Читаем Страдание полностью

Энергия омыла меня волной жара, словно я открыла дверцу неведомой мне доселе духовки. Никогда не ощущала его зверя подобным образом, как волну тепла, энергии, силы, что омывала меня, проходила сквозь меня, и я почувствовала, как на его появление откликнулся мой внутренний зверь, оскалив белые клыки на фоне угольно-черного меха. Глаза моего леопарда были как старинные монеты — темно-золотого цвета, наполненные жизнью и теплом. Я попыталась подавить эту энергию как меня учили — направить ее в покрытую сосновыми иглами землю под ногами, но моя леопардиха не хотела, чтобы прилив этой энергии ушел в землю, помогая росту деревьев. Моя леопардиха желала выйти и поиграть с этим жаром. Я не могла менять форму, но это не значило, что мои звери не хотели вырваться на волю.

Я тяжело дышала, словно после пробежки, сердце грохотало в горле, пульс стучал в ушах. И вдруг я поняла, что никогда не бывала на такой высоте. Я почувствовала легкое головокружение, а потом услышала невозможно громкое урчание, оно словно гудело в воздухе и разливалось по моей коже, проникая в мое тело. И когда этот глубокий, вибрирующий звук прокатился по моему позвоночнику, резкое эхо вырвалось из моих человеческих губ. Я уставилась на черного леопарда размером с крупного пони, и в три, может в четыре раза крупнее обычного леопарда. Он сидел, потряхивая мехом и разминая лапы, впиваясь белыми когтями в землю, словно пытаясь освоиться в новой форме. Из-за черного меха он почти терялся в тени машин, и если бы он не двигался, его можно было и не заметить. Он поднял изящную, округлую голову и посмотрел на меня серо-голубыми глазами; насколько мне было известно это необычный цвет для леопарда. Словно его человеческие глаза перетекли в его животную форму. Таким образом, что цвет глаз был ближе к его человеческим глазам цвета лаванды, а не наоборот: глаза животного не отражались на его человеческих глазах. Он двинулся ко мне и я заметила блеск мускулистого меха под лунным светом. Он снова затарахтел и у меня подогнулись колени. Арэсу пришлось подхватить меня, иначе я бы свалилась.

— Что случилось? — спросил он.

Никки обернулся и спросил:

— В чем дело?

— Не уверена. — Голос у меня был запыхавшийся. Моя леопардиха рычала на меня, прямо внутри. И мое тело как будто вибрировало от этого звука, что и звуком-то быть не могло. Иногда я мурлыкала, непроизвольный счастливый звук, но никогда не рычала, и все же…

— Ее лихорадит от ее зверя, — проговорил Арэс.

— Такого не должно быть, — возразил Никки.

— Я знаю, — сказал Арэс, понизив голос.

Пока Эл не возник за плечом Арэса, я не понимала, почему он шепчет.

— Что случилось? — спросил Эл, повторяя вопрос Арэса. Эл выпучил глаза и слегка побледнел, увидев Натаниэля в полной кошачьей форме.

— Мы не уверены что именно, — ответил Никки спокойным, пустым голосом.

Натаниэль подошел ближе, подняв на меня взгляд беспокойных леопардовых глаз. В этой форме он не мог говорить, но мы рассчитывали, что я смогу почувствовать, или услышать что с ним происходит, так? Когда его мохнатая щека потерлась о мою руку, колени у меня совсем отказали. Арэс тут же меня подхватил. Какого хрена тут происходит? У меня никогда не было такой реакции на Натаниэля в животной форме, да и на других тоже.

Арэс покрепче обхватил мою талию и выпрямился. Он был достаточно силен, чтобы у остальных сложилась иллюзия, будто я стою, но ноги меня совсем не держали. Натаниэль сел, недоуменно глядя на меня. Я не могла точно сказать, откуда узнала, что он недоумевал; морда леопарда в полной животной форме не мимикрировала и не выражала эмоций, как это бывало в полузвериной форме, но каким-то образом я понимала его выражения лучше, чем когда-либо.

Никки улыбнулся Элу:

— Не дашь нам минутку, Эл? Спасибо. — Как только Эл скрылся из виду, улыбку с его лица смыло, как будто ее там и не было. Никки был социопатом, что делало его превосходным актером. Он прошептал: — Какой у тебя сейчас период цикла?

Я старалась сфокусироваться на нем, обняв Арэса, пытаясь держаться за него, как будто вергиена нуждалась в помощи держать меня без усилий:

— Цикла? Какого цикла?

— Девчачьего цикла, менструального.

— У меня его нет.

— Я знаю, но если бы был, ты сейчас была бы фертильна?

Я нахмурилась.

— Что? Я на противозачаточных, ты же знаешь.

Он попытался прикоснуться к моему лицу, а затем остановился и потер ладонь о штаны, как будто хотел очиститься от того, к чему прикоснулся.

— Боже, энергия настолько плотная. Как ты можешь стоять и прикасаться к ней?

— У нее нет гиены в ее зверинце, помнишь?

Никки кивнул.

— Что со мной происходит? — спросила я.

— Ты была когда-нибудь так близко к Натаниэлю в полной леопардовой форме, когда наиболее фертильна?

Восстанавливая контроль над телом, я сжала руки на талии Арэса, так что, наконец, стала помогать ему меня держать.

— Не знаю, я не слежу за своей фертильностью. Я на таблетках и почти со всеми своими любовниками использую презервативы, так что она не имеет значения.

Перейти на страницу:

Все книги серии Анита Блейк

Танец (ЛП)
Танец (ЛП)

Анита Блейк 22, 5    Для большинства людей летние барбекю, как правило, не таят в себе ничего опасного. Но Анита, определенно, не рассчитывает на традиционность... как и в своей личной жизни. Поэтому требуется особое мужество согласиться на устроенное ее другом сержантом Зебровски барбекю. Явиться на набитый копами с семьями задний двор под ручку с красавцами верлеопардами Микой и Натаниэлем, оказывается не так-то просто, даже, несмотря на то, что Мэтью Веспуччи, которому исполнилось почти четыре, растопляет лед...    Анита решительно настроена провести хорошо время со своей семьей, как и все остальные. Но не проходит много времени, как среди взрослых и детей начинает нарастать напряжение. И Анита узнает, что сплетни и двусмысленности способны оказаться столь же опасными, как бросавшаяся на нее нежить…

Лорел Кей Гамильтон , перевод Любительский

Городское фэнтези
Жаждущие прощения (ЛП)
Жаждущие прощения (ЛП)

Анита Блейк — аниматор. Человек, который может поднимать мертвых из могилы. Этим она зарабатывает себе на жизнь. Воскрешает мертвецов по требованию их родственников, коллег и прочих клиентов.   Этот рассказ обращает внимание читателей на то время, когда Анита еще не занималась истреблением вампиров,  и не приобрела известность в потустороннем мире в качестве Истрибительницы. Ее знали только как Аниту Блейк — аниматора.   К Аните обратилась вдова, муж которой внезапно умер от инфаркта; убитая горем женщина очень хотела бы попрощаться с ним как положено. Но как выясняется позже, в действительности миссис Фиске двигают несколько иные мотивы — а когда имеешь дело с зомби, притворство чревато самыми неприятными последствиями…   Этот рассказ вошел в авторский сборник Л.К. Гамильтон «Strange Candy».  

Лорел Кей Гамильтон

Ужасы и мистика

Похожие книги