«И убьет жителей равнин», — подумала Кестрел, хотя об этом обстоятельстве никто не упоминал. Равнины были обширны и находились на севере Дакры, где в этой время года дождей шло мало. Валорианские солдаты подожгут равнины, пока их жители будут спать. Они проснутся и попытаются бежать к реке, но если пожар будет распространяться по сухой траве слишком быстро, то они не успеют и сгорят заживо.
Собравшиеся начали обсуждать, не подвергнет ли пожар опасности валорианские войска. Если нет, то победа будет значительной, утверждал глава Сената. Равнины лежали к северу от дельты, из которой правила восточная королева. Если Валория завоюет равнины, то дикари окажутся в ловушке на юго-восточной оконечности континента.
— И тогда это лишь вопрос времени, — заключил император, — когда Валория станет править на всем континенте.
— Тогда сожгите равнины, — сказала сенатор, служившая в армии. — Огонь в любом случае пойдет земле на пользу. В конечном итоге.
Кестрел смотрела, как Риша сняла с доски одну из второстепенных фигур Верекса. Риша дрожала в своих мехах. На востоке никогда не было холодно. Неужели это знание до сих пор жило в памяти Риши? Или она получила его так же, как и Кестрел, от кого-то другого? Когда принцессу похитили, она была так же мала, как и Кестрел, когда ее семья переехала из столицы в недавно завоеванный Геран. Возможно, Риша совсем не помнила дом.
Перед мысленным взглядом Кестрел предстал Геран, ее сад и семена под ее детскими пальцами — няня показывала малышке, как посадить их в мягкую землю.
Она увидела равнину, объятую пожаром. Пламя вздымалось вверх и трещало, лошади обезумели, палатки прогорали до самой основы, а затем вваливались внутрь. Родители хватали на руки своих детей. Воздух был удушающе горячим и черным.
— Кестрел? — окликнул ее император. — Что думаете вы? Ваш отец написал, что вы и раньше давали ему дельные советы по поводу востока.
Кестрел моргнула. Небо над Зимним садом было светлым. На деревьях мерцали смертельные ягоды.
— Отравите лошадей.
Император улыбнулся.
— Интересно. Продолжайте.
— Люди равнин полагаются на лошадей, — сказал Кестрел. — От них они получают молоко, шкуры, мясо, на них ездят, их же используют для охоты... Убейте лошадей, и племена не смогут без них жить. Они отступят на юг, чтобы укрыться в дельте. Равнины перейдут к вам. Вы скосите траву и накормите ею своих лошадей, а также сможете засеять эти земли, когда пожелаете.
— А как вы предлагаете отравить лошадей?
— Через водные запасы, — предложила сенатор-воин.
Могли пострадать и люди. Кестрел покачала головой.
— Река широка, и течение в ней быстрое. Свойства яда ослабеют. Пусть лучше мой отец отправит разведчиков выяснить, где лошади пасутся. Полейте ядом пастбища.
Император откинулся на спинку своего кресла. От его шоколада шел пар, окутывая его лицо дымкой. Император качнул подбородком и бросил на Кестрел косой взгляд.
— Очень изящно, леди Кестрел. Вы разрешаете все мои трудности, покупая для меня неразоренные равнины по низкой цене — цене яда. Очень хорошо, что в то же время вы сводите к минимуму потери из числа мирных жителей.
Кестрел ничего не ответила.
Император потягивал свой шоколад.
— Вы когда-нибудь видели своего отца в битве? Вам стоило бы. Однажды я бы хотел и вас увидеть сражающейся за черный флаг. Я бы хотел увидеть вас на настоящем поле сражения.
Кестрел не смогла взглянуть императору в глаза. Она отвела взгляд и заметила, что принц и Риша покинули игровой стол и исчезли в лабиринте живой изгороди. Теперь Кестрел поняла, почему Верекс казался таким счастливым. Она гадала, знает ли двор о его связи с принцессой. Скорее всего, знает.
— Ах, да, — протянул император, — с вами, Кестрел, хочет поговорить представитель Герана. Их сторона подала официальное прошение.
Казалось, его слова остались висеть в воздухе дольше, чем это было возможно. У Кестрел появилось странное ощущение, будто император играет на рояле и ударяет по расстроенной клавише, звучание которой завладело вниманием всех слушателей.
— Неудивительно, — холодно ответила она. — Геранцы в любом случае будут время от времени выражать желание переговорить со мной. Я была назначена послом в их стране.
— Да, и нам следует это исправить. У вас слишком много дел, чтобы вы занимались столь скучной работой. Геранцев известят о том, что вы отказываетесь от должности. Вам больше не придется встречаться ни с одним из представителей Герана
* * *
Когда Кестрел вернулась в свои покои, ее постель оказалась пустой и аккуратно застеленной. Сундук Джесс исчез.
Но Джесс обещала. Ее визит должен был продлиться дольше. Они едва встретились — не может быть, чтобы Джесс уже уехала, уехала так скоро...
Кестрел дернула за шнурок колокольчика. Когда в комнату вошли ее горничные, она спросила:
— Где письмо?
Горничные ответили недоуменными взглядами.
— От моей подруги, — сказала Кестрел. — Для меня. На нее не похоже вот так уйти, ничего не сказав.
Последовало молчание, а затем одна из служанок проговорила:
— Леди приказала, чтобы ее сундук перевезли в ее городской дом.
— Но почему?