Читаем Цвет судьбы полностью

– Мне очень жаль, Кейт, – тихо проговорил он. – Авария была страшная. Все погибли. Тебе очень повезло, милая. Не выжил никто, кроме тебя.

«Повезло»?! Мне казалось, отец столкнул меня с крыши небоскреба и я лечу, набирая скорость, в какое-то царство тьмы. Тьма и бесконечный ужас. Нет, это сон! Такого просто не может быть! И все же… я ощущала под рукой свой плоский живот и шрам над лобком. Значит, все правда. Ребенка во мне больше нет. Его вырвали у меня – и я опустошена и сломлена.

Ребенок умер.

И Миа, и Анджела… все мертвы.

Только я жива.

Мне говорили, что это чудо. Погибли на месте все – оба парамедика, Анджела, Миа, мой нерожденный ребенок.

А я осталась.

Но почему я?

<p>Снова наше время</p><p>Глава тридцатая</p>

17 февраля 2007 года

Помните женщину из замерзшего озера? Ту, которую мы привезли в больницу без признаков жизни? Прежде чем ее реанимировали, она была мертва не меньше сорока минут. Звали ее Софи. Почему-то я никак не могла ее забыть.

– Ты не знаешь, та утопленница из озера вышла из комы? – спросила я у Билла, когда мы ехали на очередной вызов.

– Вчера как раз о ней спрашивал, – ответил он. – Говорят, так и не очнулась. Может быть, навсегда останется «овощем».

Я выглянула в окно. Мы мчались мимо детской площадки.

– Притормози, хорошо? Здесь повсюду дети.

– «Притормози», «не спеши» – только это от тебя и слышу! А ничего, что мы «Скорая помощь»? Нам вообще-то положено спешить!

– Ты же знаешь, как я к этому отношусь, – ответила я.

Мы с Биллом полгода проработали вместе, прежде чем я решилась рассказать ему о катастрофе, случившейся двадцать лет назад. Он удивился, что после такого ужаса я решила пойти в парамедики – как удивляются большинство людей, когда об этом слышат. Я и сама не знаю, чем это объяснить. Должно быть, я просто рождена для этой работы.

Мы проехали квартал насквозь и едва не столкнулись с двумя полицейскими машинами, выруливающими из-за угла.

На месте происшествия – парковке в криминальном районе – полицейские оттесняли на тротуар зевак. Пострадавший лежал лицом вниз на асфальте, рядом с проржавевшим белым грузовичком. Мы с Биллом вытащили носилки и бегом бросились к нему.

Возле тела истерически рыдала женщина.

– Скорее! – восклицала она. – В него стреляли! Он ранен!

Один из полицейских поддержал ее под локоть и помог подняться.

– Отойдите немного, мэм. Дадим медикам сделать их работу.

Присев над раненым, я увидела, как расплывается у него на правой лопатке алое пятно.

– Перевернем, – сказала я Биллу.

Мы перевернули раненого на спину. На вид ему было лет пятьдесят с небольшим: редеющие волосы до плеч, бородка – и еще одно кровавое пятно на груди.

– Входное отверстие, – сказала я. Пощупала пульс и, встретившись с Биллом глазами, кивнула. – Живой. Кладем на носилки.

Вдвоем мы погрузили раненого на каталку и повезли к машине. Навстречу нам из-за угла вырулил автобус с телевизионщиками. Он с визгом затормозил, корреспонденты высыпали наружу; оператор принялся снимать, а женщина-репортер с микрофоном наперевес понеслась к зевакам на тротуаре отыскивать свидетелей.

К этому времени мы уже вкатили каталку в машину. Я зашла внутрь, Билл захлопнул за нами двери, прыгнул на сиденье водителя, и с включенной сиреной и мигалками мы помчались прочь.

Все это было для меня естественно, как дыхание. Кровь, крики, суматоха. Моя повседневная жизнь.

<p>Глава тридцать первая</p>

В больнице нас уже ждала вся команда неотложки. Раненого вкатили внутрь. Я в нескольких словах объяснила врачам, что их ждет: пулевое ранение навылет, правая часть грудной клетки. Раненого повезли в операционную – я осталась снаружи.

Полчаса спустя, закончив отчет, я обнаружила, что смена подходит к концу. Пора было домой, но что-то заставило меня подняться на лифте на седьмой этаж. Туда, где лежала женщина из озера, о которой я почему-то все время вспоминала.

– Как она? – спросила я у молодого дежурного на сестринском посту. – Улучшений нет?

– Боюсь, что нет, – ответил тот. – Хотя вокруг нее все время люди. Вчера вот приходил парень, играл для нее на гитаре и пел. Очень симпатичная у нее семья.

– А в какой она палате?

– Во второй слева. Если хотите заглянуть, то очень кстати: кажется, у нее сейчас сестра. Думаю, она рада будет поблагодарить человека, спасшего ее сестру от смерти.

– Спасла-то не я, – уточнила я. – Спас дефибриллятор. Я ее только отогрела.

Медбрат взглянул на меня так, словно хотел сказать: «Да ладно, не скромничайте!» – и жестом пригласил зайти в палату.

Даже не знаю, почему мне было так неловко. Не хотелось встречаться с сестрой этой женщины, отвечать на ее вопросы или, того хуже, выслушивать благодарности. Я ведь всего лишь выполняла свою работу.

Да и потом, если уж говорить откровенно: за что тут благодарить? Жизнь иной раз к нам безжалостна. Софи провела без дыхания сорок минут; и шансы на то, что она выкарабкается, не говоря уж о возвращении к нормальной жизни, уверенно стремятся к нулю.

И все же, словно влекомая какой-то неодолимой силой, я двинулась к палате.

Перейти на страницу:

Все книги серии Цвет неба

Похожие книги