По мнению Рокфеллера, ключом к успеху в бизнесе служит исчерпывающая информация о клиентах и конкурентах. Сотрудники Джона собирали сведения о поведении потребителей и независимых компаний по всей Америке: куда уходит проданный конкурентами керосин в Калифорнии, кто поставляет горючее бакалейщикам в штате Мэн[126]… Особое внимание Рокфеллер уделял работе с персоналом. Вместо того чтобы повышать сотрудникам жалованье и выплачивать премии, он награждал их акциями компании, повышая тем самым их заинтересованность в результатах труда. Вышедшим на пенсию работникам он платил щедрое пособие.
Многим американцам не нравилось, что Рокфеллер и его компания фактически стали «государством в государстве». За магнатом закрепился негативный имидж монополиста, движимого жаждой наживы, который из-за денег не остановится ни перед чем. Став единоличным властителем отрасли, Рокфеллер взвинтил цены и становился богаче с каждым днем. При этом он активно использовал лоббистские приемы: в результате переговоров с железнодорожными компаниями о регулировании тарифов на перевозки он добивался существенной скидки для своей компании, в то время как конкуренты были вынуждены платить сполна. Масла в огонь добавляли финансисты с Уолл-стрит, транспортники, мелкие нефтяники, каким-то чудом сохранившие независимость от Standard Oil. Они запустили в прессе целую кампанию по дискредитации Рокфеллера. Миллионер внешне сохранял невозмутимость, хотя признавал, что информационную войну его империя с треском проиграла.
Колоссальный дисбаланс, возникший на нефтяном рынке, привел к тому, что в ситуацию вмешались власти Соединенных Штатов. В июле 1890 года Конгресс принял первый в истории Америки антимонопольный закон (так называемый акт Шермана), который прямо запрещал Рокфеллеру контролировать целую отрасль экономики. В марте 1892 года Верховный суд штата Огайо вынес решение о роспуске Standard Oil Trust. Однако находчивый Джон сумел выпутаться из расставленных на него сетей. Он перерегистрировал компанию в другом штате, где трасты еще не были запрещены, а в 1897 году для отвода глаз передал управление корпорацией своему сыну, Джону Рокфеллеру-младшему (1874–1960). За три года до этого состояние Рокфеллера превысило отметку в миллиард долларов.
В 1910 году основатель Standard Oil во всеуслышание заявил, что окончательно выходит из бизнеса. Он объяснял это преклонными годами и пошатнувшимся здоровьем. Однако в реальности Рокфеллер пытался тем самым спасти свое детище от антимонополистов, которые пошли на очередной заход в войне против Standard Oil. После начала широкомасштабной антимонопольной кампании в 1911 году Джону пришлось раздробить Standard Oil на 34 фирмы. В каждой из них он сохранил контрольный пакет акций и к тому же нарастил капитал. Из возникших в результате распада траста компаний выросли сегодняшние американские нефтяные гиганты, такие как Exxon Mobil, Chevron, Conoco Phillips[127] и другие.
Полмиллиарда от чистого сердца
Управление бизнес-процессами Джон Рокфеллер доверил сыну и директорам, а сам полностью сосредоточился на благотворительности. В 1890 году он основал Чикагский университет[128], а в 1901-м – Рокфеллеровский институт медицинских исследований[129], где проходили испытания новейших лекарственных средств от самых тяжелых заболеваний. На деньги магната строились школы и больницы по всей стране.
В 1902 году по инициативе Рокфеллера был создан Всеобщий образовательный совет[130], а в 1913 году – Фонд Рокфеллера, который по сей день занимается поддержкой образования, общественного здравоохранения, социальных наук, культуры, а также финансирует продовольственные программы по борьбе с голодом. Кроме того, десятую часть своих доходов, как раньше, Джон жертвовал баптистам. В Фонд Рокфеллера стала поступать б