– А может, в обмен на эту собаку? – Он ткнул пальцем в Лиенту. – Мы бы нашли, об чем с ним потолковать. Вчера вот на этом самом месте дружочка моего ухлопали. Может, вот этот дикой и ухлопал. Правда и он попускал кровя ихнему отродью. Весельчак был, пускай ему земля пухом стелется, выдумщик известный. Зараз никого не кончал, все с какой-нито потехой. Особливо, как выпьет, а трезвым-то его и не видали! – расхохотался наемник.
Лиента не понимал слов, но мысли Андрея были открыты ему, лучшего переводчика не могло быть. Взглянув на бесстрастное, каменное лицо лугарина, Андрей перебил:
– Уснули там у тебя, что ли?
– Эй, а ну, живо! Сей момент будет, мой господин! Так что же насчет этого? Я бы ха-а-арошие поминки по дружку справил. Мерзавец он был, что правда, то правда. Да все же божья душа, не куропатка, чтоб на стрелу, как на вертел насаживать.
Андрей сквозь зубы длинно сплюнул под ноги наемнику.
– Так чего ты за забором сидишь? – глядя поверх его головы, сказал он. – За рекой таких много, выбирай на поминки какой понравится.
Губы Лиенты тронула едва приметная усмешка. Глаза наемника злобно блеснули.
– Чего скалишься, собака! – замахнулся он прикладом арбалета, метя в лицо, пока офицера отвлекло появление рыжей кобылы.
– Не сметь! – не оборачиваясь, негромко сказал Андрей.