхнюю губу, сросшуюся не сказать чтобы ровно. Но Хаги по поводу внешности не комплексовал. Полагал, что золото на запястьях компенсирует дефекты улыбки.

— Мы такие, — подтвердил Харальд. — Нам никто не отказывает.

— Даже германский конунг? — Сергей отставил кубок. Он старался не налегать. Хотя вино было отменное. Сладкое. Хорошего солнечного года.

— Германскому конунгу не до нас, — пояснил Харальд. — Он с братом воюет.

Сергей кивнул. Да, фризский архипелаг — идеальная пиратская база. И то, что германцы отдали ее данам, характеризует их королей не с лучшей стороны.

— Не хочешь с нами к франкам сходить? — в очередной раз предложил Харальду Рёрех.

Вот он в вине себя не ограничивал и накушался порядком. Ну да, вино — не пиво. Чтобы его литрами пить, надо обладать габаритами Хрольва Пешехода. Или Сергея Духарева из прошлой жизни.

— С вами — всегда, — Харальд приобнял княжича, улыбнулся по-доброму.

В Самкерце у них поначалу были сложные отношения. Чтоб не сказать враждебные. Но — поладили. Не без помощи Сергея. А сейчас они — старые боевые друзья. А это почти родство. Сергей по себе знал: не особо симпатичен тебе человек, а вот постоял с ним в одном строю, щит к щиту, — и все. Встретишь хоть через десять лет, и понимаешь: этот свой. Ну если не по разные стороны стены щитов встречаешься.

— … С вами всегда! Но быть собачьим хвостом собачьего хвоста — это не мое.

— Это ты меня обидел сейчас? — уточнил Рёрех.

— Ничуть. Тебе можно, Стемидсон. А я — Харальд Золотой! — сообщил он с гордостью. — Я с таким, как Пешеход, вровень стою. А он, как мне видится, хвостом при Бьёрне свейском теперь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917, или Дни отчаяния
1917, или Дни отчаяния

Эта книга о том, что произошло 100 лет назад, в 1917 году.Она о Ленине, Троцком, Свердлове, Савинкове, Гучкове и Керенском.Она о том, как за немецкие деньги был сделан Октябрьский переворот.Она о Михаиле Терещенко – украинском сахарном магнате и министре иностранных дел Временного правительства, который хотел перевороту помешать.Она о Ротшильде, Парвусе, Палеологе, Гиппиус и Горьком.Она о событиях, которые сегодня благополучно забыли или не хотят вспоминать.Она о том, как можно за неполные 8 месяцев потерять страну.Она о том, что Фортуна изменчива, а в политике нет правил.Она об эпохе и людях, которые сделали эту эпоху.Она о любви, преданности и предательстве, как и все книги в мире.И еще она о том, что история учит только одному… что она никого и ничему не учит.

Ян Валетов , Ян Михайлович Валетов

Приключения / Исторические приключения