Читаем Рассказы полностью

Есть в Минске такой бард — дядя Жора. Хороший, в общем, дядька, но зануда редкий. И поэт очень слабый, зато считающий себя как минимум новым воплощением Пушкина. Кроме всего прочего, Жора уверен, что божественно умеет рисовать. И гордо называет себя профессиональным дизайнером. Отмечу, что с четырёхлетнего возраста его художественные способности выросли не очень заметно, результат — понятен.

В общем, происходит маленький локальный конкурс авторской песни ФЭСТ-БГУ-2005. Актовый зал БГУ, большой, сцена, до финального концерта ещё полчаса. Сижу я, дядя, Жора, ещё кто-то. Сцена оформлена следующим образом. В глубине висит эмблема фестиваля и БГУ, а ближе к краю сцены сбоку висит панно, призванное радовать глаз. Шириной оно метра три, а высотой — с самого верха сцены спускается до самого низа.

Что на нём намалёвано, объяснить трудно, жалко — не сфотографировал. Детской дрожащей рукой на нём изображена двухструнная кривая гитара (4 струны просто не видны), какие-то кособокие домики и пятицветная радуга квадратной формы. И два человечка, похожих то ли на жертвы Освенцима, то ли на детей Хиросимы.

Жора гордо глядит на сие художество и вещает мне, что это великое полотно создал он, великий дизайнер, не хухры-мухры себе, талантливейший художник-оформитель, оформлявший ещё ВДНХ и ещё что-то.

А через зал по проходу идёт бард Саша Апанович. Эффектно так идёт, кожаный плащ, широкополая шляпа, остроносые сапоги, гитара. Идёт целенаправленно, уверенно, не глядя вовсе по сторонам прямо к двери в помещение за сценой (она справа от сцены). И в тот момент, когда он проходит мимо нас с Жорой, он бросает взгляд на сцену и видит панно. Не снижая скорости, он чётко и громко произносит следующую тираду:

— А эту х…ю какой м…к додумался тут повесить?

И идёт дальше. Жора панически оглядывается, но Саша уже скрывается в подсобке. На жорином лице напряжение постепенно уступает место облегчению.

— Послышалось… — едва слышно бормочет он.

Так вот:))))

1.20. БОРЬБА ЗА ПРАВО ПЕТЬ

Сборный бардовский концерт в кафе «Граффити» в Минске. С гитарой Алексей Ширяев aka Крыс. Публика в восторге, Крыс её берёт с первого аккорда и больше не отпускает. А в первом ряду столиков сидит уже поддатый блюз-бард Юра Бельский, который уже отпел, причём вместо положенных по регламенту 3-х песен все 6, от которых народ выпал в осадок и заснул.

Крыс допевает первую песню, Бельский вскакивает, подбегает в Крысу и я вижу, что тот отдаёт ему гитару. Я подбегаю, забираю у Бельского гитару, возвращаю Крысу, говорю: «Играй!», Бельского за плечи отвожу к столику. Бельский возмущён:

— Но я сыграть хочу!

— Юра, ты уже сыграл! — говорю я. Бельский вспоминает и вроде успокаивается.

Крыс просто добрый и на просьбу незнакомого, но с виду маститого товарища не мог отказать. Кажется, всё улажено, Крыс допевает вторую песню («Партизанскую сказку»), Бельский вскакивает и хватается за гитару в руках у Крыса. Я снова подбегаю, отбираю гитару, возвращаю Крысу, Бельскому объясняю, что он уже пел, он успокаивается.

Когда Лёша допел последнюю (4-ую) песню, я уже был спокоен, Бельский утихомирился, вроде всё нормально. Я отворачиваюсь на секунду, поворачиваюсь обратно и вижу, что Крыса уже не видно, а у микрофона — Бельский! Как мы умудрились отобрать у него гитару, я и сам не понимаю, он боролся за место под Солнцем, как Матросов, легший грудью на амбразуру. Наконец, мы его увели и концерт продолжился.

Питие — занятие вредное, блин.

1.21. ЧАЁК ДЛЯ ЛЕШЕГО

Байку рассказывала её Наташа Лобанова из Жлобина, пересказываю с её слов.

На концерте Олега Медведева в Гомеле то ли в 2005, то ли в 2006 году присутствовал гомельский поэт Алексей «Леший» Ильинчик. Замечательный поэт, импровизатор, остроумнейший человек, но, естественно, со своими забубонами. В частности, когда он сам организовывал Медведева в Гомеле, он забыл его встретить на вокзале. Но самый мощный трюк он отколол именно на этом концерте.

Известно, что Олег на всех концертах для приведения горла в надлежащий для пения вид попивает «чаёк», крепкий и хороший. Коньяк то есть. Ма-а-аленькими глоточками через песню или две по глоточку для смягчения. За концерт n-ная часть фляжки уходит. И стоит эта фляжка на стульчике рядом с ним.

Проходит концерт. То ли квартирник, то ли в каком-то маленьком зальчике, не знаю. Леший сидит в первом ряду и смотрит на фляжку всё первое отделение. После первой песни второго отделения (петь уже трудно, начинается работа с «чайком») нервы Лешего не выдерживают. Со словами «Я тоже хочу!» он встаёт, делает два шага вперёд и выдувает залпом всю флягу, в которой не меньше 3/4.

И садится, довольный, на место.

Немая сцена…

1.22. ПРО ЗАПОВЕДНОГО ОЛЕНЯ

Байку рассказывал Володя Зюзин; в целом похоже на правду.

Перейти на страницу:

Похожие книги