Читаем А. А. Прокоп полностью

… Очень давно, нищий в отрепье, отчаявшийся богоискатель подарил ему эту невзрачную тряпку. Было это за семь лет до революции. Богоискатель имени, которого отец Кирилл не запомнил, был пьян. От него исходил смрадный запах немытого тела, и лишь слова выдавали в нём страстного, обезумевшего паломника в вечное никуда. В те места, куда нет дорог, нет и самих мест, но обязательно нужно идти, чтобы почувствовать, что любая дорога к богу находится только внутри тебя. Много истоптанных путей, ещё больше жалких опорок…

— Возьми батюшка, мне это больше ни к чему. Не побрезгуй мною — пьяным голосом коверкая слова, произнёс богоискатель.

— Что это? — серьезно спросил отец Кирилл.

— Это всё — что есть, то, что осталось от неё. Сатана уничтожил святыню. Она была в этой тряпице. Часть силы осталась в этой тряпице — поверь мне батюшка.

— Ну, зачем ты отдаешь её мне?

— Мне ненужно. Путь мой окончен, батюшка. Я знаю об этом — проговорил скиталец, присев прямо на земляной пригорок. Отец Кирилл, ни чуточку, ни смутившись, расположился рядом.

— Ты не сказал мне, что было в этой тряпице.

— Икона.

Ладошки отца Кирилла покрылись влажностью от подкравшейся совсем близко к нему догадки.

— Икона Казанской богоматери — произнёс отец Кирилл.

— Да батюшка — ответил богоискатель, поднялся на ноги и пошел прочь от отца Кирилла.

— Постой божий человек — произнёс отец Кирилл.

Но тот не слыша его, шёл дальше. Отец Кирилл не стал больше обращаться к странному человеку, а через сотню метров его спина скрылась за округлым холмом, покинув пыльное в знойный день село…

… Через один день отец Кирилл узнал, что полицейские расспрашивали о человеке, которого нашли мертвым без признаков насильственной смерти, прямо на дороге между двумя близлежащими селами. Но куда интереснее была сама тряпица. Она излучала от себя неоспоримую силу, напитывала уверенностью. Он естественно оставил её себе и от чего-то никому не говорил о своем приобретении, чувствуя, что сама материя не хочет от него этого…

… У отца Кирилла кружилась голова, слабость в конечностях чувствовалась сильно. Участился пульс, смешиваясь с терпкой сухостью во рту. Он с большим трудом вышел из дома. Набрал через силу полведра воды, вернулся с ним назад и сел на табуретку, тело покрылось липким неприятным потом.

— «Видимо всё пришёл мой час, ещё немного и я слягу» — подумал отец Кирилл.

Поднявшись с табуретки, он еле переставляя ноги, прошёл в гостиную. Шашка, завернутая в тряпицу, спокойно лежала на своем месте.

— «Устин сегодня к матери Прохора должен приехать» — вспомнил отец Кирилл.

Добравшись до старенького кресла, отец Кирилл какое-то время сидел, отключившись от всего происходящего, а ещё через полчаса задремал. Проспал он недолго, может всё те же полчаса, но ему показалось, что прошло, как минимум часа два. Погожий с легким ветерком день вторгался через окна. Шумела листва, начиная терять всё больше и больше своих желтых листочков, а отец Кирилл думал о том, что ему нужно набраться сил и увидеть Устина. Прошёл час, за это время отец Кирилл напился горячего чая. Ему самую малость, но всё же стало легче и на негнущихся ногах, в одночасье, превратившись в древнего старика, он кое-как выполз за свою ограду. Еле двигаясь, опираясь впервые в жизни на палочку, которая досталась ему в наследство, от его последней спутницы на жизненном пути Светланы, он двинулся в сторону дома Прохора.

Шёл он долго, останавливаясь через каждые двадцать метров, и этим привлек внимание набожной старушки Авдотьи.

— Нехорошо тебе батюшка, пойдем, отдохнешь у меня — сочувственно произнесла она, приблизившись к нему.

Маленькая, сгорбленная с годами, она искренни, хотела помочь отцу Кириллу.

— Плохо ты батюшка выглядишь, пойдем каплей сердечных тебе дам.

— Спасибо Авдотья, но некогда мне. Время моё подходит, а дело ещё важное есть.

— Что ты, что ты, не говори так — затараторила Авдотья.

— Пойду — сказал отец Кирилл.

Старушку не стала настаивать на своем. Отец Кирилл сделал несколько шагов вперед, и тут его, уже в который раз поджидала удача. Он увидел Устина, который так же неспешно, держа в руках тряпичную сумку, направлялся в переулок, что находился перпендикулярно центральной улице, на котором собственно и был дом Прохора.

— Устин! Устин! Подожди! — крикнул отец Кирилл, истратив на это больший запас своих сил.

Старик с полностью лысой головой и абсолютно седой бородой остановился.

— Кирилл ты? — удивился он, видя с каким затруднением двигается навстречу ему тот, кого он только что назвал Кириллом, свернул в его сторону.

— Я ведь старше тебя на пять лет, почти — укоризненно произнёс Устин, подойдя к отцу Кириллу.

— Я не поверишь ещё пару дней назад шустро бегал — попытался пошутить отец Кирилл.

— Заболел? — серьезно спросил Устин.

— Да Устин. Только вот дело у меня к тебе серьёзное.

— Не виделись года четыре или более, и вдруг дело какое-то. Помнишь, как ты меня сватать приходил, когда я форму сбросил и драпанул прямо из под города Омска в нашу сторону — рассмеялся Устин.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кошачья голова
Кошачья голова

Новая книга Татьяны Мастрюковой — призера литературного конкурса «Новая книга», а также победителя I сезона литературной премии в сфере электронных и аудиокниг «Электронная буква» платформы «ЛитРес» в номинации «Крупная проза».Кого мы заклинаем, приговаривая знакомое с детства «Икота, икота, перейди на Федота»? Егор никогда об этом не задумывался, пока в его старшую сестру Алину не вселилась… икота. Как вселилась? А вы спросите у дохлой кошки на помойке — ей об этом кое-что известно. Ну а сестра теперь в любой момент может стать чужой и страшной, заглянуть в твои мысли и наслать тридцать три несчастья. Как же изгнать из Алины жуткую сущность? Егор, Алина и их мама отправляются к знахарке в деревню Никоноровку. Пока Алина избавляется от икотки, Егору и баек понарасскажут, и с местной нечистью познакомят… Только успевай делать ноги. Да поменьше оглядывайся назад, а то ведь догонят!

Татьяна Мастрюкова , Татьяна Олеговна Мастрюкова

Фантастика / Прочее / Мистика / Ужасы и мистика / Подростковая литература