Мы с Уиллом обменялись мнгозначительными взглядами. Оракул Завесы – реликт, что живет в хижине рядом с руинами в самой центральной части Империи Магии, к северу от волков. Веками пророчества Мирры влияли на все: от торговли и политики до войн и союзов. Ее последним точным предсказанием было падение Завесы пятнадцать лет назад.
А с тех пор?
Ничего.
Учитывая мрачные годы непродуманных догадок и слов надежды, больше похожих на банальность, чем на пророчество, я не разделял уверенности Дианы в способности Мирры разгадать загадку сил Сиенны. Но плана «Б» на данный момент не было, так что я не собирался спорить.
– Наверное, будет лучше, если вы пойдете и подготовитесь к ее приезду.
Я хотел спросить, что Диана имеет в виду, но тут же проследил за ее пристальным взглядом на мою обнаженную грудь. Когда я пришел в себя, на мне не было ничего, кроме штанов, которые впивались в кожу, такими они были маленькими. Вся моя одежда сгорела…
Кроме ботинок.
Я бросил взгляд на Сиенну, все еще не понимая, как ей удалось это исправить.
– Точно. Не могли бы вы прислать что-нибудь моего размера? – сказал я, снова обращая внимание на Диану.
– Я попрошу кого-нибудь сейчас же заняться этим.
Я остался сидеть, но Диана выжидающе смотрела на меня.
– Ты и твой брат свободны. Мне нужно рассказать Сиенне о Мирре, прежде чем она приедет.
Я надеялся провести несколько минут наедине с Сиенной, но в ближайшее время этого явно не произойдет. Она казалась отрешенной. Выбитой из колеи, да и можно ли ее винить? Сегодня был тяжелый для нее день, и все, что я хотел, – это подхватить ее на руки, отнести в постель и продержать там какое-то время.
Вместо этого я встал и присоединился к Уиллу, который направился к двери.
– Благодарю вас, Ваше Величество, – пробормотал он, низко кланяясь. – Я очень ценю, что вы не выстрелили в моего тупоголового брата, и еще раз приношу извинения за его поведение.
Диана сосредоточенно показывала Сиенне что-то в книге, которую держала, когда мы закрыли за собой дверь и пошли по коридору.
– Тебе не нужно за меня извиняться, – прорычал я себе под нос, пока мы шли.
– О, как бы я хотел, чтобы это было так, брат мой, – пробормотал Уилл в ответ. – Жду не дождусь, когда мы оба полностью поправимся и снова сможем сразиться. Как бы я ни был счастлив, что ты выжил, кажется, твое лицо отчаянно нуждается в тумаках.
– Лучше приведи друга.
Мы болтали о том о сем, пока не добрались до моей новой спальни, которая при ближайшем рассмотрении оказалась гораздо лучше с предыдущей. Настоящая двуспальная кровать, окно и никаких кандалов.
Одежда уже ждала меня на кресле в углу, поэтому я направился в ванную, чтобы быстро принять душ. У меня больше не было ожогов, но запах жареной плоти преследовал, и я не мог дождаться, когда избавлюсь от него. Если бы я только мог смыть воспоминание о Сиенне в тисках этого кракена…
Я остановился и повернулся к Уиллу.
– Что скажешь, если мы совершим набег на винную королевы и напьемся, когда Мирра уйдет?
Только тогда я понял, что у брата был затравленный вид, и единственным цветом на его лице было пятно крови, засохшее под носом.
– Я стараюсь поспевать за тобой, но сейчас мне трудно, Дом.
– Все хорошо. Мы все живы, так ведь? Это лучший исход, чем игроки из «Кабана и Клинка» прикинули для нас неделю назад, верно?
Уилл прочистил горло и кивнул.
– Верно. Ты прав. Все в порядке. – Он повернулся, чтобы уйти, но остановился. – Если сможешь, то в следующий раз убедись, что, когда ты выбежишь на палящее солнце, меня не будет рядом и я не увижу последствий.
Через полчаса я спустился в большой зал, Уилл и Диана были уже там, сидя бок о бок перед массивным восьмиугольным столом.
Я сел напротив и выжидающе посмотрел на них.
– Где остальные?
– Я заставила Сиенну съесть хоть немного супа, а Мирра…
– Я здесь! – раздался скрипучий голос за мгновение до того, как в комнату вошла сутулая фигура. – Здравствуйте, молодчики.
Ее лицо было скрыто черным плащом, но дерганую походку нельзя было спутать ни с чем.
Все молчали, пока она медленно шла к столу. Уилл отодвинул стул рядом с Дианой, и старуха села, пробормотав слова благодарности. Она расстегнула свой тяжелый плащ, вытащила из-под него целого жареного цыпленка и поставила на голый дубовый стол.
А после сбросила плащ и повернулась к Диане.
– Надеюсь, ты не возражаешь, дитя. Я стащила с кухни еды. Не поверишь, прошло столько лет с тех пор, как я ела что-то, кроме опоссума, так изголодалась по мясу… – Она повернулась ко мне и подмигнула молочно-белым глазом. – Я больше не выхожу.
Я видел ее картины, когда был ребенком, и слышал рассказы о ней на протяжении многих лет, но ничто не могло подготовить меня к Мирре во плоти. Ее кожа была испещрена морщинами, как старый пергамент, и удивительно, что она вообще могла видеть. Но больше всего меня поразило то, что под шифоновым платьем ее шея и спина были уродливы и искривлены, как скрюченные ветки мангрового дерева.
– Горяч, как черт, принцесса. Не сулит ничего хорошего будущему поколению, а?
Стараясь не смотреть, Диана кивнула в знак согласия, решив не поправлять Мирру.