— Лично не присутствовал, как вы изволили заметить. Руководство должно быть обособлено от исполнения. Но давайте рассмотрим это дело с самого начала. Один зарубежный коллега посоветовал нам захватить сына герцога Мильчестерского и потребовать за него выкуп. Запрошенная сумма должна была составить четверть миллиона фунтов, каковые герцог мог бы спокойно выплатить, продав пару картин. Теперь позвольте сообщить о цели этого, выражаясь на достойном всяческой жалости американском жаргоне, умыкания. Для чего нам нужны эти деньги? Для финансового обеспечения некоего плана, осуществлять который будет одно весьма и весьма знаменитое лицо из-за океана. Догадываетесь кто?
— Волк, — почтительно выдохнула хорошенькая девушка, та самая, что сидела на скамейке с молодым блондином. Почтение было оправданным. Волк был самым знаменитым наемным убийцей в мире; он действовал с бесстрастностью машины, и не было случая, чтобы он отказался от работы, обещавшей достаточно высокий гонорар.
— Молодец, Щетинка! — улыбнулся Хилари, но даже улыбка у него была кислая. — Однако пользоваться этим именем неразумно. Я буду звать его Макгрегором, владыкой всех незадачливых зайчишек, мышат, поросят и белочек. А знаете ли вы, что за мишень будет у Макгрегора согласно плану?
— Кто-нибудь из газетных магнатов? — предположил Бельчонок Орешек.
— Политический деятель? Лорд-канцлер, премьер- министр? — перечислила Щетинка.
Хилари покачал головой:
— Берите выше.
— Не хотите же вы сказать, что...
— Вот именно, что хочу. Макгрегор возьмет на прицел — как бы это лучше сформулировать? — самое высокое лицо в государстве.
У всех за столом перехватило дыхание. Хилари еще раз одарил их кислой улыбкой. Тут молодой блондин подал голос:
— Но все провалилось, мы даже не сумели толком организовать похищение. С чего Волку взять, что мы способны провернуть почти невозможное дело, когда мы и с этим-то не справились?
— Волк, то есть Макгрегор, сам проворачивает свои дела, как вы их именуете. Наша роль — быть его кассиром, и не более того. Но, как вы справедливо заметили, нынешнее предприятие провалилось. Мы провели не одну, а две генеральные репетиции, и вы прекрасно знали, как выглядит нянька. Так что же произошло?
— Ребенок оказался не герцогским. Он был черный как деготь.
— Точно. Я смотрела в коляску, сама видела, — согласно кивнула Щетинка.
— Они знали, что мы задумали, и подменили младенца. И понятно, какой отсюда вывод. — Выпяченной челюстью и выпирающим подбородком блондин и вправду очень напоминал Чарли Рамсдена.
Хилари встал, быстро и молча прошел к шкафчику, что находился над полками, и распахнул дверцы, открыв взглядам бокалы и в холодильном отделении несколько бутылок шампанского. То был ритуал. Когда группа сходилась в погребах, в шкафчике всегда было наготове шампанское, причем непременно Моэ или Шандон3 хорошего урожая. Щетинка, одна из недавно вступивших в группу, решила было сказать, что предпочитает виски, но вовремя передумала.
Хлопнув пробками, разлили шампанское. Хилари поднял бокал:
— За мистера Макгрегора. И за успех его миссии. Когда он появится.
— Но теперь-то он не появится? Вы же сами сказали, что он работает только за наличные, — вступил в разговор обладатель черного пиджака и полосатых брюк, неприметный малый с рыжеватыми волосами и усиками, как зубная щетка.
— Истинно так, Недотепка. Между тем, однако, перед нами проблема. Вывод из случившегося напрашивается простой и однозначный.
— Кто-то настучал. — Реплика принадлежала второй из двух женщин в компании. Ей было под тридцать, лицо жесткое, с крупными чертами и ножевым шрамом на щеке. В том, что Хилари присвоил ей — в честь добродушной ежихи — имя миссис Салки-Моргалки, был очевидный привкус иронии.
— Я еще раз сожалею об обращении к жаргону, но сказанное отражает истину. Предатель, иуда, стукач — название не имеет значения. Суть в том, что кто-то из нас наверняка поставил власти в известность. Или сказал кому-то еще, кто нас и выдал. Никто из вас ничего не говорил друзьям, любовнице, жене, мужу?
Все промолчали,
— Ясно. Этого я и боялся.
— Одного я понять не могу, — заметил Недотепка. — Если контрразведку предупредили, то почему их ребята не устроили засады по всему парку и дали нам улизнуть? Не могло получиться так, что план и в самом деле изменился и нам просто не повезло?
— Это с черным-то младенцем, Недотепка? И хотелось бы верить, что вы правы, когда б не черный младенец. Нет, кто-то сыграл с нами злую шутку.
— Я знаю кто, — сказал Питер Кролик. Он показал на Недотепку, который сидел напротив. — Ты.
— Интересно, откуда у Питера Кролика такие сведения? — В голосе Хилари прозвучала скрытая издевка, но от него не ускользнуло, что Недотепка остался в одиночестве на своей стороне стола и все другие подались от него как от прокаженного. На самого Недотепку это, казалось, не произвело ни малейшего впечатления. Он осушил и, взяв со стола одну из бутылок, снова наполнил свой бокал.