Проезжая, она подняла скованную перчаткой руку, как бы желая его ударить, но тут же опустила ее и пришпорила коня. Тяжелый взгляд в спину — этого недостаточно, чтобы заставить ее обернуться. Вес его осуждения надавил на плечи. К собственному удивлению, она поняла, что уже ощущала такое. Может, в детстве… да, некоторые черты характера не стираются даже за десятки лет. Мысль заставила ее чувствовать себя еще более жалкой.
Вскоре она почуяла кислый запах умирающих под ливнем костров.
«Мой народ, мое королевство. Я дома».
Краткость и Сласть сели на утопленное в почве бревно, отмечавшее линию высокого прилива, опустили босые ноги в теплую на отмели морскую воду. Есть мнение, что чудесная, волшебная смесь свежей дождевой и соленой морской воды излечивает все виды заболеваний ног, даже последствия неправильного выбора, который заставил ноги шагать в неправильную сторону. Разумеется, жизнь дело непростое — вы не можете излечиться от того, что еще не сделали. Но попробовать стоит.
— К тому же, — сказала Краткость, и темные волосы зашевелились над круглыми щеками, — если бы не голосование наше с тобой, могли бы уже сплавать к ближней таверне. Прямо сейчас.
— Понадеявшись, что в бочках еще пиво осталось, — поддакнула Сласть.
— Милочка, на остров налетел битый лед. Может быть, там не все пропало, может быть, много чего осталось, но кто захочет рисковать дыханием? — Она вытащила из укромного кармашка плаща палочку намокшего ржавого листа, сунула за щеку. — Зато теперь у нас есть Королева и правительство…
— Разделенное правительство, Краткость. Трясы на одной стороне, фортяшники на другой, а Королева растопырилась посредине — я каждую ночь слышу, как у нее кости трещат. Все, что мы получили — это тупик, и это долго не продолжится.
— Ну, с двумя остатними ведьмами трясы только и могут, что грозить нам костлявым кулачком. — Сласть подергала ногами, но пошедшие было волны мигом пропали под ударами дождевых струй. — Скоро нам придется уходить. Нужно перетянуть Королеву на нашу сторону. Мы с тобой, Крака, мы должны повести всех к Королю Теолу, предложить умную схему расселения, и чтоб нам даровали не меньше трех сундуков с монетой.
— Один для тебя другой для меня, третий для казны Полутьмы.
— В точности.
— Думаешь, она согласится?
— Почему нет? Мы же не можем оставаться на гнилом берегу, верно?
— Очень верно. Она ведь спасла нас от утопления, так? Нет смысла топить нас теперь в бесконечной струе Странника. Пятки фента, что за унылое местечко!
— Знаешь, — сказала, помолчав, Сласть, — мы с тобой можем просто их бросить. Самим пуститься в Летерас. Как думаешь, много ли времени понадобится, чтобы разбогатеть?
Краткость качала головой. — Нас узнают, дорогуша. Хуже того, такую схему второй раз не провернешь, все сразу поймут, в чем дело.
— Ба! Раз в пять лет можно найти новую толпу дураков с деньгами. Готовых от них избавиться.
— Может. Но я о другом говорю. О начальстве. Не хочу второго ареста. Новое обвинение нас приведет на Топляки. Наверняка.
Сласть содрогнулась. — Тут ты права. Ладно, тогда станем честными политиками, полезем по… э… лестнице мирской власти. Будем тибрить и жульничать по закону.
Краткость пососала палочку, кивнула: — Мы сможем. Популярность, соревнование. Мы разделим соперников по Мнимой Ассамблее. Ты спишь с половиной, я с другой половиной, мы делаем вид, что враждуем. Создаем два лагеря. Нас обеих выбирают в полномочные представители при дворе Королевы.
— И тут мы овладеваем бутылочным горлышком.
— Информация и богатство, да, да. Вверх и вниз. Ни одна из сторон не знает ничего, кроме того, что мы им рассказываем.
— Точно. Так мы раньше брокеров разводили. Точно так.
— Да, только еще круче.
— Но всё с улыбкой.
— Всегда и всё с улыбкой, дорогуша.
Яни Товис въехала в лагерь. Вонь. Грязь. Фигуры бродят туда и сюда под дождем. Мелководье побурело от мусора и отбросов. Еды не хватает. Баркасы осели, чуть шевелятся на волнах.
«Путь смертных». Полутьма покачала головой.
На обращая внимания на множество глаз, она проехала по убогому городку, достигнув Шатра Ведьм. Спешилась, перешагнула дренажную канавку и согнулась, пролезая под полог.
— Мы в бяде, — каркнула Сквиш из дальнего угла. — Люди болеют, а у нас трав нету и ничево нету. — Она зловеще уставилась на Полутьму.
Сидевшая рядом Стяжка пошамкала деснами и сказала: — Чо ты намерена делать, Кралева? Прежде чем все помрут?
Яни не колебалась с ответом: — Мы должны уехать. Но не по тропе смертных.
Можно ли потрясти двух старух?
Кажется, она смогла.
— Во мне Королевская Кровь, — продолжала Полутьма. — Я открою Дорогу в Галлан. — Она поглядела сверху вниз на раззявивших рты ведьм. — К Темному Берегу. Я забираю вас домой.
Ему хотелось бы вспомнить свое имя. Он мечтал о способности понимания.
Как могла столь разнородная группа людей оказаться бредущей по разоренной стране? Наступил конец света? Они — последние, оставшиеся в мире?