Читаем Нет кармана у Бога полностью

Всё же мы поцеловались раньше замышленного мною плана, где-то в середине квартирной экспедиции, не донесли. Между поздним Яковлевым и ранней Нестеровой. Как раз под Дейнекой. Как-то само вышло. Она просто остановилась и вопросительно посмотрела на меня. Хорошо так, не по-сучьи, без явной демонстрации видов на любой тип выгоды. А у меня уже вовсю пошла сумасшедшая химия, кишками чуял, как надпочечники бешено бомбардируют писательскую кровь мощнейшими залпами адреналина, заставляющими сердце ударно долбить по рёбрам с удвоенной энергией.

Ничто так не воодушевляет мужчину, как отсутствие расчёта в поведении женщины, которую он реально хочет и мечтает сделать своей. Я подошёл, но без вопросительности во взгляде, потому что знал уже всё наверняка. Что — моя. И что я — её. Обхватил лысую голову руками, притянул к себе, губы в губы, нос в нос, и почувствовал, как ответила. Как правильно и достойно отреагировала на мой поцелуй: без мокрого языка, без фальшивого придыхания, без обшаривания части мужского корпуса ниже ремня, чтобы скоренько сделать ситуацию невозвратной и обречённой. При этом поцелуй свой выстроила как чувственный и долгий, чтобы просигналить наверняка. Что тоже ей в весомый плюс.

Потом оторвались и просто постояли, тесно прижавшись. Так бы я мог стоять лишь с Инкой. Даже после вступления в брак. Намного позже. Через годы. Так оно, кстати, и было, если вернуть себя в воспоминания. Отличие было в том, что Инке требовались месяцы для изучения состава культурной части наследства, а Илона всё уже знала с самого начала. И меня это несказанно радовало. Впервые подумал, что культурные Гомберги сразу оценили бы этот мой выбор. За вычетом Булкиной-мамы. Но и это немало, верно? Знаете, я даже про Инку так не подумал бы в связи с моей непростой роднёй. А тут пришлось вот…

Потом присели на диванчик, дух перевести, на тот самый, кабинетный, ампирный, освежённый испанским гобеленом, потому что середина ознакомительной прогулки пришлась как раз на кабинет. В котором, собственно, вся многообещающая история и оборвалась. Взгляд искусствоведшин, скользя вдоль линии папиных фолиантов, внезапно остановился на мне. В том смысле, что обнаружил на полке произведения, выстроенные моим аккуратным сыном в безукоризненно гармоничный ряд, одно к одному, в недавнем переиздании под общей обложкой. Серия, так сказать. Малое собрание сочинений. От и до. Дмитрий Бург, Дмитрий Бург, Дмитрий Бург, Дмитрий Бург, Дмитрий Бург… И так до края полки. Я знал, что Джаз вскоре после моего антресольного схрона быстро сориентировался в пространстве и проворным образом вернул ситуацию с творческим наследием вспять. Нашёл, не поленился, достал и расставил. Где не надо, не был ленив. Попутно капитально изучил всё, что вернулось с его помощью в кабинет. Я не стал, помню, возражать, махнул рукой и смирился. Чуть раньше, чуть позже — какая разница, в конце концов, всё одно — причастится и въедет в отцовский продукт.

Оказалось, есть разница. Очень даже есть. И вот она. Случилось то, чего не должно было произойти. По крайней мере, сегодня. Это я про тогда.

Она поднялась с дивана, подошла ближе и вытянула мою книгу. Примерно из выставочной середины. Удивлённо пролистнула. И поинтересовалась:

— Митя, а для чего вы держите в доме эту бессмыслицу? Кому хватило ума притащить сюда подобную чушь? — Я неопределённо пожал плечами, напряжённо прикидывая, куда увести разговор. И что будет потом, в глобальном смысле вещей. — Она сунула том обратно. — Это же бульварщина чистой воды, чтиво для примитивных. — Она улыбнулась, и снова хорошо, искренне, с милой сдержанностью, но задержав интонацию лёгкого порицания в голосе. И уточнила: — Надеюсь, не вы же сами читаете всё это убожество? И не ваши дети? У вас дети есть, кстати? Страшно хочу познакомиться.

Именно так меня решила озадачить, как сделала бы своя, родная душа, назначенная всеми без исключения близким дому человеком. И я решился, лихорадочно соображая, как сделать так, чтобы пронесло. А если не удастся, то хотя бы оставить её до завтра, потому что такую мощную галку не проставить нельзя, если даже и не соединю с ней судьбу. Ну, очень хороша, ну ужасно нравится, подлюка. И ответил, собравшись с духом:

Перейти на страницу:

Похожие книги