Читаем Талант, принесенный ветром эмиграции. Дэвид Селзник полностью

А в то же самое время в Австрии молодая актриса Вивьен Ли тоже мечтала немножко отдохнуть во время рождественских каникул, поехать в горы покататься на лыжах, но она подвернула ногу, поэтому планы изменились. Она решила остаться дома и прочесть книгу, о которой так много все говорили, – роман «Унесенные ветром». Она купила эту книгу в Лондоне, куда ездила к своим друзьям. Устроившись удобно на диване, среди мягких подушек, актриса поставила рождественскую индюшку в духовку и принялась читать. Книга настолько ее увлекла, что Вивьен совершенно забыла об индюшке и опомнилась лишь тогда, когда в духовке остались уголья вместо когда-то роскошной птицы. Вот на этих-то углях и расцвел цветок надежды на роль в будущем фильме.

<p>ЭЙ, ГЕНИЙ, ВОТ ОНА, ТВОЯ СКАРЛЕТТ!</p>

После Рождества работа над фильмом закипела вовсю. Начались кинопробы. Это был самый важный период в создании фильма – он длился около полутора лет, в нем участвовало более пятисот актрис. Вот уж где было раздолье для женолюбов Дэвида и Мирона: ведь на пробы приходили самые очаровательные кинозвезды и начинающие старлетки. Еще не начавшись, фильм уже влетел в круглую копеечку. В семьях братьев Селзник обстановка накалялась до предела. Своего апогея она достигла когда Дэвид, вернувшись после поездки на Багамы с целью отбора героини, придя поздно домой навеселе, сказал Ирэн: «Ну, а теперь поцелуй меня как следует, моя маленькая Лоретта». Ответом была увесистая пощечина, которая моментально отрезвила любителя кинопроб. Ирэн, чьи акции были вложены в производство картины, потребовала немедленного прекращения поиска героини, и Дэвиду ничего другого не оставалось сделать, как подчиниться.

Слухи о кинопробах дошли и до европейских киностудий. Вивьен Ли уговорила своего агента связаться по телефону с Мироном Селзником и поучаствовать в кинопробах. Она чувствовала, что рождена для этой роли, она ни о чем другом не могла говорить и думать. Вивьен была разведена со своим мужем и жила с замечательным актером – англичанином Лоуренсом Оливье. Он-то и организовал встречу Вивьен с Мироном. Его широкая известность и репутация талантливого актера значили много. Мирон вспоминает как он встретил в аэропорту Вивьен и Лоуренса. Она была в изящной шляпке и роскошном норковом манто. Она выглядела так романтично, была настоящей Скарлетт. Восторженный Мирон тут же позвонил Дэвиду: «Я хочу познакомить тебя со Скарлетт». «Я был бы счастлив, – где же она?». «Эй, гений! – закричал Мирон в телефонную трубку, – вот она, рядом!»

Как только Дэвид увидел Вивьен, он сразу понял: это она! Решение было принято однозначно. Маргарет Митчелл тоже одобрила кандидатуру Вивьен Ли. Итак, были расставлены последние точки, и ничто не мешало началу съёмок суперфильма «Унесенные ветром».

Съёмки начались в декабре. Для Дэвида и Ирэн наступило время тяжелых испытаний. Дэвид всерьез увлекся молодой актрисой Филис Уокер, на которой впоследствии женился. Ирэн была тяжело больна. Врачи поставили диагноз: депрессия первой степени. Ей пришлось долгое время пребывать в больнице.

Тем не менее съёмки фильма были закончены в 1939 году, и началось его победное шествие по экранам мира. Начало было положено в Нью-Йорке. Это была премьера для широкой публики. Но кинотеатр был не в состоянии вместить всех желающих, на улице стояла огромная толпа. Все создатели фильма страшно волновались – ведь от того, как пройдет показ, зависело будущее фильма.

…Закончился фильм, растаяли последние звуки финальной музыки, и никто даже не шевельнулся. Казалось, все замерли, и лишь потом, спустя секунды, которые казались вечностью, обрушился шквал аплодисментов. Фильм приняли восторженно!

Итак, родилась киносенсация. Газеты, журналы были полны хвалебных рецензий. Дэвид и его актеры стали национальными героями. Самым популярным женским именем стало имя Скарлетт, появилась мода на ее прически, шляпки, духи. Поэтому, когда настал великий миг присуждения наивысшей награды – премии Оскар, ни у кого не оставалось сомнений, что именно этот фильм получит награду. Фильм «Унесенные ветром» шел под номером тринадцать. Взрыв аплодисментов приветствовал решение жюри присудить премию этому фильму. После торжественной церемонии Джек Уитни, меценат, миллионер, давний друг Дэвида, пригласил всех участников фильма на коктейль-парти. Дэвид распоряжался лимузинами с шутками и прибаутками, помогая дамам сесть в роскошные Мерседесы и Роллс-ройсы, сам он сел вместе с Вивьен Ли и Кларком Гейблом и, счастливый, умчался праздновать свою победу…

Один лишь человек оставался вне праздника, самый близкий друг Дэвида, деливший с ним радости и невзгоды – его жена Ирэн. «Они просто забыли обо мне», – писала она в своих воспоминаниях. «Что ж, – скажет ей впоследствии Дэвид, – не все равны за праздничным столом. Кто-то пирует а кто-то моет посуду».

<p>ВСЕХ НАС УНЕСЕТ ВЕТЕР</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Наши люди в Голливуде

Принцесса Одри. Одри Хепберн
Принцесса Одри. Одри Хепберн

Книга «Наши люди в Голливуде» – это сложные и увлекательные биографии крупных деятелей киноискусства – эмигрантов и выходцев из эмигрантских семей. Это рассказ о людях, которые, несмотря на трудности эмигрантской жизни, достигли вершин в своей творческой деятельности и вписали имена в историю мирового кинематографа. Книга «Принцесса Одри» посвящена одной из самых успешных актрис Голливуда, блистательной и утонченной Одри Хепберн. Великая актриса посвятила себя не только кинематографу, став в нем легендарной фигурой, но и благотворительности, став символом милосердия и добродетели. Эта книга – мотивирующий рассказ о ее непростой и яркой судьбе, о ее взлетах и падениях. В книге использованы иллюстрации А. Штейнберга.

Александр Штейнберг , Александр Яковлевич Штейнберг , Елена Аркадьевна Мищенко , Елена Мищенко

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Проза / Современная проза / Прочая документальная литература / Документальное
Многоликий король. Юл Бриннер
Многоликий король. Юл Бриннер

Серия «Наши люди в Голливуде» – это сложные и увлекательные биографии крупных деятелей киноискусства – эмигрантов и выходцев из эмигрантских семей. Это рассказ о людях, которые, несмотря на трудности эмигрантской жизни, достигли вершин в своей творческой деятельности и вписали имена в историю мирового кинематографа. Юл Бриннер (1920-1985) – американский актер русского происхождения. После шумного успеха экранизации бродвейского мюзикла «Король и я» Юл получает в награду заветную статуэтку премии «Оскар», он становится признанной кинозвездой и покорителем женских сердец. Фильмы с его участием «Братья Карамазовы», «Тарас Бульба», «Анастасия» имеют огромный кассовый успех во всем мире, а фильм «Великолепная семерка» стал культовым в СССР времен 60-х годов. Иллюстрации Александра Штейнберга.

Александр Штейнберг , Александр Яковлевич Штейнберг , Елена Аркадьевна Мищенко , Елена Мищенко

Биографии и Мемуары / Документальное
Голливудский Раджа. Луис Мейер
Голливудский Раджа. Луис Мейер

Серия «Наши люди в Голливуде» – это сложные и увлекательные биографии крупных деятелей киноискусства – эмигрантов и выходцев из эмигрантских семей. Это рассказ о людях, которые, несмотря на трудности эмигрантской жизни, достигли вершин в своей творческой деятельности и вписали имена в историю мирового кинематографа. Луис Барт Мейер (1884-1957) – один из первых кинопродюсеров, создателей голливудской киностудии «Metro-Goldwyn-Mayer» (MGM). Мейер основал Американскую Академию кинематографических искусств и наук, которая ежегодно вручает самую престижную премию «Оскар», честь основания которой также принадлежит Луису Мейеру. Мейера называют творцом плеяды кинозвезд эпохи «Золотой эры Голливуда». Иллюстрации Александра Штейнберга.

Александр Штейнберг , Александр Яковлевич Штейнберг , Елена Аркадьевна Мищенко , Елена Мищенко

Документальная литература / Проза / Проза прочее
Шведская Жанна д’Арк. Ингрид Бергман
Шведская Жанна д’Арк. Ингрид Бергман

Серия «Наши люди в Голливуде» — это сложные и увлекательные биографии крупных деятелей киноискусства — эмигрантов и выходцев из эмигрантских семей. Это рассказ о людях, которые, несмотря на трудности эмигрантской жизни, достигли вершин в своей творческой деятельности и вписали имена в историю мирового кинематографа. В рейтинге Американского института киноискусства «100 величайших звезд кино за 100 лет» Ингрид Бергман (1915‑1982) занимает 4‑е место. Пережив огромную личную драму, Ингрид не сломилась под тяжестью житейских невзгод, ведь она была по характеру такой же, как истинная Жанна Д'Арк, чью роль она блистательно исполняла. Ингрид — трижды лаурет премий «Оскар» и «Давид ди Донателло», четырежды — премии «Золотой Глобус»…

Александр Штейнберг , Александр Яковлевич Штейнберг , Елена Аркадьевна Мищенко , Елена Мищенко

Биографии и Мемуары / Кино / Прочее

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах
Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Когда мы слышим о каком-то государстве, память сразу рисует образ действующего либо бывшего главы. Так устроено человеческое общество: руководитель страны — гарант благосостояния нации, первейшая опора и последняя надежда. Вот почему о правителях России и верховных деятелях СССР известно так много.Никита Сергеевич Хрущёв — редкая тёмная лошадка в этом ряду. Кто он — недалёкий простак, жадный до власти выскочка или бездарный руководитель? Как получил и удерживал власть при столь чудовищных ошибках в руководстве страной? Что оставил потомкам, кроме общеизвестных многоэтажных домов и эпопеи с кукурузой?В книге приводятся малоизвестные факты об экономических экспериментах, зигзагах внешней политики, насаждаемых доктринах и ситуациях времён Хрущёва. Спорные постановления, освоение целины, передача Крыма Украине, реабилитация пособников фашизма, пресмыкательство перед Западом… Обострение старых и возникновение новых проблем напоминали буйный рост кукурузы. Что это — амбиции, нелепость или вредительство?Автор знакомит читателя с неожиданными архивными сведениями и другими исследовательскими находками. Издание отличают скрупулёзное изучение материала, вдумчивый подход и серьёзный анализ исторического контекста.Книга посвящена переломному десятилетию советской эпохи и освещает тогдашние проблемы, подковёрную борьбу во власти, принимаемые решения, а главное, историю смены идеологии партии: отказ от сталинского курса и ленинских принципов, дискредитации Сталина и его идей, травли сторонников и последователей. Рекомендуется к ознакомлению всем, кто родился в СССР, и их детям.

Евгений Юрьевич Спицын

Документальная литература
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука