Читаем Дом у кладбища полностью

                 Твоя тайна восстанет из мрака болот.                 Под камнями ей не улежать.                 За тобою всюду она пойдет,                 Будет холодом в ухо дышать.                 За молитвой, на танцах, утром и днем,                 На поминках, на ярмарке, за игрой,                 При уходе твоем и возврате твоем                 До смертного часа я буду с тобой.

– Долго это еще будет продолжаться? – возопил Айронз.

Мучимый жаждой вокалист в алом плисовом кафтане в очередной раз, как он выразился, „прочищал свисток“, однако один из его сотрапезников откликнулся без особой учтивости:

– По мне, пускай хоть до утра, а коли тебе, приятель, оно не по нраву – дверь вот она, у тебя перед носом.

Ожидаемой свары, впрочем, не завязалось: блуждающий взгляд Айронза, несмотря на горевшую в нем ярость, недвусмысленно указывал, что мысли возмущенного слушателя на самом деле бродят где-то очень далеко. Как раз в эту минуту исполнитель утер губы о край рукава и подытожил балладу следующими строфами:

                 Забудешь ты про покой и сон,                 На муки душа твоя обречена.                 Как у книжника, что думами удручен,                 Потухнет твой взгляд и согнется спина.                 А приблизишься к смертному рубежу —                 И станут судить твой путь земной,                 Я руку тебе на плечо положу —                 И ты, Шеймас Хэнлон, пойдешь со мной!»

Зловещая баллада завершилась продолжительным монотонным гудением – излюбленным приемом ирландских деревенских музыкантов. Разговор собравшихся переключился на темы убийств, привидений и возмездия преступникам, однако устрашающая мелодия по-прежнему не умолкала в ушах мистера Айронза.

Пустячный и по виду совершенно случайный эпизод, каковым он мог представиться стороннему взгляду, этот вокальный дивертисмент с нравоучительным финалом оказал тем не менее весьма долговременное воздействие на жизненную судьбу Айронза; повлиял он также и на будущность прочих действующих лиц нашей истории. Мистер Айронз осушал стакан за стаканом – и пунш все более погружал его в состояние безысходной мрачности. Чернее ночи, он горбился в своем углу у очага, сохраняя угрюмое молчание; впрочем, до того, что скрывалось за его хмурым обличьем, никому из собравшихся дела не было. За выпитое Айронз расплатился с самым свирепым видом, словно проигравшийся в пух и прах головорез, и, ни с кем не попрощавшись даже кивком, угрожающе хлопнул за собой дверью. Кто-то из честной компании, весело коротавшей вечер в «Доме Лосося», отпустил ему вслед ехидную реплику, и, едва нежеланный посетитель скрылся за порогом, все разом облегченно вздохнули.

Минуту-другую спустя на крыльце дома, расположенного слева от трактира, появился мистер Лоу. Подозвав слугу, он вручил ему вместе с серебряной монетой записку, подкрепленную настоятельным устным распоряжением. Грум, почтительно тронув край шляпы, потуже застегнул ворот, поскольку дул довольно резкий восточный ветер, и, вскочив на лошадь, во весь опор помчался в сторону Дублина.

За необычной суматохой у входа в жилище доктора Стерка безмолвно и пристально наблюдал наш озлобленный выпивоха, только что покинувший «Дом Лосося», где принял изрядную порцию спиртного. Теперь, заложив руки в карманы, он подпирал спиной стену, желая небрежной позой замаскировать тревожное волнение и стараясь рассеять полнейшую сумятицу, которая царила у него в голове.

Мистер Лоу скрылся в доме, однако служанку задержал на ступеньках цирюльник, мистер Мур, рассыпавшийся в нескончаемых любезностях. Дождавшись, когда тот откланяется и поспешит наконец в направлении собственного крова, выпивоха одним махом пересек улицу и в самый последний момент успел настичь девушку.

– С вашего позволения, госпожа Кэтти, – прохрипел он, ухватившись за железные перила крыльца.

– Ой, вот те на! Да неужто это вы, мистер Айронз? Куда ж это вы подевались? Почитай больше месяца не показывались.

– Дела – и всякое такое – в Маллингаре… А как нынче доктор?

Голос клерка звучал сипло, как обыкновенно бывало после его визитов в «Дом Лосося».

– Господи боже ты мой! Да лучше некуда: сидит в постели, пьет куриный бульон и толкует о судейских делах с мистером Лоу.

– Толкует о делах?!

– Ну да, а как же! Мистер Лоу живенько записал про то, как доктору проломили голову в парке, – и теперь такое начнется, такое! Хозяин поклялся, что уж изо всех сил постарается, а доктор Тул…

– А кто, кто на него напал? – выдохнул Айронз, порывисто шагнув на ступеньку выше и еще крепче вцепившись в поручень.

– Чего не расслышала – того не расслышала: уж так громко мистер Лоу говорил с доктором Тулом.

– А кто это сейчас поскакал в Дублин?

– Слуга мистера Лоу: он послал с ним записку.

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-классика

Город и псы
Город и псы

Марио Варгас Льоса (род. в 1936 г.) – известнейший перуанский писатель, один из наиболее ярких представителей латиноамериканской прозы. В литературе Латинской Америки его имя стоит рядом с такими классиками XX века, как Маркес, Кортасар и Борхес.Действие романа «Город и псы» разворачивается в стенах военного училища, куда родители отдают своих подростков-детей для «исправления», чтобы из них «сделали мужчин». На самом же деле здесь царят жестокость, унижение и подлость; здесь беспощадно калечат юные души кадетов. В итоге грань между чудовищными и нормальными становится все тоньше и тоньше.Любовь и предательство, доброта и жестокость, боль, одиночество, отчаяние и надежда – на таких контрастах построил автор свое произведение, которое читается от начала до конца на одном дыхании.Роман в 1962 году получил испанскую премию «Библиотека Бреве».

Марио Варгас Льоса

Современная русская и зарубежная проза
По тропинкам севера
По тропинкам севера

Великий японский поэт Мацуо Басё справедливо считается создателем популярного ныне на весь мир поэтического жанра хокку. Его усилиями трехстишия из чисто игровой, полушуточной поэзии постепенно превратились в высокое поэтическое искусство, проникнутое духом дзэн-буддийской философии. Помимо многочисленных хокку и "сцепленных строф" в литературное наследие Басё входят путевые дневники, самый знаменитый из которых "По тропинкам Севера", наряду с лучшими стихотворениями, представлен в настоящем издании. Творчество Басё так многогранно, что его трудно свести к одному знаменателю. Он сам называл себя "печальником", но был и великим миролюбцем. Читая стихи Басё, следует помнить одно: все они коротки, но в каждом из них поэт искал путь от сердца к сердцу.Перевод с японского В. Марковой, Н. Фельдман.

Басё Мацуо , Мацуо Басё

Древневосточная литература / Древние книги

Похожие книги

Дочери леса (СИ)
Дочери леса (СИ)

Осторожно: книга может содержать сцены жестокости и насилия, а так же нецензурную брань и малоприятные ритуалы по черной магии. Книга про злых ведьм без цензуры. Не рекомендуется к прочтению лицам с впечатлительной психикой, сторонникам гуманизма и сострадания. Книга Темная про темных героев, поэтому если вы относите себя к положительному читателю просьба ее не открывать. Белогория — суровая страна гор и лесов, где дождливое лето сменяется ветреной осенью, а глухая осень безжалостными псами зимы. Осень повсюду. Осень грядет — опускается листьями в графстве "Воронье гнездо". Здесь окраина мира — пограничные земли с Далией. Кровь за единственный город Рудный течет ручьем. Только горы да лес. Напуганным шахтерам не дождаться помощи короля. Что скрывают эти непроходимые дебри, в которых запросто может задрать леший или сожрать медведь? Многие воины сгинули в муках пытаясь пройти напрямик. Там в лесу живет Грета! Безобразная ведьма со своим выводком упыриц. Жестокие дочери леса! Кто их повстречает — не сносит своей головы. Там на туманных горах разгорается шабаш! Безумные пляски с кровавыми оргиями на костях младенцев... Там неприкаянный шепот в густеющей тьме оврагов сводит заблудших путников с ума. Там хохот бесов заставляет мужей седеть. Там встретить черта в охапке листьев можно быстрее, чем заприметить волка или лису. Там живут дочери леса, и горе тому, кто однажды наткнется на них! * * * Я представляю вашему вниманию свой новый цикл романов "ВЕДЬМА". Я расскажу вам тяжелую историю троих дочерей, которых похитила и воспитала самая страшная ведьма Белогории — Грета Черная баба! Вы сможете полностью окунуться с головой в атмосферу живого мрачного леса и жизни в нем, встретить там самых разных диковинных существ, пройти множество испытаний, и выжить во что бы то ни стало. Вы сможете увидеть мрачную жизнь на окраине мира глазами маленьких девочек, которым приходиться учиться темному ремеслу колдовства. Дом ведьмы заслуживает особого внимания. Стои́т он один одинешенек посреди леса окутанный мраком. Что скрывает злосчастное поместье, которое солдаты обходят десятой дорогой? Там по ночам из подвала выходят гости потустороннего мира. Князья и демоны. Там течет кровь из окон и дверей, там чавканье свиней и блеянье козлов заглушают предсмертные крики жертв. И кто же хозяин графства? Граф Рудольф или Трясинная ведьма из Варии — она же Черная баба — она же Раскапывательница могил, Пожирательница детей и Грета Сажа. Она спустилась с высоких гор, чтобы извести род человеческий и посеять зло. Пройдите весь путь глазами маленьких девочек, которым предстоит стать настоящими ведьмами, и узнайте самую главную интригу этой истории — ради чего Грета воспитывает своих дочерей?

Александр Смолин

Драма / Готический роман / Фэнтези / Ужасы и мистика / Роман
Монах
Монах

Переложение готического романа XVIII века, «Монах» Антонена Арто - универсальное произведение, рассчитанное и на придирчивость интеллектуала, и на потребительство масскульта. Основатель «Театра Жестокости» обратился к сочинению Грегори Льюиса в период, когда главной его задачей была аннигиляция всех моральных норм. Знаменитый «литературный террорист» препарировал «Монаха», обнажил каркас текста, сорвал покровы, скрывающие вход в лабиринты смерти, порока и ужаса. «Монаха» можно воспринимать и как образец «черной прозы», объединяющей сексуальную одержимость с жесткостью и богохульством, и как сюрреалистическую фантазию, - нагнетание событий, противоречащих законам логики.Перевод романа издается впервые.

Александр Сергеевич Пушкин , Антонен Арто , Артём Сергеевич Гилязитдинов , Валерий Викторович Бронников , Роман Валериевич Волков , Уильям Фолкнер

Фантастика / Приключения / Проза / Готический роман / Ужасы и мистика / Стихи и поэзия
Железный доктор
Железный доктор

После того как страшная Катастрофа 2051 года превратила территорию Новосибирска в мёртвые ландшафты Академзоны, руины города населяют лишь сталкеры, механические чудовища и наноорганизмы. Однако для деловых людей грандиозная трагедия — лишь очередной способ зарабатывать деньги. С Большой Земли к Барьеру, отделяющему Зону от остального мира, по Обскому морю регулярно отправляются теплоходы с богатыми экстремальными туристами.Но очередное прогулочное судно, в круиз на котором отправилась дочь председателя Совета Федерации, потерпело крушение. Судя по дошедшим до армейского командования обрывкам информации, выжившие в катастрофе пассажиры оказались на территории Академзоны. В составе спасательной группы в Зону отправляется молодой военврач, лейтенант Владимир Рождественский. Вместе с другими военными сталкерами ему придётся противостоять смертельно опасным обитателям этой зачумлённой территории. Впрочем, техномонстры не являются главным ужасом Академзоны. Основная опасность здесь исходит от людей…

Анатолий Оттович Эльснер , Василий Иванович Мельник , Василий Орехов , Юрий Бурносов , Юрий Николаевич Бурносов

Фантастика / Триллер / Готический роман / Русская классическая проза / Боевая фантастика