Читаем Любопытное приключение полностью

„Священный Союзъ нашелъ въ обычномъ ружьѣ приказаніе отъ начальника, оставленное тамъ прошлою ночью, которое отмѣняетъ прежнія инструкціи, данныя подчиненной части. Оставилъ въ ружьѣ обычное указаніе, что приказаніе достигло назначенія“.

Уэббъ прервалъ чтеніе:

— Развѣ мальчикъ теперь не подъ постояннымъ надзоромъ?

Я сказалъ:- Да, онъ находился подъ строжайшимъ надзоромъ со времени захвата его перваго письма.

— Тогда какимъ же образомъ онъ можетъ положить что-нибудь въ ружье или что-нибудь оттуда вытащить и не быть пойманнымъ?

— Да, — сказалъ я, — мнѣ это не особенно нравится.

— Мнѣ тоже, — сказалъ Уэббъ. — Это просто значитъ, что между самыми часовыми есть заговорщики. Безъ ихъ помощи это не могло быть сдѣлано.

Я послалъ за Рэйбурномъ и приказалъ изслѣдовать баттареи и посмотрѣть, что тамъ можно найти. Затѣмъ мы продолжали чтеніе письма:

„Новыя приказанія очень рѣшительны и требуютъ, чтобы ММММ были ФФФФ къ тремъ часамъ завтрашняго утра. Двѣ сотни прибудутъ маленькими партіями, съ поѣздомъ и иначе, съ разныхъ сторонъ и окажутся во-время на указанномъ мѣстѣ. Сегодня я раздамъ значекъ. Успѣхъ, повидимому, обезпеченъ, хотя что-то должно быть открыто, потому что караулъ удвоенъ и начальство прошлой ночью нѣсколько разъ дѣлало обходъ. В. В. пріѣзжаетъ сегодня съ юга и получитъ секретныя приказанія по другой методѣ. Вы всѣ шестеро должны быть въ 166, ровно къ двумъ часамъ по полун. Тамъ вы найдете Б. Б., который вамъ передастъ подробныя указанія. Пароль тотъ же, что въ послѣдній разъ, только наоборотъ: первый слогъ ставьте послѣднимъ, послѣдній — первымъ. Помните ХХХХ. Не забывайте. Будьте мужественны. Прежде чѣмъ взойдетъ солнце, вы будете героями, прославитесь на вѣки. Вы прибавите безсмертную страницу къ исторіи. Аминь.“

— Громъ и Марсъ, — сказалъ Уэббъ, — да мы, какъ видно, попадаемъ въ горячую передѣлку.

Я сказалъ, что вещи, несомнѣнно, начинаютъ принимать весьма серьезный оборотъ.

— Готовится отчаянное предпріятіе, это ясно, какъ день; назначается для него сегодняшняя ночь, это тоже ясно. Точное свойство предпріятія, т. е. я подразумѣваю способъ его веденія, скрыть отъ насъ этими непонятными эфами и эмами. Но конечная цѣль всего этого, мнѣ кажется, захватъ и плѣнъ поста. Теперь мы должны дѣйствовать быстро и рѣшительно. Я думаю, что мы ничего не выиграемъ, продолжая свою тайную политику съ Уиклоу. Мы должны также, какъ можно скорѣе узнать, гдѣ находится 166, чтобы имѣть возможность накрыть тамъ шайку въ 2 часа пополун. Самый быстрый способъ узнать это — добыть силою признаніе у этого мальчика. Но прежде всего, прежде, чѣмъ совершить рѣшительный шагъ, я долженъ изложить факты военному департаменту и просить полномочія.

Приготовили шифрованную депешу. Я прочелъ ее, одобрилъ и отправилъ. Затѣмъ мы окончили обсужденіе вышеприведеннаго письма и распечатали то, которое было взято у хромого джентльмэна. Въ конвертѣ ровно ничего не было, кромѣ совершенно чистаго листа почтовой бумаги. Это былъ большой ударъ для нашихъ горячихъ, ревностныхъ ожиданій. Мы почувствовали себя такими же блѣдными, какъ бумага, и вдвое глупѣе; но это продолжалось лишь съ минуту, потому что мы сейчасъ же подумали о „симпатическихъ чернилахъ“. Мы подняли бумагу къ огню и ждали, пока выступятъ буквы подъ вліяніемъ теплоты, но на бумагѣ ничего не появилось, кромѣ слабыхъ черточекъ, ничего, намъ не говорившихъ. Тогда мы послали за докторомъ и предложили ему испробовать всѣ извѣстные ему способы до тѣхъ поръ, пока не нападетъ на настоящій, и принести мнѣ содержаніе письма, какъ только ему удастся вызвать его на поверхность. Это была довольно скучная проволочка и мы, понятно, сердились страшно, такъ какъ вполнѣ надѣялись узнать изъ этого письма важнѣйшую тайну заговора.

Въ это время явился сержантъ Рэйбурнъ и вытащилъ изъ кармана скрученную веревку около фута длиной съ тремя узлами на ней.

— Я вытащилъ это изъ ружья на ватеръ-фронтѣ,- сказалъ онъ, — я вытащилъ патроны изъ всѣхъ ружей, посмотрѣлъ тщательнѣйшимъ образомъ. Эта веревка — единственная вещь, которую я нашелъ.

Итакъ, этотъ кусокъ веревки былъ знакомъ Уиклону, что „приказанія начальника достигли назначенія“. Я приказалъ, чтобы всѣ часовые, стоявшіе близъ этого ружья, были отведены подъ арестъ, каждый въ отдѣльности безъ разрѣшенія сообщаться между собой, безъ моего личнаго позволенія и приказанія.

Отъ секретаря военнаго департамента пришла слѣдующая телеграмма:

„Пріостановить habeas corpus. Поставить городъ на военное положеніе. Произвести необходимые аресты. Дѣйствовать быстро и рѣшительно. Доносить департаментамъ“.

Теперь мы имѣли возможность приступить къ дѣлу. Я приказалъ безъ шума арестовать хромого джентльмэна и привести его въ крѣпость. Я посадилъ его подъ стражу и запретилъ сообщаться съ нимъ. Онъ сначала возмущался, но скоро покорился.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Вячеслав Александрович Егоров , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Марина Колесова , Оксана Сергеевна Головина

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
1984. Скотный двор
1984. Скотный двор

Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи фашизма и диктатуры? Каким станет общественный уклад, если власть потребует неуклонного подчинения? К какой катастрофе приведет подобный режим?Повесть-притча «Скотный двор» полна острого сарказма и политической сатиры. Обитатели фермы олицетворяют самые ужасные людские пороки, а сама ферма становится символом тоталитарного общества. Как будут существовать в таком обществе его обитатели – животные, которых поведут на бойню?

Джордж Оруэлл

Классический детектив / Классическая проза / Прочее / Социально-психологическая фантастика / Классическая литература