Не медля Лиходей отправился к Туполеву. Тот как раз собирался ехать на прием в какое-то посольство и по этому случаю был одет в ослепительно белую генеральскую форму. Андрей Николаевич тут же позвонил Дыгаю: «Я еду к тебе!». Вдвоем они появились у министра и рассказали о неудовлетворительном состоянии строительства монтажного цеха. «Покажи ему фотографии!» – попросил Туполев директора. На них можно было видеть только бетонные опоры и готовый пол цеха. Крышей и «не пахло». Туполев:
– Здесь самолеты должны уже монтироваться! Я хочу видеть здесь и сейчас твоего начальника отдела металлоконструкций!
Когда прибыл этот начальник управления, Туполев произнес одну из своих знаменитых, блистающих ненормативом речей и закончил такими словами: «Почему ты вообще тут, в Москве, сидишь? Почему не в Харькове при таком положении дел? Покажи ему фотографии. Езжай туда и оставайся там, на месте, до тех пор, пока положение не выправится!». Министру не оставалось ничего, как только повторить своему подчиненному слова Андрея Николаевича, разумеется, с уверениями, что возврат того в Москву будет только с согласия Туполева.
Туполев и Лиходей отправились теперь в ЦК. Там, в свою очередь, тоже «надавили» на Дыгая. Харьковский областной комитет партии также получил жесткий приказ оказывать авиазаводу любую поддержку. С этого момента строительство украинского гиганта обрело настоящий размах – работа стала вестись круглые сутки.
30 октября в Харькове царила праздничная атмосфера – настроение как в день Победы. Это и была победа – первый Ту-104 передали на летные испытания. Даже его рулежка в этот день была уже событием.
Во второй половине дня 4 ноября все работы на заводе было остановлены – авиастроители собрались на грунтовом заводском аэродроме. Тысячи людей стояли в полной тишине и ждали, ждали… Никто не проронил ни слова. Пошел дождь. На еще твердом травяном поле появились большие лужи. Наконец СССР-Л5412 вырулил и начал взлет. Колеса носовой стойки шли довольно свободно, колеса же основного шасси, попадая в лужи, вздымали огромные фонтаны. И вот «Ту» поднялся. Люди ликовали! Компенсацией за перенапряжение последнего времени стал этот поистине народный праздник. В Советском Союзе такие события назывались «трудовой победой». Сегодня это вызывает у нас улыбку…
Выпуск серии развивался по следующему сценарию. После того, как на опытном заводе № 156 в Москве заканчивали изготовление прототипа, тут же начинали строить второй фюзеляж. Одновременно велась подготовка к серийному производству в Харькове. Чтобы уложиться в план выпуска, харьковчанам надо было иметь два комплекта технологической оснастки. Один комплект они изготавливали сами, а второй – получили из Москве. Чтобы москвичи быстрее справлялись с задачей, завод №135 посылал туда значительное число своих рабочих – это ускоряло изготовление и одновременно давало им возможность учиться. Строившийся харьковчанами в Москве фюзеляж использовался для прочностных испытаний в ЦАГИ.