Читаем Инквизиция полностью

Хотя мой отец быстро шел на поправку, он был не в состоянии целый день выдерживать темп Олтана, и после обеда переговоры со стороны Лепидора вел я. Ради своего клана я не мог уступать, пока мы не сходились на том, что удовлетворяло всех. На закате, когда по западному небосклону от горизонта до горизонта разлилось небывалое красновато-золотое сияние, я понял, что зима уже пришла, и сослался на клановые обязанности, чтобы последний раз поплавать в море, еще теплом после дневной жары. Главы кланов так не поступают, и я чувствовал, что подвожу своего отца, но кто знает, когда мне снова представится такая возможность?

Не было времени уходить далеко от города, иначе мне пришлось бы возвращаться в темноте, поэтому я прошел немного вдоль берега к пляжу под тем косогором, где мы сидели днем.

Сбрасывая с себя тунику в странном, жутком зареве, я посмотрел на море. Солнце висело пылающим оранжевым шаром в поразительном небе медного цвета, заливая город и береговую линию призрачным, почти апокалиптическим светом. Лес позади меня стоял безмолвен, и моя гротескно растянутая тень казалась изможденным призраком на фоне деревьев и золотого песка.

Но самым необычным было море. Из красок этого эффектного заката волнистая поверхность океана выбрала для себя густой кроваво-красный цвет.

– Море цвета красного вина, – промолвил я, не сознавая, что говорю вслух, пока не услышал ответ.

– Я думала о том же, – сказала Равенна, сидевшая в тени скалы. Когда она встала, мы старались смотреть лишь на лица друг друга.

Фетийский поэт Этелос жил почти шестьсот лет назад, но, судя по его стихам, он созерцал похожий закат на некоем древнем острове еще до того, как человечество ступило на берега Океании.

– Я никогда не видел ничего подобного, – сказал я, показывая на панораму неба и моря.

– Я тоже. – Равенна спустилась на пляж и встала рядом, и еще одна длинная тень упала на песок. – Даже в начале зимы, когда закаты всегда удивительны. Все-таки странно, что эти цвета, так любимые Сферой, могут казаться такими красивыми. Сфера поганит все, к чему прикасается. Все, кроме закатов. Почему так?

– Закаты были здесь задолго до Сферы и останутся здесь, когда о ней давно забудут.

– Я завидую людям, которые будут любоваться подобным чудом, знать не зная о ереси и инквизиторах.

– Мы никогда не сможем о них забыть, – вздохнул я, – но я тебе обещаю: когда-нибудь мы будем смотреть на такой закат из Дворца Моря в Санкции, как древние иерархи.

Равенна воззрилась на меня, затаив дыхание, потом озадаченно покачала головой.

– Ты сейчас одной фразой сказал очень многое.

На самом деле, так и было, и кое-что из сказанного я сам понял лишь спустя много времени. Мое обещание казалось странным, но мы оба знали, что оно означает. Санкция, древний священный город Аквасильвы, исчез, когда Сфера пришла к власти. Никто из нас не сможет в него войти, пока Сфера не сгинет, если история его исчезновения верна. Двести лет его было не видно и не слышно, и это самый ясный показатель, что причина определена правильно.

Но гибель Сферы – еще не все, и если бы я знал будущее, я бы никогда не дал такого обещания. Равенна была мудрее меня и уже поняла то, чего я не увидел в своей слепоте. И никто из нас двоих не упомянул тогда о значении, которое имел ритуал наблюдения заката для самих иерархов.

– Поплыли? – спросила Равенна, нарушив молчание.

Мы поплыли, наслаждаясь теплом темной воды, пока солнечный шар совсем не исчез, и лишь пурпурная заря осталась на западном небосклоне, загороженная синими силуэтами туч. Не возвращаясь к сказанному, мы натянули туники на еще мокрые тела и вернулись во дворец.

На следующее утро вершины гор скрыл непроницаемый слой низких облаков, и в воздухе повеяло резким холодом. Зима теперь стала похожа на зиму, хотя так было не всегда. Это теперь существовал абсолютный разрыв между зимой и летом, граница, которую мы переходили в конце каждого года. После этой даты налетал первый шторм, а с ним начиналась штормовая полоса, длившаяся обычно несколько месяцев. Треть каждого года с разницей в несколько недель. Только Сфера, с ее способностью контролировать и «видеть» погоду сверху, знала, почему это происходит, и конечно, не в ее интересах было кому-нибудь рассказывать.

Я еще несколько минут смотрел из зала ожидания подводной гавани, как манта Кэнадрата скользит во мрак легкими, неторопливыми ударами своих огромных крыльев. Только когда вода полностью поглотила ее, я повернулся и отпустил двух сопровождавших меня морпехов. Во дворце меня ждала работа, но эскорт уже не был нужен.

Одно хорошо в зиме, размышлял я, взбираясь по лестнице в свой кабинет во дворце: не так обидно торчать в четырех стенах. Снаружи нечего было делать, кроме как когда шел снег, и та новизна вскоре прошла, когда холод просочился под мою одежду. Я не был океанином по рождению и никогда не чувствовал себя счастливым в холоде. Одного года на Архипелаге, где никогда не бывает снега, хватило, чтобы убедиться: я совсем по нему не скучаю.

Перейти на страницу:

Все книги серии Аквасильва

Еретики Аквасильвы
Еретики Аквасильвы

Аквасильва.Странный, причудливый мир, почти вся поверхность которого покрыта РІРѕРґРѕР№.Здесь Средневековье королей и лордов, ландскнехтов-наемников и монахов воинствующих орденов соседствует с подводными лодками, а бороздящие океан пиратские корабли под черными парусами оснащены электронными приборами...Здесь веками не менялось ничего.Но теперь в мире Аквасильвы стали рождаться необычные дети — телепаты и эмпаты, мастера гипноза и телекинетики. Те, которые готовы изменить будущее.Церковь зовет РёС… еретиками.Отряды воинов охотятся на РЅРёС…, как на РґРёРєРёС… зверей. Они скрываются. Прячутся. Р–РґСѓС' своего часа. Но сильнейшим из "еретиков Аквасильвы" — юноше Кэтану и его сторонницам Палатине и Ровенне — надоело ждать. Они решают действовать — и вступают в неравную Р±РѕСЂСЊР±у со всемогущей Р

Ансельм Одли

Фэнтези

Похожие книги