– Ну уж нет! Мяса-то у него много, а рыбацких принадлежностей у тебя не заметила. Чем обедать будем? Посторонись, – девушка вытащила нож и уверенно подошла к рыбине. – Меч-то чего не вытащил?
Молча взялся за рукоять меча и со скрежетом, выдернул его из туши.
– А чего так заскрипело? Это не об чешую! – озадачилась Ксана. – Алексаш, у него же что-то есть в желудке! Давай вспорем и посмотрим, что этот монстр проглотил? Сказывали, что в больших рыбинах часто что-то интересное встречается.
– Если там найдем остатки человеческие, то уже точно его жрать не стану, – предупредил я, но меч к брюху сома приставил.
Травница мой порыв остановила, сбегала за несколькими листьями лопухов и нарезала большие куски рыбы, после чего разрешила приступить к потрошению. Вспорол я брюхо сома, а там обнаружился настоящий клад! Пара монет, перстень, серёжки и брошь. Вещи явно делал один и тот же мастер и они из одного гарнитура.
– Что-то мне не хочется есть эту рыбу-людоеда, – буркнул я, отмывая украшения. – Вещи принадлежали какой-то даме, значит сом у нас гурман. Опять-таки, он напал не на меня.
– Не порть настроение и аппетит, – перебила меня напарница. – Куски мяса я уже нарезала, а ту же печень готовить не собираюсь. Пойдём к костру, а то какие-нибудь путники вещами нашими заинтересуются.
– Да тут нет никого! – отмахнулся я и пнул рыбью тушу: – Его зарыть необходимо, разложится и будет вонять, а то еще и в речную нежить превратится.
– Хребет ему переруби, – посоветовала Ксана. – Я пойду готовить, а ты если хочешь, зарывай этого монстра, думаю, до утра управишься.
Эх, не дело сома оставлять в реке, но на берег я его могу вытащить по частям, да и яму придётся копать глубокую, чтобы захоронить остатки. Лопаты у меня нет, не мечом же в земле копаться.
Котелок подвешен над огнём, в нём кипит уха и, честно говоря, распространяет умопомрачительный аромат. Мы же с напарницей разложили наши трофеи и пытаемся понять есть ли магические возможности у вещей, которые обнаружили в соме. Нет, про монеты всё понятно, но в перстне рубин вставлен и какие-то мелкие символы по оправе начертаны. Брошь усыпана мелкими камушками, напоминает шершня и никаких символов мы не отыскали. Серьги так же рубиновые и вот там-то отчетливо проглядывает рунный знак.
– Тебе такая руна известна? – спросил я у Ксаны.
– Нет, – озадаченно ответила та. – Знаешь, напоминает сплетение из нескольких знаков. Словно мастер одну руну на другую наложил. Подобного не встречала, но то, что серьги используют магию – несомненно.
– Ещё бы знать их предназначение, – озадачился я. – Вряд ли это защита, тогда бы в желудок к рыбине не попали.
– Владелица могла быть уже мертва или заряд маны в артефактах закончился, – пожала плечами травница.
– Да, вариантов сколько угодно возможно, – согласился я. – Может ты на себя комплект наденешь, да маной напитаешь?
– И как потом активировать артефакты? Перебирать различные варианты можно не один год! Нет, необходимо понять значение рун, а то этак полыхнут они огнём и сгорю к чертям собачьим.
И вновь я с ней был вынужден согласиться. Подобные эксперименты до добра не доведут.
– Тогда нам необходим знающий человек или библиотека, – вынес я вердикт. – Ладно, драгоценности отложим на потом. Интересно, сколько мы можем выручить за пояс иллюзии? Надеюсь, пару тысяч нам отвалят.
– Тысяч?! Да брось, это же целое состояние! – не поверила она мне.
– Хм, иллюзия-то не простая, имеет материальную основу, – привёл я аргумент.
– У торговцев узнаем, – задумчиво ответила напарница. – Давай-ка обедать, да решать, дальше двинемся или тут переночуем?
До вечера не так много времени осталось, пока то да сё, мы недалеко уйдём и придётся искать место для ночлега. Поэтому, как и планировал, решили остаться на ночёвку здесь. Опять-таки, можно спокойно в речке искупаться, сом еще не стух, а второго тут такого же вряд ли встретим. Да и мелькала у меня ещё одна не осознанная мыслишка, что ночью можно стресс со своей напарницей снять. Хрена с двух угадал! После того, как наломал веток и наспех соорудил шалаш, то меня Ксана позвала ужинать. Уха вышла вкусная, рыба запеклась отменно, а на гарнир из травок я внимание не обратил. Зато, когда стал сон накрывать и знахарка в глазах задвоилась, то сообразил, как она меня провела и себя от поползновений обезопасила.
– Ну ты и стерва, – прошептал я, чувствуя, что не могу двинуть ни рукой, ни ногой.
Нет, если бы на нас кто-нибудь напал, то сон бы враз прошёл, но в данный момент времени у меня одна мысль – завалиться на бок и задать храпака. Что и сделал, надеясь, отомстить коварной женщине позднее. Утром проснулся бодрым и в шалаше, ветки рядом примяты, значит Ксана не сбежала, прихватив всё непосильно нажитое. Правда, поволноваться заставила, когда её не обнаружил у погасшего очага.
– И где ты была? – поинтересовался у девушки, когда та минут через десять появилась с охапкой каких-то трав в руке.
– Догадайся, – хмыкнула та. – Знаешь, что принесла?
– Сон-траву, – мрачно ответил ей. – В мои куски рыбы именно эту травку вложила?