Читаем Граф М.Т. Лорис-Меликов и его современники полностью

По словам «С.-Петербургских ведомостей», любопытное явление можно наблюдать теперь в министерстве внутренних дел, когда граф М.Т. Лорис-Меликов принимает посетителей. К графу идут не десятки, а сотни человек. Две большие приемные комнаты набиваются до тесноты. В это же время на площади собирается порядочная толпа любопытных, ожидающих приезда и отъезда графа. Доступность и популярность этого государственного человека сделали то, что к нему идут все и со всем, часто совсем неподходящим и невыполнимым. Не видев, трудно поверить, что у нас есть такая толпа лиц, которая имеет нужду быть выслушанною властью и что есть такое стремление к власти, когда она является в сердечной и доступной форме.

Русские ведомости. 1880. 29 сентября.

«Московские ведомости» о программе Лорис-Меликова

Предметом общих толков в настоящее время слркат предстоящие сенаторские ревизии губерний Казанской, Костромской, Киевской, Черниговской, Тамбовской, Воронежской, Саратовской, Самарской. ...Сенаторы Ковалевский, Половцов, Шамшин и Мордвинов, согласно возложенному на них поручению, при обозрении губерний, куда командируются, не ограничатся раскрытием и пресечением злоупотреблений. В программу их задачи, как слышно, входит всестороннее исследование местного управления. Они должны разъяснить действительное положение земского, городского и крестьянского управления, роль какую играют органы администрации и суда, взаимные отношения существующих между органами суда, администрации и выборных учреждений, состояние промышленности и торговли, положение, в каком находятся разные классы общества, между прочим сельское духовенство. Результатом такого исследования, произведенного одновременно в нескольких местностях страны, должно быть указание целого ряда мер, касающихся всех сторон народной жизни.

Что такое именно значение предстоящих сенаторских ревизий, в этом едва ли может быть сомнение после тех слов, с какими 6 сентября, через три дня после Высочайшего повеления о производстве этих ревизий, граф Лорис-Меликов обратился к редакторам петербургских газет и журналов, которых нарочно приглашал к себе. Слова эти приблизительно переданы в «Отечественных записках», откуда они перешли затем в другие периодические издания. Рекомендуя печати воздерживаться от суждений по предметам, которые могли бы напрасно волновать умы, министр внутренних дел сделал несколько указаний на существующую правительственную программу. Основная мысль задуманной программы состоит в том, чтобы согласовать и привести в гармонию учреждения нового и старого порядка, видоизменить их для этой цели в чем окажется нужным. Эта мысль давно рке высказывалась, и нельзя не порадоваться, что ныне сделан, наконец, серьезный шаг к ее осуществлению, которое, по мнению графа Лорис-Меликова, потребует от пяти до семи лет времени.

Московские ведомости. 1880. 25 сентября, передовая.

№ 55

ПОДПОЛЬНАЯ ПЕЧАТЬ ОБ ИТОГАХ ПОЛУГОДОВОГО ПРАВЛЕНИЯ ЛОРИС-МЕЛИКОВА

1

Около полугода прошло уже с той поры, когда воцарение Лорис-Меликова было встречено дружным хором газетных ликований, как начало новой эры. Несомненно, что общественное мнение значительно расходилось в этом случае с голосом печати. Тем не менее мириады газетных листков, наводняющие ежедневно все закоулки России, не могли, разумеется, не производить известного давления на общественное мнение. Уверения в несомненной близости реформ были так решительны, разные слухи из «достоверных источников» так единогласно говорили о богатых милостях, ожидающих Россию, что трудно было уже вовсе не поверить. А верить вдобавок так хотелось...

Прошло полгода. Условия для правительства были самые благоприятные. Не раз оно раньше заявляло публично, что и радо было бы «возвратиться» (?) к либеральной политике, да только мешают кинжалы и динамит революционеров. За последние месяцы ни кинжалы, ни динамит не проявляли ничем своего существования. Целое полугодие полнейшей тишины революционеры подарили правительству; и оно без всякого ущерба для своей амбиции могло сделать что угодно. А между тем реформ все нет. Что же это означает?

Пора положить конец смешному недоразумению, возможному лишь при полном отсутствии у нас политического опыта. Пора русским гражданам понять, что даром ничто на свете не дается, что всякая власть делает уступки ровно настолько, насколько народ способен их вынудить.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии