Читаем Бог из машины полностью

«Правы, тысячу раз правы были иерархи Эсмонд-Круга, когда приказывали безжалостно давить байстрюков в колыбелях. Пожалел дуреху, расслабился, размяк! Идиот! – с опозданием корил себя тив. – Думал, незачем пачкать руки. Думал, он еще пользу принесет. Кретин жалостливый!»

А Удэйн, понаблюдав за сменой едва уловимых непривычному взгляду выражений на лике родителя, подумал и добавил:

– К слову, мои сородичи прекрасно знают, чей я сын. И мое прошлое их не слишком беспокоит. Но в случае необходимости мои сослуживцы могут и поделиться этой информацией с властями Идбера или вашим руководством, преподобный Сид.

Серьезно взвесив «за» и «против» предложения, тив Форхерд пришел к выводу, что какой-либо ощутимой угрозы для такого могущественного мага, каким является Благой Алезандез, шуриа представлять не может. Господин Тиглат решил шкуру спасти и перебежал к ролфи, что же тут непонятного. Он хоть и про́клятый, а жить хочет, как и все остальные нормальные люди. Тиглата можно понять. Удаза… То есть Удэйна, конечно же, тоже можно понять. Ему хочется выслужиться перед новыми… э… вожаками, принести в зубах змеиную шкурку и получить косточку. Или девочку.

Форхерд сдержал похабную ухмылку. От своей натуры никуда не денешься, будь ты ролфи или диллайн, а юбкодралом родился, таковым и останешься.

– Не скажу, что рад, но в достаточной степени впечатлен вашим преображением. Вы были никудышным диллайн, думаете, из вас выйдет идеальный ролфи? Ну-ну. Впрочем, господин ир-Апэйн, это – лирика. А на практике я не вижу противопоказаний для встречи господина Тиглата с Благим Алезандезом. Хоть сейчас. У Благого как раз приемный час. – Он сделал щедрый приглашающий жест. – Прошу, господин Тиглат. Я провожу вас в его кабинет.

– А я, с вашего позволения, тут подожду. Если вы не против, преподобный, – улыбнулся Удэйн.

Когти Локки! Именно они, раскаленные огненные когти, вонзились в трепещущее сердце бывшего тива и нынешнего ролфи, когда он увидел ее.

Потрепанный кожаный переплет, когда-то черный, а сейчас – какой-то невнятный, темно-бурый, вызывающий нехорошие ассоциации с цветом запекшейся и засохшей крови.

Никаких пометок, никакого тиснения – только темная кожа и старинная латунная застежка.

Это была она! Та самая, бесценная, похищенная из шкафчика в борделе Мамы Муры тетрадь посвященной Аслэйг. Этого просто не могло быть… хотя почему же не могло? Где еще мог найтись пресловутый манускрипт, кроме как на полочке у иерарха Эсмонд-Круга, попустительством богов оказавшегося ему, Удэйну ир-Апэйну, кровным родителем?

Вот когда Удэйн оценил пресловутую ролфийскую сдержанность – и понял, откуда она берется. Не впивайся ему в загривок незримые когти Огненной Совы, не раскрой Беспощадная над своим посвященным незримые золотые крылья – скулить бы ему от радости и прыгать, оглашая кабинет папаши счастливым тявканьем. Или, что вероятнее, червяком извивался бы он на ковре, подчиненный ментальной магией диллайн. Но Локка и предостерегла, и уберегла, да так, что магической атаки тива Форхерда ир-Апэйн почти не заметил. Он вообще мало что замечал, кроме краешка знакомого черного переплета, выглядывавшего из-под небрежной стопки исписанных листов дорогой бумаги. Сейчас, сейчас… пусть только преподобный уйдет, пусть оставит Удэйна здесь одного…

Сложнее всего оказалось не потерять нить разговора и продолжать холодно и нагло улыбаться в лицо папеньке. И не показать ему, как сильно отрекшийся сын жаждет остаться в кабинете в одиночестве – и как мало его на самом деле интересуют гримасы родителя, да и весь этот хитрый план с устройством свидания Тиглата и Алезандеза – тоже. Даже если не выгорит – пусть! Сестрица Грэйн не станет слишком пенять на потерю шурианского повстанца, если взамен брат-посвященный принесет ей в зубах Тетрадь Аслэйг! Хотя лучше бы, конечно, провернуть разом и одно дело, и другое.

Думал ли обо всем этом Удэйн, когда бесшумно метнулся к полке, сцапал драгоценную тетрадь и быстро выдрал страницы из переплета? Нет, не думал! Скейн-даг, этот непременный спутник любого настоящего ролфи, которым Грэйн щедро одарила новообретенного брата наутро после посвящения, пришелся очень кстати. Надежно припрятав добычу под рубашку, к самому телу, он повел хищным взглядом в поисках подходящей по толщине замены… а, вот же! Как удачно, что папаша не вытряхнул корзину для бумаг! Ролфи выгреб из мусора целую охапку листков, сложил их так, чтоб похоже было на страницы, и вложил их в обложку. А потом аккуратно вернул тетрадь на место. И сел в кресло, благодаря Локку и сестер ее за фору во времени, которая позволит успокоить нервное дыхание.

Все! Теперь эрна Кэдвен получит свой манускрипт – или Удэйн ир-Апэйн сдохнет, пытаясь дотащить до нее добычу. В любом случае, Локка видит – свой долг он исполнил до конца.

Перейти на страницу:

Все книги серии Помни о жизни

Дары ненависти
Дары ненависти

Три луны царят в ночном небе, и три народа живут на земле. Три народа, разделенные веками жестокой вражды, веками войн и нашествий, так и не сумевшие поровну поделить Джезим – Землю Радости, землю столь же прекрасную и щедрую, сколь и политую слезами и кровью. Давным-давно покоренные и завоеватели смешали кровь в своих потомках, но старая ненависть жива и поныне. Разные люди, разные боги, разные государства, и только Проклятие на всех одно.Никто не знает и не желает знать, на чьей стороне истина и кто был прав, а кто виноват в древнем раздоре. Если есть повод ненавидеть и возложить всю вину на кого-то другого, то кому нужна правда?Но пока живо Проклятье Внезапной Смерти, у Джезима нет надежды.И все же есть предел ненависти и вековечной вражде…

Людмила Викторовна Астахова , Яна Александровна Горшкова , Яна Горшкова

Фантастика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фэнтези

Похожие книги