Читаем Осквернители (Тени пустыни - 1) полностью

Но желчные излияния Овеза Гельды не так-то легко было остановить. Разве не знает господин Али этого сатану белуджа Керим-хана? И его и его сумасшедших головорезов надо живыми закопать, а не брать в друзья. У туркмен с белуджами столетние счеты. Он, Овез Гельды, немало порубал на мосту Ташкепри близ Кушки увальней белуджей, когда сорок пять лет назад помогал генералу Комрову воевать с афганцами. Шеи белуджей хорошо помнят острия текинских сабель. Да и афганцы помнят. Нет мира между туркменами и афганцами, туркменами и белуджами.

Хорошо иметь за плечами семьдесят лет, но плохо иметь старческую память. Господин Али напомнил Овезу Гельды, что, спасаясь от революции, сам он нашел прибежище для своих соплеменников и тысячных стад каракульских овец в Афганистане и пребывал там под мирной сенью мусульманского государства.

Овез Гельды досадовал все больше. В провинциях Мейменэ и Андхой туркмены под мирной сенью дошли до того, что у них не осталось ни одной юрты и пришлось закопаться, словно кротам, в землянки. Вместо мяса туркменские женщины варят в котлах кожаные пояса своих мужей.

Господин Али удивился таким кислым словам. Он думает, что глаза сардара Овеза Гельды затуманены неразумным гневом. Кто вспомнит старое, тому и глаз вон. Генгуб Герата Абдуррахим созвал секретно в конце прошлого года видных хакимов и вождей племен. На почетном месте сидели Джунаид-хан (он тогда был еще здоров) и Керим-хан, а также пять достойных представителей туркменской эмиграции. И Джунаид, и Керим-хан, и все вожди пили из одной пиалы и ели плов из одного блюда. Мирно посоветовавшись, они решили по отдельности прорваться через советскую границу у Зульфикара мимо погранзастав Пуль-и-Хатун, Чакмалы, Ченги, Ак Рабад, Ислим Чешме, пройти в глубь песков и там объединиться. Абдуррахим-хан отпустил Джунаиду и Керим-хану для их всадников деньги, одежду, корм лошадям. По приказу английского генконсула Томсона из Мешхеда доставили сто ящиков винтовок с такими прицелами, что можно стрелять по аэропланам. Отличные винтовки! По совету Томсона гератские власти возвратили белуджам оружие, которое отобрали у них, когда они бежали из Советского Союза. Сердце Керим-хана горит против Советов огнем мести. Дружбе между Керим-ханом и Советами конец. Большевики наступили на хвост змее. Теперь Керим-хан - враг Советов.

Овез Гельды поинтересовался: долго ли ему придется еще слушать про белуджей и афганцев?

Господин Али удивился: что может питать слепую вражду между туркменами, персами, афганцами, белуджами? Рознь надо отбросить. Армия ислама под верховным командованием Ибрагим-бека готова перейти Аму и предать огню и мечу нечестивый Таджикистан.

Овез Гельды устал отвечать и зевнул. Господин Али тогда обратился к Заккарии. Настал час решений. Хотелось бы знать, что делают единомышленники в Ташкенте, Бухаре, в Атрекской степи, на Памире, в Ферганской долине.

Заккария пожелтел еще больше и поспешил заверить, что все идет по плану. Народ разъярен. Отмена нэпа вызвала недовольство всех, кто посвятил себя благородному занятию - торговле. Колхозы - проклятие! Дехкане восстают против колхозов с оружием в руках. Священно право собственности! Горе большевикам, посягающим на землю и рабочих быков. Хлопок сеять никто не желает. Трактора ломают. Кооперативы разбегаются. Мусульмане отказываются посылать детей в советскую школу. Религиозные святыни осквернены. Так называемое движение за "раскрепощение женщин" вызывает ненависть у всех. Женщины не желают сбрасывать чадру, открывать лица. Борцы за правду саботируют и вредят на заводах и в советских учреждениях. Даже в правительстве Узбекистана, Туркмении, Таджикистана есть свои люди, озлобленные, ненавидящие Советы. В час мщения они возьмут бразды власти в свои руки. Русским кяфирам не поздоровится. Тем, кто останется в живых, предложат убраться из Туркестана в двадцать четыре часа...

Многословная речь Заккарии вызвала у господина Али зуд нетерпения. Он не выдержал и прервал ее. Господин Али предпочел бы знать, что делается для обезвреживания гарнизонов Красной Армии. Важно, чтобы одновременно с вторжением в Советский Союз исламского воинства подняли вооруженный мятеж против Советов узбекская дивизия в Самарканде и туркменская кавалерия в Мерве. Удалось ли подговорить мусульманских солдат и командиров? Что делается для... устранения русских начальников?

Почему-то на Заккарию напал кашель. Увы, разлагающее влияние коммунизма в среде неустойчивых батраков и бедняков дало свои плоды. К несчастью, в мусульманские подразделения Красной Армии тоже просочились нечестивые идеи. Всякие "политзанятия", "азбуки коммунизма", "ликбезы" сеют неверие. Но следует возлагать надежды, что мусульмане останутся мусульманами, несмотря ни на что... Снова Заккария закашлялся. Наконец он задал вопрос: а можно ли... в случае, так сказать, всеобщего... так сказать, восстания... надеяться на помощь из... Пешавара или Дели? Серьезную помощь... военными, вооруженными силами, артиллерией, авиацией.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное