Читаем Дом у последнего фонаря полностью

Народу на улице становилось все больше, уже весь тротуар занимали тесно припаркованные вдоль стен зданий машины. Остановившись у окна с сигаретой, Александра наблюдала за привычной глазу утренней суетой проснувшегося центра. Она знала почти все машины, помнила их хозяев. «Вот на этой черной приехал лысый, который даже летом в жару ходит в костюме-тройке. А на той, красной, – женщина с очень злым лицом, у нее всегда такой вид, будто ей на ногу наступили. Старый седан привез двух детишек в садик за углом. В синей «девятке» хозяина всегда ждет такса. А это что за красота?»

Машину, вдруг обратившую на себя внимание, Александра видела в переулке впервые. «Я бы запомнила ее, – думала женщина, любуясь, как спортивная иномарка перламутрового цвета, отливающего розово-серо-голубыми тонами, медленно проезжает по переулку, отыскивая местечко, где встать. – Машина явно дамская. Бывают же у людей дорогие игрушки… Я бы тоже купила себе такую. Если бы умела водить. И если бы у меня были деньги!»

Машина свернула за угол, но спустя полминуты вернулась и поползла обратно. Внезапно водитель принял отчаянное решение и въехал в подворотню дома напротив, перекрыв ее почти полностью. Снаружи остался торчать только бампер. Александра обратила внимание на включенные «аварийные» огни и усмехнулась, поняв, что таким примитивным способом хозяйка машины рассчитывала уклониться от ответственности за подобную парковку. «Она с ума сошла, через минуту-другую кто-нибудь поедет со двора!» – Александра наблюдала за машиной с возрастающим интересом.

Ее догадка относительно пола владельца иномарки тут же подтвердилась – из подворотни торопливо вышла женщина в кожаном плаще с меховым воротником. Оглядевшись, она направилась к подъезду дома, где располагались мастерские. Александра шире открыла окно и отчетливо расслышала, как завизжала на ржавых пружинах и хлопнула входная дверь.

«К Рустаму, – решила художница, закрывая окно. – Или к Стасу? Вряд ли, он крутит романы исключительно с натурщицами, а эта дама на натурщицу не похожа. У нее такой вид, будто она идет кого-то бить!»

Женщина налила в кружку дымящийся кипяток, утопила в нем пакетик с чаем и, закутавшись в плед, устроилась завтракать на тахте, усевшись на нее с ногами, чтобы согреться. «Может, через часик удастся уснуть. Опять весь режим сбился. Хотя не было у меня никакого режима. И кому он нужен? Кроме кошки, близких никого. А Цици обожает, когда я с ней полуночничаю…»

Кошка, уминавшая лапками местечко на краю тахты, готовясь улечься и завести песенку, вдруг выгнула спину мостиком, надулась и упруго соскочила на пол. Она повернулась к двери и, горбясь, высоко подняла напряженный хвост. Александра перестала жевать бутерброд. Такое поведение Цирцеи свидетельствовало об одном: кто-то миновал нежилой четвертый этаж и взялся за перила железной лестницы, ведущей в мансарду.

Теперь она и сама слышала шаги. Спустя мгновение в дверь постучали – настойчиво, громко, чем-то железным, будто бородкой ключа.

Александра не двинулась с места. Она не сомневалась в том, что за дверью стоит владелица красивой машины. Незнакомая женщина, которой если что и можно было вменить в вину, то лишь неправильную парковку. Может быть, заказчица, пришла по чьей-то рекомендации. Или дама просто ошиблась этажом. На дворе стояло утро, на улице полно народу. Художница не боялась открывать незнакомым людям. Ее богемный образ жизни исключал какой-либо порядок визитов. Но…

Открывать ей очень не хотелось. «Не надо двигаться, и тогда она уйдет. – Трусливая мысль скользнула по краю сознания, изумив Александру. – А чего я боюсь? Неважно. Пусть она лучше уйдет. Я просто посижу минутку тихо!»

Но гостья продолжала стучать, требовательно, нетерпеливо. Затем раздался ее голос:

– Откройте, я знаю, что вы дома! Откройте немедленно, или я вызову полицию!

Последнее обещание разом успокоило Александру. «Это ошибка!» – поняла она и, спрыгнув с тахты, пошла открывать. Цирцея бежала рядом, толкаясь лбом в ноги хозяйки и утробно урча, как всегда в минуту возбуждения.

В замке щелкнул ключ, Александра потянула на себя тяжелую дверь, одновременно спрашивая:

– Вы к кому?

– Да к вам же! – выдохнула женщина, стоявшая на площадке, занеся руку для очередной серии ударов по двери.

В следующий миг Александра поняла, как жестоко она ошибалась, полагая, что гостья стучит ключом. В руке у блондинки, одетой в дорогой плащ с норковым воротником, был нож.

«Ну почему я ей открыла?!» Задав себе этот бесполезный вопрос, Александра замерла, не сводя взгляда с лезвия. Впрочем, оно было повернуто от нее. Стучала блондинка черенком. Но сам нож художнице очень не нравился. Массивный, агрессивно выгнутой формы, с тяжелой литой ручкой – такая вещь не попадается под руку случайно. Ее покупают осознанно и носят при себе не без умысла.

Блондинка же, казалось, вовсе не думала об оружии, которое сжимала в кулаке. Вытянув шею, она пыталась что-то рассмотреть за спиной Александры. Не удовлетворившись результатом, женщина воскликнула:

– Дайте войти!

Перейти на страницу:

Все книги серии Художница Александра Корзухина-Мордвинова

Похожие книги