Наш задержанный оказался офицером Провосов,13 разыскиваемым за двойное убийство. Он заманил двух детективов Королевской полиции Ольстера в магазин и застрелил их из автомата. Его приговорили к пожизненному заключению с рекомендацией отсидеть до возможного пересмотра дела не менее тридцати лет.
Изо дня в день на местах мы терроризировали местные боевые ячейки ИРА. Мы знали, кто они, и угрожали расстрелять их при первой же возможности. Один патруль убил собаку, принадлежавшую человеку из ИРА и засунул ее задними лапами в почтовый ящик, а в рот положил записку с угрозой, что он следующий. Многие из лучших ирландских боевиков в этом районе уехали, опасаясь, что с ними поступят так же. Незадолго до нашего появления в Нью-Лодже были убиты двое военнослужащих, включая майора, и мы были полны решимости доказать, что с нами такого не случится.
Вторым крупным событием этой командировки для меня стал бой с протестантскими военизированными формированиями в районе Шэнкилл-роуд. В каждом батальоне есть свой «штрафной» взвод, куда в конце концов попадают все недовольные службой из подразделения. В 2-м парашютном батальоне таковым являлся пулеметный взвод. В нем было несколько хороших солдат, но они находились в меньшинстве. Где-то в середине срока нашей командировки я патрулировал вместе с мобильной группой быстрого реагирования Королевской полиции Ольстера, когда нас направили на Вудвейл-роуд, недалеко от Шэнкилл-роуд, где недавно сформированная Ассоциация обороны Ольстера14 установила блокпосты. Не успели мы приехать, как было решено вызвать бригадный резерв. Им оказался пулеметный взвод 2-го батальона.
Боевики Ассоциации возвели свои баррикады в ответ на нежелание армии разобрать баррикады ИРА в районе Богсайд в Лондондерри. Тот район, известный местным жителям как Свободный Дерри, был закрыт для британских войск, поскольку его открыто патрулировали вооруженные банды ИРА. Протестантские экстремисты угрожали блокировать район Вудвейл до тех пор, пока армия не уберет баррикады в Богсайде, но в основном это была бравада. Их баррикады сооружались из гражданских автомобилей, одолженных у их владельцев с обещанием, что они будут возвращены неповрежденными. Почти сразу после прибытия пулеметного взвода его командир вместе со своим сержантом исчезли, чтобы посоветоваться с местным командиром Ассоциации, и взводом остался командовать один из младших сержантов.
Я как раз разговаривал, когда раздался одиночный выстрел.
— Стрелок! — Крикнул тот, кто открыл огонь.
На тротуаре в конце улицы лежал человек в армейской куртке, и почти сразу же его окружили другие люди, одетые наполовину в униформу, наполовину в гражданскую одежду.
— У них оружие! — Послышался другой голос.
Младший сержант начал отдавать приказ о ведении огня по стрелкам на улице, но на середине его прервал поспешивший вернуться командир взвода. Если бы он этого не сделал, не сомневаюсь, что в ту ночь погибло бы гораздо больше людей. Произошло короткое совещание, затем нам приказали наступать. Все это больше напоминало беспорядочную атаку, люди с криками понеслись по темной улице. Это было впечатляющее зрелище — бежать сломя голову навстречу врагу, не зная, что тебя ждет и когда тот откроет огонь. Сзади нас раздался звук очередного выстрела. Некоторые остановились, чтобы выяснить, что случилось, остальные же продолжили движение. На самого маленького солдата взвода, когда он пробегал мимо переулка, напали и повалили на землю. В ответ он ранил нападавшего в плечо.
Мы добрались до конца улицы. Толпа рассеялась. На тротуаре лежал мужчина, из страшной раны на шее хлестала кровь. Он пытался дышать, но ярко-красная, пенистая жидкость продолжала брызгать изо рта.
Мы попали под обстрел. Пули рикошетили от стен вокруг нас.
— Там, на крыше! На крыше!
Я увидел вспышку выстрела и открыл огонь, а затем разразился настоящий ад. Весь взвод начал стрелять и передвигаться по улице. Зрелище потрясало. Все, кто там был, исчезли, как снег под летним Солнцем. Меня же отозвали обратно, к патрулю Королевской полиции Ольстера, который оставался выше по улице. Было заметно, что полицейские не слишком довольны ночными событиями. Пока мы ехали, пулеметный взвод таранил своими БТРами баррикады, чтобы их развалить. Позади меня один боец Ассоциации лежал мертвым, другой был тяжело ранен. Мы заявили о трех других попаданиях, но они так и не были подтверждены.