Энет с Леком ко всему происшедшему отнеслись легче, только посмеивались, придумывая самим себе такие прозвища и эпитеты, что услышь их любой стражник, он тут же возжелал бы засадить оскорбителей императорского достоинства в кутузку. Благодаря постоянной ментально-эмпатической связи, остальные слышали соревнования друзей в остроумии и порой едва сдерживали смех. Но все же сдерживали — не стоит его величеству ни с того, ни с сего начинать ржать, как лошадь, объясняя что-нибудь маршалам, еще не то подумают.
— Что думаешь делать? — донеслась до Санти мысль Энета.
— Не хочу наших людей губить, и так их столько легло, что... — недовольно буркнул скоморох. — Думаю, как самим справиться. Эти придурки с автоматами и представить не могут, что такое сила пяти императоров.
— Им понравится... — хихикнул Тинувиэль.
— А то! — довольно осклабился Храт.
— Поосторожнее, дорхоты бесхвостые! — вмешался Лек. — Что-то там не так... В Фан-Кионе, похоже, маги есть, и на редкость сильные. Какую-то они нам пакость готовят, задницей чую.
— Ну, раз задницей, — весело хмыкнул скоморох, — то стоит поглядеть. Мать-перемать! А прав ты... Что-то там есть. Только что, никак не пойму. Колдуют, суки, а вот чего колдуют?
— Санти... — в мысленном голосе Лека слышался ужас. — Подними память Кетана II! Это же магия крови!
— А то и некромантия! — добавил Храт.
— Боюсь, что смесь одного с другим... — Тинувиэль принялся ругаться последними словами. — Но чего они добиваются?
— Вот сейчас и увидим, — буркнул Санти. — Заканчивают заклятие. Это сколько же они народу в жертву принесли, чтобы такую пакость выплести? Они там в Ализиуме совсем очумели, что ли? Некромантией баловаться?!
— Потом придется разбираться... — Энет лихорадочно сплетал какое-то заклятие, дико выглядящее для любого находящегося в здравом рассудке мага — но магия императоров с эльдарами их разумению никогда не поддавалась.
— Ты чего делаешь? — удивился орк. — Это ж...
— Некромантия! — зло отрезал граф. — Сам знаю. Только ничем иным поднятых магией крови чудовищ не остановишь, вспомни войну с некромантами девятьсот лет назад. Потому подхватывайте!
Вокруг Фан-Киона медленно заколыхалась земля. Казалось, что-то огромное начало ворочаться в глубине, прорываясь к поверхности.
— Всем отходить! — резко скомандовал Лек, оборачиваясь к маршалу ар Фордену, стоявшему за спиной. — Бросайте все и бегите, как никогда в жизни еще не бегали!
— Но твое величество!
— Иначе здесь никого живого не останется! — рявкнул горец. — Эти сволочи такое вызвали, что только я сам справиться смогу! Ясно?! Выполнять!!!
— Есть! — вытянулся маршал и бросился отдавать команды.
Элианцы, нартагальцы и даркасадарцы, бросив все, что не смогли унести в руках, рванулись прочь от города, вокруг которого колыхалась земля, готовясь выпустить наружу что-то донельзя страшное. Это вскоре поняли все, от Фан-Киона повеяло ледяным ужасом. Прошло еще немного времени, и людей поблизости не осталось, кроме четырех мрачных фигур в темно-серых плащах с капюшонами, скрывавшими лица. Да еще возле каждой начали один за другим появляться из порталов эльдары, услышавшие общий Зов. Пришли даже Шен со Степным Ветром, ощутившие в Зове страх его величества. Чего может бояться сам император? Трудно сказать. Но это, скорее всего, что-то очень опасное.
— Всем быть готовыми подключиться к заклятию Энета! — грянул в голове каждого голос Санти. — Сигнал — красная вспышка в глазах.
Скоморох переместился к Леку, от Фан-Киона сейчас стоило держаться подальше, никакая сила не поможет, если угодишь в эпицентр этого жутковатого заклятия.
Над продолжающей вспучиваться землей появилось темное свечение, казалось, миазмы ада достигли тварного мира. Небо над городом потемнело, появились черные тучи и начали скручиваться в гигантскую воронку. Стремительно холодало, казалось что-то невидимое вытягивает тепло из окружающего мира. Случайно оказавшиеся неподалеку от Фан-Киона птицы попадали на землю, с жадным всхлипом поглотившую их. А затем вверх потянулись аморфные шары и щупальца, окутываясь по пути черно-серой мглой. Люди на стенах города в ужасе закричали, бросаясь прочь, но было поздно. Что-то принялось выпивать из них саму жизнь, оставляя сухие костяки, рассыпающиеся в прах от малейшего прикосновения. Не прошло и нескольких минут, как от оборонявшей Фан-Кион армии ничего не осталось.
— А может хай эта пакость сначала сожрет всю сволочь? — предложил Храт, с интересом наблюдая за действием чужого заклинания. — Потом уничтожим.
— В городе не только заговорщики, — буркнул Санти. — Там и просто люди. Наши люди! Они-то в чем виноваты? Давай, Энет!