Читаем Рассказы освободителя полностью

После того случая приглашения на конференции я отклонял: мол, голова болит, простудился, ноги не держат. Мне не до конференций. Я понять пытаюсь, отчего такая чепуха получилась. От темы современной Советской Армии полностью отошел. Пишу книги про Сталина, про войну, давно отгремевшую. Но нет-нет, да и проснусь ночью, в потолок уставлюсь: в чем же я не прав?

И вот однажды судьба забросила меня во Флориду. А во Флориде живут не только люди, но и крокодилы. Нужно отметить, что крокодилы обитают не только на воле, их еще и на фермах разводят, словно поросят. К слову сказать — весьма прибыльный бизнес: сумочке дамской, куртке или сапогам из крокодильей шкуры сноса нет. Выглядят стильно и роскошно. Стоят бешеных денег.

Тем крокодильим фермам еще и туристы дополнительный доход дают. Чего там только не показывают! Бросают крокодилу ногу лошадиную на стальном тросе. Он зубами вцепится, а ногу из его зубов лебедка тянет. Он, чтобы не отдать, с хрустом кости с мясом разгрызает и заглатывает, оставляя на тросе только копыто.

А еще показывали совершенно дикий трюк. Думаю, сейчас по соображениям политической корректности его запретили. А тогда корректности еще не было. Так вот, верхнюю челюсть огромного крокодила какой-нибудь доской прижимали к нижней. Потом к этому крокодилу подходила темнокожая девочка лет семи и придерживала его верхнюю челюсть ручонками, а доску убирали. И у крокодила не было сил пасть свою раскрыть.

Когда челюсти крокодила работают на сжатие, у них чудовищная сила. Но если они сведены, то даже ребенок удержит их в таком положении своими ручками, и разжать челюсти крокодил не сможет — на это у него сил не хватает.

— Вот оно! — воскликнул я. И каменная лавина сошла с души.

2

Давайте возьмем человека, никогда крокодила не видевшего, отвезем его в крокодильные места — в Африку, в Австралию или во Флориду, — а потом попросим описать крокодила. Но писать потребуем только о том, что он видел сам, собственными глазами.

Один напишет, что крокодил совершенно неподвижен. Четыре часа, разинув пасть, лежал на солнышке, не шелохнулся, даже не моргнул ни одним глазом.

Другой опишет стремительно бегущего крокодила.

Один расскажет, что крокодил крадется к своей жертве очень медленно и совершенно бесшумно.

Другой возразит, что крокодил бросается на жертву внезапным страшным рывком.

Один сообщит, что крокодил за один раз разрывает и пожирает зебру или антилопу.

Другой не согласится: крокодил по три месяца ничего не жрет.

Один вспомнит, что мама-крокодилиха порвет любого, кто попробует обидеть ее потомство.

Другой на это ответит, что если кушать хочется, то крокодильская мама сама первая своих детенышей и сожрет, не поперхнувшись.

Кто же прав?

Все правы. Правда про крокодила лежит не на одной стороне, а на двух противоположных сторонах одновременно, причем на самых крайних точках диапазона.

Нам с крокодилом даже и тягаться не стоит. Я, например, не способен, разинув пасть, лежать на жаре четыре часа, не шевелясь и не моргая. Но и в клочья рвать зубами своих врагов не получается, хотя иногда и хотелось бы.

Я не могу три месяца подряд ни черта не жрать. У меня больше одного дня не выходит. Но и целую зебру за один раз я вряд ли способен смолотить. Если бы жареная — куда бы ни шло. А крокодил ее рвет на части и огромные кусья глотает. С костями. Даже не жует.

Так вот: Советская Армия — тот же крокодил, только очень большой. Описывайте Советскую Армию любыми словами, давайте ей любые характеристики, и вы будете правы, если к каждой характеристике станете добавлять: экстремально, крайне, предельно, чрезвычайно. И вам будут стоя аплодировать любые аудитории.

Это справедливо не только по отношению к армии, но и ко всей стране, ко всему нашему народу.

Вот, допустим, вопрос: Россия богатая страна или бедная?

Ответов два.

Первый: предельно бедная.

Второй: предельно богатая.

Какой правильный? Оба. Одновременно.

Примеров приводить не буду. Но если надо, вы и без меня найдете кучу неопровержимых доказательств как первой точки зрения, так и второй.

Вопрос: русский человек талантлив или нет?

Чрезвычайно талантлив! Вы только посмотрите, чего он достиг в одном только XX веке. Это же невероятные чудеса! И в то же время... Я не продолжаю, дабы не злить цензуру. Только о том напоминаю, что при таких-то богатствах... Эх!

Не мною о России сказано, и за сто лет до меня:

Ты и убогая,

Ты и обильная,

Ты и могучая,

Ты и бессильная.

Это Некрасов Николай Алексеевич, «Кому на Руси жить хорошо». В той же поэме так говорится о русском народе:

Люди холопского звания —

Сущие псы иногда:

Чем тяжелей наказания,

Тем им милей господа.

А потом:

В рабстве спасенное

Сердце свободное —

Золото, золото

Сердце народное.

Выбирайте не то или другое, а обе характеристики разом. Они обе правильные. Одновременно.

3

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное