Читаем Повесть о неподкупном солдате (об Э. П. Берзине) полностью

Каким-то подсознательным чувством Эдуард Петрович вдруг ощутил за спиной чей-то взгляд. Подумал было: «хвост», но внезапный, легкий, как будто случайный толчок в плечо заставил его быстро обернуться. Мимо, совсем близко, проходил человек в кожанке. Эдуард Петрович не успел разглядеть его лица, но явственно услышал негромкие слова:

— Идите за мной! Я — Константин!

Эдуард Петрович невольно замедлил шаг — настолько неожиданной была эта встреча. Но быстро взял себя в руки и перешел на другую сторону улицы за Константином. Заметив, что тот вошел в распахнутые настежь двери кафе «Трамбле», Эдуард Петрович последовал за ним.

Народу в кафе было немного, и Берзин сразу же увидел за одним из столиков Константина. Заметив Берзина, он встал и громко, на весь зал воскликнул:

— Боже мой! Кого я вижу! Эдуард Петрович! — он встал, сделал несколько шагов навстречу. — Сколько лет, сколько зим!

Словом, это была встреча старых, давно не видавшихся людей. Константин — Рейли разыграл ее мастерски. Эдуарду Петровичу ничего не оставалось, как подыгрывать. Потом они долго сидели, молча разглядывая друг друга, словно потрясенные этой нежданной встречей.

Эдуард Петрович ожидал увидеть человека сухого, подтянутого, до приторности вежливого, хитрого… А перед ним сидел веселый, разговорчивый, даже несколько грубоватый мужчина с помятой физиономией. Эдакий завсегдатай дешевых пивных и прокуренных бильярдных. «Маркер— не маркер, шулер — не шулер. Игрок!» — подумал Эдуард Петрович.

А Рейли, оглядев высокую складную фигуру Берзина, его сухое, усталое лицо, мгновенно определил: «Службист! Честен, простодушен». И еще подумал, что такой человек должен понравиться Локкарту…

Вначале разговор шел ни о чем: так беседуют малознакомые люди. Рейли задавал пустые, ничего не значащие вопросы, Берзин отвечал безразлично, выжидая, когда же собеседник кончит «пристрелку» и пустит в ход «главный калибр».

— Вы — художники — странный народ, — говорил Рейли. — Вы все время пытаетесь доказать толпе, что по духу, по мыслям стоите выше нее, и в то же время даете себя топтать испачканными в навозе сапогами. Что это? Христианское непротивление злу или приверженность к стадности?

— Все мы только люди, и ничто человеческое нам не чуждо.

— Я так и знал, что вы ответите этим афоризмом, — невесело усмехнулся Рейли. — Это афоризм слабых. А слабых бьют, Эдуард Петрович.

— Или топчут сапогами?

— Это одно и то же… И что же, вы и после войны будете продолжать заниматься живописью?

— Так далеко я не заглядываю.

— И правильно делаете! — Рейли искоса взглянул на Берзина, подумал: «Почва подготовлена, надо сеять». — Лично я предпочитаю жить сегодняшним днем. Но, сознаюсь, иногда в мою голову забредают и мысли о будущем. Ведь каждый завтрашний день начинается уже сегодня, не правда ли?

— К сожалению, это так.

— Да, да! К сожалению! Увы! — Рейли вздохнул и словно бы нехотя продолжал. — Мне передавали, что вы рветесь на фронт. Это верно.

— Да.

— А если бы вам предложили воевать на другом фронте— без окопов, землянок, грохота орудий…

— Мне было сделано такое предложение, — Берзин почувствовал, как у него внезапно пересохло в горле, и, чтобы выиграть время, медленно отпил глоток вина, горького, вязкого. — Я ответил, что…

— Что подумаете. Ну и как, надумали?

— Да! Но я должен знать…

— Круг своих обязанностей?! О! Он не будет слишком обширным. — Рейли придвинулся вплотную к собеседнику. — Во-первых, перетянуть на свою сторону возможно большее число латышских стрелков. Для этого вам придется не только говорить со своими солдатушками, но и принимать более энергичные меры.

— Например…

— Ну, например, добиться, чтобы им сократили довольствие— хлеб, крупу, табак и все прочее.

— Но стрелки и без того питаются очень худо.

— А будут еще хуже! — жестко сказал Рейли. — Это прочистит им мозги. Ведь путь к сердцу солдата лежит через желудок! Голодные стрелки лютой ненавистью возненавидят господ большевиков. Не так ли?

— Допустим.

— Во-вторых, — Рейли сделал паузу, прикидывая в уме, как сформулировать второе задание, которому он придавал очень, очень большое значение. — Вам придется подумать над тем, как заставить командование дивизии перебросить два латышских полка в Вологду… Само собой разумеется, эти полки должны быть верны нам. Нам! Понимаете? В Вологде они объявят о своей солидарности с союзниками по Антанте.

Готовясь к встрече с Берзиным, Рейли хорошо продумал план разговора. Он хотел прощупать собеседника со всех сторон: ведь Тилтинь мог и ошибиться в этом человеке, а это было бы равносильно катастрофе. Второе «задание» предназначалось для того, чтобы определить, всерьез ли думает латышский командир связать свою судьбу, судьбу своих товарищей по оружию с союзниками. Конечно же, Рейли прекрасно знал, что не во власти Берзина помочь переводу крупного воинского подразделения из одного города в другой. И если, думал Рейли, вдруг окажется, что Берзин согласится выполнить это «задание», то значит бородатый латыш или пустобрех, или подослан чекистами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии