Читаем Пятая раса полностью

- Угу, - согласился Бурин и, протянув ручищу, схватил Макса за воротник.

Все это неправильно, подумал Макс. Так не должно быть. Эти уроды не должны оставаться безнаказанными. Любые уроды не должны оставаться безнаказанными. Любой, кто портит жизнь другим, должен за это заплатить.

- Лучше уйдите с дороги, - тихо сказал он, глядя снизу вверх на ублюдков.

- Что? – переспросил Дыба и быстро шагнул вперед. – Что ты сказал?

- Слышь, Дыба, - ощерился Бурин. – Кажется, этот говнюк нам угрожает.

- Ыыыы, - раскрыл гнилую пасть Кузя.

Рука Макса сомкнулась на какой-то лежащей в траве палке. Он не знал, что это за палка и откуда там взялась, да это было и не важно.

Палка оказалась куском арматуры.

Первый удар пришелся Бурину в ухо. Со всей силы, с воплем, Макс впечатал ребристое железо в голову нависающей над ним твари. Бурин хрюкнул, заваливаясь на бок.

- Ты че творишь, - в замешательстве отшатнулся Дыба.

Макс уже ничего не слышал и даже ничего не соображал. Он вскочил на ноги и бил пытающегося встать Бурина по рукам, плечам и, если получалось, по голове. Кровь заливала тому морду, но в наступившей темноте ее было почти не видно.

Кузя захныкал и отскочил в сторону.

- Ты знаешь, что тебе за это будет? – прошипел Дыба, сунулся под руку и получил концом арматуры в зубы. Что-то треснуло, и Дыба замычал.

Черные фигуры беззвучно вынырнули со стороны дороги, повалили Кузю мордой в землю, заломили руки Дыбе и прижали Бурина сапогами к асфальту.

- Ну что ж вы так не осторожны, Максим Анатольевич? – старик стоял у выхода со двора, опираясь на трость. – Я думал, вы попрощаться заехали. Кинуть, так сказать последний взгляд на родные пенаты. А у вас тут какие-то криминальные разборки.

- Ничего особенного, - сказал Макс и отбросил арматуру. – Просто тупая шпана. Мелкая. Не обращайте внимания.

Старик вздохнул.

- И что теперь с ними делать? Видимо, они сильно мешают жить вашему оригиналу. Может, их закопать? Так чтобы никогда не нашли?

Макс наклонился и посмотрел в глаза Дыбе. Он увидел страх и слезы. Дыба хотел жить.

- Не надо. Пусть живут.

Старик еле заметно шевельнул рукой, и наемники отступили в тень.

- Ну что ж. Как скажете, Максим Анатольевич. Как скажете.

Трое уродов, шмыгая, хрипя и спотыкаясь, тут же сиганули прочь по тротуару.

Макс долго смотрел им вслед, глядя, как убегает в темную даль его прошлое.

<p>Глава 11. МОИ И ЧУЖИЕ УНИВЕРСИТЕТЫ</p>

Внизу промелькнули красные черепичные крыши, и снова показались высокие башни стоящего на горе замка.

- Почему вы назвали его Хогвартсом?

- На самом деле он называется конечно по-другому. - улыбнулся старик. - Но это наш тайный университет. Здесь мы учим подрастающие поколения. И здесь же находится хранилище самых странных найденных нами артефактов. Можно сказать, магических. Чем не Хогвартс?

- Целый университет рептилоидов?

Старик поджал губы.

- Здесь учатся не только наши дети. Это заведение открыто для всех талантливых и способных. Мы отбираем лучших, не смотря на их происхождение. Ты, кстати, тоже сможешь здесь учиться. Когда все закончится.

Макс рассматривал в иллюминаторе серое нагромождение зубчатых стен, башни с островерхими крышами, узкие арочные мосты, протянутые между зданиями. Над одной из башен развевалось темно-зеленое полотнище.

Самолет клюнул носом, заходя на посадку.

- Согласись, - продолжил старик, - каждому хочется стать лучше других. Подняться над толпой. Это место гарантирует хороший старт. Только, бога ради, не произноси больше слово «рептилоиды». Я еще могу стерпеть. Но остальных оно будет раздражать.

- Как же вас называть?

- Наше настоящее имя ты не выговоришь. Из-за другого речевого аппарата. Называй нас по именам. Вряд ли тебе понадобится наше общее название. Мы люди. Такие же как вы. Просто с особенностями. А особенности, как учит теория толерантности, надо уважать.

- Я кстати до сих пор не знаю вашего имени.

Старик всплеснул руками.

- Прости! Это ужасно невежливо с моей стороны. Можешь называть меня Генрих. Фонетически это самый близкий вариант одного из моих истинных имен.

- И какой у вас статус, Генрих? Я вот договариваюсь с вами, а вдруг вы не имеете права мне что-то обещать?

Старик Генрих расхохотался.

- Разумно, Максим Анатольевич. Отвечаю. Я – официальный представитель Генерального Капитула. Это наш верховный правящий орган. Выборный. У нас своего рода демократия. Удостоверения, увы, показать не могу. Нет у нас удостоверений. Но, раз уж я привез тебя в одно из самых тайных наших заведений и готовлюсь показать святая святых – наверное, я имею на это право. Как полагаешь?

Самолет слегка дернулся, шасси глухо застучали на стыках бетонных плит, еле слышно засвистели тормоза. Из-за шторы показалась стюардесса в красном и, улыбаясь, пригласила на выход.

У трапа стоял черный блестящий роллс-ройс. За узкой взлетной полосой виднелись аккуратно подстриженные кусты, высокие разлапистые сосны и каменные дома, спрятавшиеся за густыми зарослями плюща на фасадах. Над крышами возвышались пологие сумрачные горы, а над горами висело серое низкое небо.

Перейти на страницу:

Похожие книги