Читаем Незримый фронт Отечества. 1917–2017. Книга 2 полностью

У нашего коллектива, в который входили Сергей Селезнев, Сергей Веревкин-Рахальский, Володя Нечаев и автор этих строк, выработалась своя традиция. Мы встречались за трибунами ровно в 12 часов дня, даже если были разбросаны по разным точкам. Володя Нечаев курировал Эрмитаж, поэтому имел туда свободный доступ. Мы заходили в Зимний дворец и шли в приемную директора Эрмитажа академика Пиотровского. Там во время празднования находился штаб. Наш маршрут проходил по античным залам. Непременно останавливались в Греческом зале. Доставали из внутренних карманов плоские пластмассовые фляжки и со словами Аркадия Райкина «В Греческом зале, в Греческом зале…» делали по глотку коньяка. После этого с чувством исполненного долга шли в приемную директора. Там доставали свои бутерброды, пили предложенный дежурными чай или кофе и играли обязательно в шахматы, хотя бы пару партий. Сергей Веревкин-Рахальский был заядлым игроком в шахматы, да и мы с Сергеем Селезневым не намного отставали от него. В шахматы играли при первой возможности: в обед, после работы, во время ночных бдений в Управлении и когда по заданию приходилось сидеть в машинах или гостиницах до глубокой ночи или, точнее, раннего утра. Игра в шахматы в Эрмитаже доставляла еще и эстетическое удовольствие. Потому что сидели в комнатах с великолепными картинами и гобеленами на стенах. Столики с гнутыми ножками и перламутровым покрытием, на которых мы играли, были старинной работы и представляли собой художественную ценность.

Отдохнув в прекрасной обстановке с полчаса, выпив по стакану чая за победу в шахматах, с шутками и подначками возвращались каждый на свое место в наряде, давая возможность «передохнуть» своим коллегам.

Эрмитаж для меня неразрывно связан с Владимиром Высоцким, который по приглашению руководства музея, раз или два в год приезжал на встречу с сотрудниками и пел на этих творческих встречах свои песни.

Володя Нечаев организовывал пропуска и для нас, за что я ему очень благодарен. Встречи проходили исключительно в дружеской, непринужденной обстановке. Высоцкий довольно много и подробно рассказывал о себе, но в основном о песнях, об истории их создания и т. д. Такие встречи запоминаются надолго.

После праздников наступила пора думать, что делать с винтовкой «Игрока» дальше. Валере охоту на дичь мы благополучно сорвали. Николай рассказал ему трогательную историю о том, что механик «запил» и, видимо, надолго. Но любой запой рано или поздно заканчивается. Пришлось Николаю через месяц-полтора возвращать винтовку, так и не починив ее. К этому времени в поле зрения Валеры появился еще один «мастер», который с нашей подачи еще около месяца морочил ему голову.

А тем временем разработка «Игрока» продолжалась своим ходом, принося ее создателю маленькие радости в виде накопления информации и большие разочарования с точки зрения успешной реализации дела.

Вот поступила информация о том, что слушатель Военной академии, прибывший на учебу в Ленинград из Сомали, намерен продать небольшую партию золотых монет. Через цепочку наших помощников выводим негра на бармена. На следующий день они договариваются под нашим контролем о совершении сделки.

Чтобы задержать их с поличным, мне пришлось немало попотеть: написать рапорт руководству, получить целую кучу виз и санкцию на проведение операции, ознакомить следователя с материалами дела, найти понятых (слава Богу, ребята из оперативного отряда выручали в такие моменты) и т. д. и т. п.

На следующее утро наружное наблюдение доложило, что объект на месте, но ведет себя несколько нервозно. А как же не волноваться перед сделкой? Это нормально. Об африканце из Сомали поначалу также поступала ободряющая информация: он вышел утром из общежития в несколько возбужденном состоянии и поехал на встречу с нашим помощником на Марсово поле, где и ждал его в условленном месте, однако напрасно. Негр явно нервничал, и мы не меньше его. Я позвонил оперработнику, у которого на связи был этот агент, и спросил, почему его человека нет в условленном месте в условленное время. Оперработник пообещал уточнить, в чем дело, и через несколько минут сообщил, что агент после «вчерашнего» проспал и сейчас на такси приедет к месту встречи.

Наш сомалиец прождал с полчаса и уехал нервничать к себе в общежитие. Подсказать ему, что наш человек уже едет, было некому. Минут через десять после ухода негра появился, явно плохо ориентируясь в окружающем пространстве, наш горе-помощник. Но все это, как говорится, мимо кассы, поезд ушел.

Таких курьезов было довольно много, наверное, нет смысла их описывать. Жаль, что наша активная, большая работа давала такие мизерные результаты.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих кораблей
100 великих кораблей

«В мире есть три прекрасных зрелища: скачущая лошадь, танцующая женщина и корабль, идущий под всеми парусами», – говорил Оноре де Бальзак. «Судно – единственное человеческое творение, которое удостаивается чести получить при рождении имя собственное. Кому присваивается имя собственное в этом мире? Только тому, кто имеет собственную историю жизни, то есть существу с судьбой, имеющему характер, отличающемуся ото всего другого сущего», – заметил моряк-писатель В.В. Конецкий.Неспроста с древнейших времен и до наших дней с постройкой, наименованием и эксплуатацией кораблей и судов связано много суеверий, религиозных обрядов и традиций. Да и само плавание издавна почиталось как искусство…В очередной книге серии рассказывается о самых прославленных кораблях в истории человечества.

Андрей Николаевич Золотарев , Борис Владимирович Соломонов , Никита Анатольевич Кузнецов

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы
10-я пехотная дивизия. 1935—1945
10-я пехотная дивизия. 1935—1945

Книга посвящена истории одного из старейших соединений вермахта, сформированного еще в 1935 г. За время своего существования дивизия несколько раз переформировывалась, сохраняя свой номер, но существенно меняя организацию и наименование. С 1935 по 1941 г. она называлась пехотной, затем была моторизована, получив соответствующее добавление к названию, а с 1943 г., после вооружения бронетехникой, была преобразована в панцер-гренадерскую дивизию. Соединение участвовало в Польской и Французской кампаниях, а затем – до самого крушения Третьего рейха – в боях на Восточном фронте против советских войск. Триумфальное шествие начала войны с Советским Союзом очень быстро сменилось кровопролитными для дивизии боями в районе городов Ржев, Юхнов, Белый. Она участвовала в сражении на Курской дуге летом 1943 г., после чего последовала уже беспрерывная череда поражений и отступлений: котлы под Ахтыркой, Кировоградом, полный разгром дивизии в Румынии, очередное переформирование и последние бои в Нижней Силезии и Моравии. Книга принадлежит перу одного избывших командиров полка, а затем и дивизии, генерал-лейтенанту А. Шмидту. После освобождения из советского плена он собрал большой документальный материал, положенный в основу этой работы. Несмотря на некоторый пафос автора, эта книга будет полезна российскому читателю, в том числе специалистам в области военной истории, поскольку проливает свет на многие малоизвестные страницы истории Великой Отечественной войны.

Август Шмидт

Военное дело
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука