Думаю о том, как именно сейчас буду утаскивать отсюда этого невменяемого придурка, потому что, если бахилы и шапочку еще можно достать, то вот свежую флюшку…
И тут он жестом фокусника достает из внутреннего кармана пиджака паспорт, а в нем… Бумажка с синим больничным штампом!
— Вот! — рычит он, — свежая! Я готовился! Это… Как его… Роды… Партнерские! Вот! Пустите! Она там одна, она боится!
— Бахилы, — несгибаемо командует медсестра, внимательно изучив бумажку с флюрографией, — шапочка.
Сом поворачивается к отцу и сыну Солнечным… И я вижу, как Игореха молча стягивает с башки шапочку и бахилы с кроссовок. И отдает это все Сомику!
Учитывая, что они сегодня, наверняка, много чего друг другу мысленно, а может, и не мысленно, нажелали, поступок прямо вызывает уважение.
Сом без звука натягивает на себя все недостающие детали, и медсестра молча отходит в сторону:
— Налево, вторая дверь. — Коротко инструктирует она его уже в спину. — Ее еще наверх в родзал не отправляли, не торопись.
Не уверен, что Сом слышит хоть что-то из сказанного, так быстро он пропадает из поля зрения.
— И чего торопиться? — бормочет медсестра, спокойно отходя к своему посту, — все равно еще ночь ей ходить…
— С чего вы взяли? — Солнечный-старший холодно и недовольно сдвигает брови, внимательно изучая совершенно невозмутимую женщину.
Она смотрит на него с усмешкой.
— С того, дедуля будущий… С того…
— Дикость какая-то, средневековье… — бормочет Солнечный-младший, отходя в сторону и с выдохом опускаясь на лавку, — приметы всякие бабские… Ненаучно…
— Наука — не всегда панацея, сынок, — уже вполне миролюбиво отвечает медсестра, — есть еще и опыт. Так что идите-ка отсюда, родственники и сочувствующие. Утром приходите, часов в восемь примерно…
— Нет, мы подождем, — сухо отвечает Солнечный-старший, отходя к двери и доставая телефон, — Ларионович? Как оно? Слушай, помнишь я про дочь говорил… Да… Да, вот буквально час назад… Хотел бы, чтоб ты посмотрел… А, ты на смене? И что? Да?... Хорошо… Хорошо… Да как тут не волноваться… Да… Буду ждать…
Он убирает телефон, поворачивается к сыну:
— Все хорошо, Ларионович на смене, оказывается. Раиса пока внизу, ее опрашивают. И этот… Уже там.
Последнее говорится с неудовольствием, и мне становится слегка обидно на Сомяру. Он же нормальный парень, переживает сильно. Ну, поссорились, бывает…
Наверно, что-то на моей роже такое проскакивает, потому что Солнечный-старший смотрит на меня и выдает, все так же холодно, с угрозой даже:
— Если из-за этого полудурка у моей дочери будут проблемы со здоровьем…
— Пап, хватит уже, — вздыхает Солнечный-младший, — Риска у нас сама хороша. Накрутила себя, а с чего? На пустом месте же… Ее жратву только свиньям кидать, ты же знаешь… А он еще долго терпел…
— Памятник ему за это поставлю! — рявкает Солнечный-старший, и в этот момент становится совершенно очевидно, что он на грани, едва сдерживается, — посмертно!
— Так, мужчины, — вмешивается абсолютно спокойная медсестра, — на выход. У меня еще одна скорая с роженицей. Не мешайтесь тут. Идите отдохните, а утром позвоните. Или вам позвонят.
В дверях и в самом деле появляется пузатенькая молоденькая цыганка в сопровождении, судя по количеству народа, всего табора, и в помещении тут же становится шумно.
Я переглядываюсь с отцом и сыном Солнечными, и мы, найдя понимание хотя бы в этом вопросе, синхронно покидаем больницу.
На крыльце я немного выдыхаю, только теперь понимая, что, оказывается, ехал за рулем под градусом, на чужой тачке и без прав. Н-да, не сильно я , похоже, отличаюсь от Сомяры, тоже башка отрубается в шоковой ситуации. Хорошо, хоть гаи нас не тормознули. Понятно, что отбодались бы, но потерянное время… Да и вообще, неправильно это, пользоваться служебным положением. Папа не оценит.
Ладно, обратно, значит, придется такси…
— Предлагаю что-нибудь выпить, — неожиданно говорит Солнечный-старший, глядя на нас с Игорехой, — не знаю, как вам, а мне необходимо снять стресс.
Прислушиваюсь к себе и понимаю, что старшее поколение право.
Стресс в наличии.
И его определенно требуется снять.
Глава 18
Через пятнадцать минут, развалившись в вип-кабинете одного крайне пафосного закрытого клуба, я задумчиво кручу в пальцах пузатый бокал с восемнадцатилетним маккалланом и думаю, что если так снимать стресс постоянно, то я не против стрессовать… Красиво живет Игорь Солнечный-старший, ничего не скажешь…
Представительский мерс с водителем, узнающие в лицо постоянного гостя каменномордые охранники на входе в супер-элитное заведение и ласково здоровающиеся с нами официанточки в обтягивающих белых блузках. Роскошь, не напоказ, а такая, очень не пафосная и очень правильная, идеальные диваны, идеальный виски, идеальная закусь… Что надо сделать, что так стресс снимать на регулярной основе? Еще раз сопроводить зеленого от волнения Сомяру в роддом к рожающей Поняшке? Да не вопрос! Дайте два!
Я смотрю на сидящих напротив отца и сына Солнечных, очень похожих сейчас, особенно одинаковым напряжением на физиономиях.
Видно, что вискариком тут только я наслаждаюсь, а мужики на измене.