Читаем Невидимый полностью

– Ты идешь с нами, – сообщает мне Элизабет. – Я не обманывала Милли – мы будем приглядывать за тобой и держать ухо востро насчет Арбуса. Не хочу, чтобы ты был здесь один – вдруг он решит навестить тебя раньше? Мы с Лори попросим разрешения уйти в восемь, и ты пойдешь вместе с нами. А до того будешь свидетелем славного, старомодного семейного ужина.

Такая идея мне нравится.

Должно быть, мама Элизабет и Лори слышит, что мы идем по коридору. Она открывает дверь еще до того, как Элизабет или Лори находят ключ.

– Ты опоздал, – говорит она Лори.

Потом обращается к Элизабет.

– Извините, – говорит она. – Это грубо с моей стороны. – Она протягивает Элизабет руку. – На верное, вы одна из подруг Лори по школе. Я его мама. Может быть, поужинаете вместе с нами?

<p>Глава двадцать восьмая</p>

Я понимаю, что мама не знает о наличии у меня невидимого парня, чей дед – маньяк, использующий черную магию. Я понимаю, что она не знает, что вышеупомянутый сумасшедший злодей – в городе, что он был в нашем доме, и что из-за него закрыли Центральный парк. Но у меня не хватает на это терпения.

– Ха-ха, – говорю я. – Конечно, меня часто не бывает дома, но это уж слишком.

– Прошу прощения? – Мама хмурится; она смотрит на меня так, словно пытается что-то себе уяснить.

Лори, всегда выступающий в качестве посредника, встает между мной и мамой.

– А какое у нас сегодня меню? Китайское? Итальянское? А может, ускользающие, но от этого не менее притягательные, макароны с сыром?

У мамы слегка опечаленный вид. Она смотрит на меня с выражением, означающим «Я плохая мать и хозяйка».

– Если бы я знала, что ты приведешь гостью, я бы… но – работа.

– Мам! – вмешиваюсь я. – Ты же знаешь, мы не ждем от тебя, что ты будешь готовить. На дворе двадцать первый век. Ты одна работаешь, чтобы наша семья могла позволить себе жить в Манхэттене. Забудь о макаронах и сыре.

– Гм. – Мама смотрит на меня так, словно не знает, засмеяться ей или отчитать меня. Потом просительно смотрит на Лори.

– Может, ты нас все-таки познакомишь? – говорит она, натянуто улыбаясь мне. Ее взгляд полон любопытства и растерянности. Она меня не узнает.

Это доходит до меня только тогда, когда я чувствую у себя на плечах руки Стивена. Мои ладони тоже начинают дрожать, и дрожь быстро перекидывается на руки и ноги. По крайней мере, я не позволила дрожи охватить лицо, а то, если дрожат губы, то и гляди заплачешь.

Мама меня не узнает. Она смотрит на меня и видит незнакомку.

Чтобы стереть мамину память, должна быть резинка. Здесь. У нас дома.

Максвелл Арбус посетил не только своего сына. Он нашел время заглянуть и в нашу квартиру, чтобы оставить прощальный подарок.

Я уставилась на маму, понимая, что для нее эта ситуация, возможно, выглядит неловко и неприлично, но я не могу расстаться с мыслью, что, если я буду долго смотреть ей в глаза, она все-таки поймет, кто я. Она должна меня узнать.

«Пожалуйста, мама. Пожалуйста».

Маме удается сохранить свою улыбку, хотя она стала неуверенной. Я больше не могу смотреть на нее и перевожу взгляд на туфли.

Лори не пропускает и секунды.

– Ладно тебе, мама, – говорит он приукрашенным голосом ведущего телеигры. – Это семейный ужин.

– А! – Мама награждает Лори большой одобрительной улыбкой. – Вы играете – это упражнение вам задали на дом, да? И вы – родные брат и сестра в сцене, которую должны разыграть?

Дотронувшись пальцем до носа, Лори ухмыляется маме. Потом он смотрит на меня взглядом из серии «извини-но-что-черт-подери-еще-мы-можем-сделать». Несмотря на белозубую вспышку его улыбки, я вижу, что лицо его искажено паникой.

Мама смеется и восторженно хлопает в ладоши.

– Какая прелесть! Теперь у меня есть сын и дочь. И зовут ее…

– Элизабет, – спешит ответить Лори.

– Чудесное имя!

Я заставляю себя поднять на нее глаза.

Мама улыбается мне, потом через плечо косится на нашу квартиру.

– Надеюсь, я правильно запомнила, что вы любите, чтобы китайская еда была достаточно острой, но вегетарианской.

– Да, люблю.

Улыбаться ей в ответ больно. Я хочу закричать: «Это я!» Хочу обнять ее, и трясти за плечи, и умолять, пока не вспомнит, что мое любимое мороженое – «мятный леденец», что я подпеваю исполнителям на радио только во время поездок на машине, и что я посвятила себя такой карьере, что маме, скорее всего, придется всю жизнь обеспечивать меня страховкой.

Но мама может смотреть на меня только с доброжелательной, вежливой сдержанностью незнакомого человека.

Стивен наклоняется и шепчет:

– Я здесь, рядом с тобой. Я все время буду рядом с тобой.

Вот тогда я осознаю, что не могу делать то, что хочется. Я не могу выбежать из дома и бежать, не останавливаясь, пока не доберусь до Милли и не потребую, чтобы она исправила мою маму, мою жизнь. Вместо этого я должна сидеть в квартире, принадлежащей моей семье, но со мной будут обращаться так, словно я чужой человек, случайно оказавшийся здесь из-за домашнего задания Лори.

Перейти на страницу:

Все книги серии Main Street. Коллекция «Аметист»

Похожие книги