Читаем Палач, сын палача полностью

Первоначально было выдвинуто сразу две версии происходящего. По одной, задержанный был убийцей, расчленившей свою мертвую жертву на куски и теперь закапывающей ее в разных местах. По второй, он являлся опасным колдуном, пришедшим в город с целью вредить ее жителям и особенно великому герцогу. Руку же он отрезал у какой-нибудь повешенной или вытащил из оскверненной им же могилы с тем, чтобы с ее помощью совершать свои дьявольские манипуляции.

Но едва преступник был явлен пред светлые очи герцога, инквизиторов и судей, он, не дожидаясь палачей, сразу же начал давать показания. По его версии, он, простой лесоруб, валил большое дерево, когда вдруг из чащи на него набросилась огромная волчица. Не помня себя от ужаса, он схватил топор и ударил им зверя, отрубив лапу.

Раненое животное умчалось в лес, после чего дровосек поднялся с земли и, взяв лапу как охотничий трофей, отправился домой.

Но не прошел он и полмили, как увидел в кустах истекающую кровью женщину, которая пыталась сделать себе перевязку. Приблизившись к ней, дровосек увидел, что у женщины не хватает кисти руки.

Не зная, что и думать, он вернулся в город, рассчитывая рассказать все судье, куда его, впрочем, и доставили.

Тут же стража и судебные исполнители были посланы в указанный дровосеком лесок, где по кровавому следу удалось найти пострадавшую и с превеликими предосторожностями доставить ее в суд.

Судья был готов вынести женщине смертный приговор, не вникая в то, как она сама видит суть дела и будет ли оправдываться. Но тут герцог неожиданно вспомнил о находящемся в городе комиссаре, который по роду своей деятельности должен был несравненно лучше разбираться в таких делах, чем все судьи и инквизиторы Биттерфельда вместе взятые. Сказано-сделано, за Петером Миллером был послан паж.

Не заставляя себя просить дважды, Миллер велел посадить женщину и дровосека в двух разных камерах, после чего изъявил желание допросить сперва дровосека. Им оказался крепкий на вид мужчина двадцати семи лет отроду, по имени Пауль Тетте.

Внимательно выслушав историю во второй раз, Петер Миллер велел дровосеку раздеться и осмотрел его кожу, особенно обращая внимание на свежие царапины. Для опытного взгляда палача, было очевидно, что царапины на теле дровосека нанесены ногтями человека, а не когтями животного. Но это было трудно доказать людям крайне редко имеющим дело с какими-либо ранами. На одежде его так же не было заметно шерсти, которая неминуемо оказалась бы там, если бы на дровосека напал волк.

После допроса дровосека Миллер пожелал увидеть женщину. Берта Гросвинтер была еще молодой и весьма привлекательной особой. Вдова рыбака, живущая сбором хвороста, который она доставляла в Биттерфельд.

– Два дня был сильный ветер, господин инспектор, – еле сдерживая слезы боли, сообщила женщина. – Я как обычно отправилась в лес за хворостом. Надо сказать, что господь не оставил меня, и хвороста было более чем достаточно. Я дважды возвращалась к себе домой, и когда пошла в третий… Неужели господь наказал меня за жадность?! Когда я пошла в третий раз, я сразу же почувствовала, что в лесу кроме меня еще кто-то есть. Я позвала раз, другой, но поскольку мне никто не ответил, решила, что мне послышалось. Я перекрестившись и прочтя молитву деве, пошла по своей обычной тропинке.

Но едва я наклонилась, чтобы поднять большую ветку, сзади на меня напали. Я отбивалась, что было сил, но незнакомец рвал на мне платье, пытаясь овладеть мной.

Мне удалось перевернуться на спину и оттолкнуть от себя напавшего ногами, после чего я увидела, что это мой сосед – дровосек Пауль Тетте, который обычно здесь же рубит лес.

Я закричала на него, обещая, что пойду жаловаться в суд. Тогда дровосек вынул из-за пояса небольшой топорик и, схватив меня за волосы, поволок к дереву, где я думала, что лишусь головы, но мерзавец отсек мне кисть руки. Как я теперь буду без руки, ваша милость?! Мало мне того, что прошлым летом утоп мой Яков, что чума унесла двоих наших детей, теперь я урод, который может только попрошайничать на улицах и сдохнет в какой-нибудь канаве!

– Теперь для вас важнее, чтобы вас не объявили ведьмой и не сожгли на костре, – мягко сообщил ей Петер. После чего приказал женщине одеться в тюремную робу и забрал ее одежду.

Осмотрев бедное платье, нижнюю рубашку и старенький бархатный корсаж подозреваемой, Миллер так же не обнаружил на вещах волчьей шерсти.

<p>Глава 2</p><p>Суд в Биттерфельде</p>

Судья должен пускать в ход разные способы воздействия, не исключая и хитростей, предлагая друзьям обвиняемого склонить его к сознанию в преступлении и стремясь получить добровольные обличающие его показания.

Генрих Инститорис, Якоб Шпренгер «Молот ведьм»
Перейти на страницу:

Похожие книги