Читаем Порт-Артур (Том 2) полностью

- Как генерал-адъютант русского императора и старший из военных начальников в Артуре я решаю капитулировать, - проговорил он. - Полковник Рейс, потрудитесь по этому поводу вступить в переговоры с командующим японской осадной армией генералом бароном Ноги, - официальным тоном закончил он и опустился в кресло. - Господи, спаси и сохрани меня от всякого зла! Не миновать теперь мне виселицы...

- В России, слава богу, еще генерал-адъютантов не вешают, а если они проштрафятся, то направляют их в Государственный совет, - успокоила мужа Вера Алексеевна. - Анатоль, ты должен помнить, что этим шагом ты спасаешь от смерти десятки тысяч наших героических офицеров и солдат. Тысячи и тысячи матерей, жен, сестер и дочерей вечно будут молить за тебя господа бога.

- Разрешите прочитать письмо к японскому главнокомандующему, - вкрадчиво произнес Рейс.

"Его превосходительству барону Ноги, главнокомандующему японской армией, осаждающей Порт-Артур.

Милостивый государь!

Сообразуясь с общим положением дела на театре военных действий, я признаю дальнейшее сопротивление Порт-Артура бесцельным и, во избежание напрасных потерь, желал бы войти в переговоры относительно капитуляции. Если Ваше превосходительство на это согласны, то прошу назначить лиц, уполномоченных для переговоров об условиях и порядке сдачи, а равно указать место, где они могут встретить назначенных мною лиц.

Пользуюсь случаем выразить Вам чувство моего глубочайшего уважения.

Генерал-адъютант Стессель".

- Прекрасно, - одобрил Стессель и подписал протянутую ему бумагу.

Через четверть часа прапорщик Мальченко в сопровождении двух казаков с огромным белым флагом уже скакал по направлению к японским линиям. Когда он поравнялся со штабом Горбатовского, генерал с удивлением спросил:

- Куда направляется парламентер в столь позднее время?

- Очевидно, поехал передать от Стесселя поздравление генералу Ноги с наступившим Новым годом, - иронически ответил Степанов.

Когда Мальченко со свитой миновал русские линии и направился дальше, стрелки догадались о его намерениях.

- Поехал продавать Артур японцу, - сердито проговорил Денисов, фельдфебель охотничьей команды Енджеевского, и, вскинув винтовку, один за другим выпустил по парламентерам всю обойму. Вечерние сумерки помешали, однако, попасть ему в цель.

Услышав за собой стрельбу, Мальченко поспешил укрыться от русских пуль в японских окопах.

Белый нервно ходил по кабинету, ожидая донесения о положении на фронте.

Очищение батарей литеры Б и Залитерной явилось для него полной неожиданностью. Еще утром он получил от Фока приказание обстрелять эти укрепления, так как они заняты японцами. Крепостные батареи сосредоточили на них свой огонь. Как потом оказалось, укрепления были оставлены именно вследствие этого обстрела с тыла. Белый начинал понимать, что он был обманут Фоком, и решил обо всем переговорить непосредственно со Стесселем.

Волновала его и судьба Большого Орлиного Гнезда. Там находились его солдаты-артиллеристы и офицер, о которых он не мог не беспокоиться. Да и огромное значение этого укрепления для дальнейшего хода обороны было для него очевидным. Он несколько раз звонил по телефону, справляясь о положении дел на Гнезде, но ему неизменно отвечали, что гора все еще держится.

Подали обед. Генерал рассеянно поздоровался с Варей, пришедшей с Электрического Утеса, и вполуха слушал ее болтовню о всех утесовсхих событиях. Затрещал телефон. Варя бросилась к нему и через минуту вернулась бледная, испуганная.

- Борейко убит! - с трудом проговорила она. - Передали из штаба Горбатовского. - И девушка заплакала.

- А каково положение Большого Орлиного Гнезда? - быстро спросил Белый.

- Я не... знаю, я не... дослушала...

- Эх ты, глупая девчонка, самое важное и не спросила, - рассердился генерал и сам пошел к телефону.

- Пало? Что же Фок предполагает дальше делать? Долго на третьей линии мы не продержимся. - И взволнованный Белый вернулся к столу. - После обеда я сейчас же еду к Смирнову. Вели заложить экипаж, - сердито приказал он Варе, которая продолжала плакать.

- Жаль, жаль Борейко. Прекрасный был офицер, хотя и безалаберный человек.

Говорят, его разнесло на клочки, - сообщил Белый жене.

- Господи, когда же этот ужас кончится? - тяжело вздохнула Мария Фоминична.

- Теперь скоро! Не то что дни-часы Артура уже сочтены. - Генерал торопливо заканчивал обед.

Звонок в передней возвестил о прибытии гостя. К своему удивлению, Белый увидел адмирала Вирена.

- Я решил вас побеспокоить, Василий Федорович ввиду наступления чрезвычайных обстоятельств, - про говорил моряк.

- Прошу в кабинет, - пригласил Белый.

- С четверть часа тому назад я получил следующую записку: "Сейчас отправляю с парламентерами письмо генерала Стесселя к барону Ноги с предложением начать переговоры о капитуляции. Поэтому только сегодняшняя ночь остается для того, чтобы сделать с кораблями то, что вы найдете нужным.

Необходимо подготовить миноносец для отправки с ним знамен и секретных бумаг в Чифу. Рейс".

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное