– Граждане понятые, просьба обратить внимание… – прозвучал бодрый, со зловещими нотками голос, и над капотом выросла неясная фигура. Незнакомец держал перед глазами некое приспособление, возможно, портативную камеру со встроенным инфракрасным устройством. Работник Следственного комитета вздрогнул. – Это шутка, Константин Дмитриевич, – пояснил мужчина. – Но на всякий случай процесс получения взятки зафиксирован на видео. Не стоит этого делать, – предостерег он, когда рука следователя отогнула полу пиджака. – Кто вам сказал, что вас не держат на прицеле?
– Послушайте, это черт знает что… – У Константина Дмитриевича дрогнул голос. – Что вы себе позволяете? – Он дернулся было к машине, но мужчина предостерег:
– Успокойтесь, господин следователь, мы никому не скажем, что вам были переданы деньги. Эта тайна умрет вместе с нами. Но вы должны понять, что мы тоже хотим подстраховаться. Это естественное желание. Все в порядке, расслабьтесь. Вы уже догадались, что беглый зэк, о котором шла речь, – ваш покорный слуга. Все, озвученное Екатериной Андреевной, – кристальная правда от первого до последнего слова. – Мужчина убрал устройство в сумочку, пристегнутую к поясу (возможно, это был всего лишь муляж), извлек мобильный телефон. – Доставайте, Константин Дмитриевич, ваш планшет или что там у вас, включайте «блютус» – будем перекачивать информацию, которую не предъявишь в суде, но которая – неоспоримое подтверждение сказанного выше.
Несколько минут работали портативные устройства, после чего мужчины спрятали предметы своей «гордости».
– Ну, ты и нашла себе, Екатерина, принца… – проворчал следователь.
– Не будем заниматься взаимными оскорблениями, Константин Дмитриевич, – миролюбиво предложил Павел. – Они нас никуда не приведут. Вы нужны нам, мы нужны вам. Частично информация о злоупотреблениях руководства Литвиновского РОВД содержится в перекачанном контенте. Там не только аудиофайлы. Это кустарщина, но инфа достоверная – и хоть какая-то отправная точка. Фабрикация уголовных дел на неугодных бизнесменов, организация убийства главы армянской общины Хачаряна… и так далее. Согласитесь, это неплохо – получить поощрение за раскрытие преступления лохматой давности и прижать к ногтю целую кучу полицейских начальников. Спешите, господин следователь, количество предложений, как говорится, ограничено. Теперь ваше слово, Константин Дмитриевич. После вашего разговора с Екатериной Андреевной прошло более суток. Не поверю, что вы не поинтересовались этим делом. Хотя бы из чистого любопытства – вы были обязаны навести справки. Поставьте же нас в известность, уважаемый, что происходит в районе?
– Плохо в районе, – буркнул комитетчик. – Шухер вы учинили неслабый. Работают оперативные, поисковые группы, опрашиваются очевидцы. Вас ищут очень настойчиво. Полковник Глотов и майор Плакун убедили подчиненных и вышестоящее руководство, что опасного преступника нужно непременно изловить. А если будет сопротивляться, то отринуть нормы гуманизма. Оба сильно избиты, лежат в больнице под серьезной охраной. Вы тоже, господин преступник, поработали не на свой имидж. Вы никого не убили, но пропиарили себя по полной программе. Вы же покалечили не меньше двух десятков человек…
– Я защищался, – проворчал Павел.
– Будете это рассказывать на том свете – если найдете достойного собеседника. Это полицейские от вас защищались… По вашей милости подняты в ружье несколько сотен человек. Возможно, посадили вас несправедливо, но то, что вы творили в последние три дня… Это, извините, ни в какие ворота. Извлечь вас из дерьма будет трудно, практически невозможно, и дело даже не в деньгах. С Екатериной Андреевной проще, думаю, ее мы вытащим… Я поговорил с ребятами, работающими по Литвиновскому району – они не будут возражать против обретения достоверной информации. Этот район и его руководство – давно уже кость в горле у определенных деятелей… Мне больше нечего сказать, – подумав, подытожил следователь. – Работать надо. Сделаю все, что в моих силах.
– Мы верим в тебя, Костик, – вздохнула Катя. – Ты же хочешь, чтобы я замолвила Ольге о тебе словечко?
– Вот только не надо начинать… – вспыхнул следователь.
– Так я же по-хорошему, Костик…
– Посоветуете место, где можно отсидеться? – спросил Павел.
– В КПЗ, – проворчал Гладыш.
– Это не очень хорошая шутка, – упрекнул Павел. – Нужно место, где мы сможем чувствовать себя в безопасности. Подумайте, Константин. От вас зависит многое. Если уж вы взялись за это дело, сказали «А», повернулись к нам лицом, так сказать…
– У тебя же этих мест, Костик… – начала Катя и выразительно замолчала. Потом добавила: – Ты неплохой человек, если приглядеться. А уж если внимательно рассмотреть тебя под лупой…
– Черт… – сказал следователь и огорченно вздохнул. – Вы выкручиваете мне руки. Хорошо… – Он скрипел зубами, что-то лихорадочно прокручивая в голове. – Это Валуны. Дачный поселок «Ивушка» под Валунами. Между Запрудней и Клином. Местность лесистая, малонаселенная, полицейские туда не ездят… Улица Новая, 29. От Прощального – полтора часа езды на машине.