Читаем Жизнь в Древнем Египте полностью

Если болезнь плохо поддавалась лечению, возникал вопрос о том, какое из многих различных лекарств нужно применить, поскольку к началу эпохи Нового царства количество рецептов возросло до такой степени, что против некоторых болезней у врача часто было двенадцать или больше лекарств, из которых он мог выбирать. Но если мы взглянем более пристально на это обилие рецептов, оно уже не будет казаться столь избыточным. От некоторых лекарств ожидали мгновенного действия, другие должны были действовать медленнее, но надежнее: это были просто «лекарства» и «быстродействующие лекарства». Кроме того, некоторые лекарства можно было использовать лишь в определенное время года. Например, среди лекарств для лечения глаз мы обнаруживаем одно, которое применялось только в первый и второй месяцы зимы, другое надо было применять в третий и четвертый месяцы, а о третьем прямо сказано, что его применение допустимо во все три времени года. Часто врач должен был точно так же учитывать и возраст пациента. Например, при задержке мочи взрослые люди могли принимать микстуру из стоячей воды, пивного осадка, зеленых фиников и еще нескольких растительных веществ, по одной дозе четыре раза. Но детям нельзя было пить это лекарство, для них нужно было намочить в растительном масле кусок старого исписанного папируса и обернуть им тело ребенка, как компрессом. Кроме того, надо было принимать в расчет, что дети бывают разные, и в одном месте мы читаем: «Если ребенок большой, он должен принимать пилюли, но если он еще в пеленках, таблетки нужно давать растворенными в молоке его кормилицы». А в тех случаях, когда не нужно было проводить эти различия, у врача достаточно редко возникали трудности с выбором, потому что рецепты были разными по качеству. Он мог сам проверить многие из них на практике и написать возле них «хороший» в своей книге рецептов[327]; на полях других книг могли остаться замечания, написанные его старшими собратьями по профессии, например: «прекрасное, я видел его и сам тоже часто делал его»[328] или «смотри, это великое лекарство. Оно было обнаружено при осмотре рукописей в храме Уеннофре». В некоторых случаях лекарству могло принести славу то, что оно излечило какого-нибудь знаменитого человека древности, а в других – иностранное происхождение. Например, существовал бальзам для лечения глаз, который, как говорили, был изобретен «семитом из Библа», и египтяне очень ценили этот бальзам оттого, что это былолекарство, – точно так же, как в наши дни многие ценят какое-нибудьпатентованное лекарство.

Конечно, было много лекарств от всех болезней, про которые говорилось в причудливом стиле египетского красноречия, что они «изгоняют из членов тела лихорадку богов, всю смерть и всю боль, и человек мгновенно выздоравливает». Эти чудодейственные средства были не изобретены человеческой мудростью, а придуманы разными богами для бога солнца Ра, которому пришлось страдать от множества различных болезней и болей до того, как он удалился на покой в небеса. Но по составу они, несмотря на свое сверхъестественное происхождение, очень похожи на земные лекарства: одно, например, состоит из меда, воска и четырнадцати растительных веществ, которые надо было смешать в равных долях и делать из этой смеси припарки.

Кроме того, многие верили, что лекарство против всех болезней можно найти в каком-то растении, например, в дереве – так, вероятно, называлась олива. В «древней книге, содержащей мудрость для человечества» мы среди многого другого обнаруживаем такие замечания об этом дереве: «если его сучья растолочь в воде и положить на больную голову, голова сразу будет здорова, словно никогда не болела. При жалобе на несварение желудка (?) вели пациенту принять несколько плодов этого дерева в пиве, и нечистая влага выйдет из его тела. Чтобы у женщины лучше росли волосы, вели мелко растолочь плоды и перемешать это крошево, чтобы получился ком. Потом женщина должна положить этот ком в растительное масло и смазывать им свою голову. Несмотря на все эти достоинства, за которые ручаласьэто дерево, видимо, не играло важной роли в медицине, поскольку мы сравнительно редко встречаем упоминания о нем в рецептах.

Подавляющее большинство применявшихся лекарств имели растительное происхождение, и в медицине применялось так много плодов и трав, что хорошее знание ботаники было обязательным для каждого египетского врача. Правда, много было и растений, встречавшихся так редко, что они были неизвестны врачу. В таком случае в рецепте давалось описание такого рода: «трава под названиемона растет на животе (то есть ползучая), как растениецветы у нее как у лотоса, а листья похожи на белую древесину».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология