Читаем Линейный крейсер «Михаил Фрунзе» полностью

Из стальных недр косяком идут доклады. В пробоины поступает вода, прогибаются наспех подпертые переборки – а подпирают их деревом, и огонь пожаров, что никак не желают потухнуть, помогает воде. И несут в лазарет краснофлотцев – обожженных, угоревших, искалеченных непослушным металлом и деревом. К запахам краски, смазки, топлива и пороха прибавляется больничная йодно-эфирная вонь.

Люди поднимаются наверх – туда, где некогда лежал добела надраенный тик. Дерево ушло – размолочено не в щепу, в пыль, сгорело, снесено за борт. Под прогарными ботинками хрустит черно-серый налет, тускло звенит сталь. Но искореженные надстройки, даже через грубые рабочие рукавицы, ласкают руки теплом осеннего эгейского солнышка, которого и не разглядеть между огоньками газорезок.

Вода и пена тушат огонь. Дерево и сталь загораживают дорогу воде, насосы выбрасывают ее наружу. Но дело сделали – люди. Его, Михаила Косыгина, экипаж.

– Крен ноль. Дифферент ноль!

Наверху качает крыльями «сверчок». Снижается в сторону желто-зеленой полоски халкидского берега, где ждет греческий аэродром. По трансляции летят в белесое небо, растворяются в вышине марши Семена Чернецкого. И уже не помполит, а командир корабля сообщает:

– Всем. Мы победили.

По палубам проносится «Ура»!

А в самом низу, отделенный от воды двойным днищем, надевает наушники гидрофона акустик. Итальянские подводные лодки всегда могут быть. А диверсанты – тем более!

<p>14.30. Гавань и порт Салоник</p>

Город не видел боя.

Все, что ему досталось, – затихающие звуки гимна, истаявшие вдали мачты – и чуть слышные раскаты орудийных перунов.

Раскаты смерти.

Город не видел смерть, она пряталась за безоблачным небом, за осенним теплом, за свежестью садов и жужжанием пчел – и за невероятной сухопутному глазу выпуклостью моря. Салоники не видели ее лица – теперь они смотрят на тех, кто загородил смерти путь.

Так получилось страшней.

Черно-серый крейсер входит на рейд медленно и величаво, точно гвардеец вышагивает на королевских похоронах. Все, что на нем осталось белого, – кормовой флаг да вымпел на грот-стеньге, да и те теперь, скорей, светло-серые. Ветра нет, корабль едва ползет, флаги обвисли, словно стесняются прорех в бортах. Броневые экраны и переборки, что выдержали удары снарядов и осколков не видно, они внутри. Зато струи воды от помп сверкают на солнце. Насосы натужно выбрасывают воду, выворачивают миф о Данаидах наизнанку: там тщились налить бездонную бочку, здесь стараются удержать на плаву корабль с бортами из одних пробоин.

В трубе зияет дырища, в ней что-то белеет. Сверкает скромная вспышка – не выстрел ли? А если да – из чего?

Над палубе взлетает облачко магниевого дымка. Один из политруков опускает фотоаппарат. Его профессия – не только разговорный жанр. Гораздо доходчивей показать, чем рассказывать, и мичман старательно ловит в объектив все, что можно: на этот раз дымовую трубу. Кожух навылет прошит бронебойным снарядом, но внутри не гарь и жар, а веселые парни в форменках. Черная форма, светлые пятна лиц и повязок, белозубые улыбки… Они победили. Они – живы!

Таким газеты мира запечатлеют экипаж «Фрунзе».

Страшный шрам на крыше орудийной башни в газеты не попадет. Вязкую броню распахало, между экипажем и рвавшейся в башню смертью осталась так, фольга… но осколки внутрь не пошли. Их не было, осколков, и тридцать человек расчета теперь обязаны жизнью американскому инженеру, который убедил заменить цементированные плиты на пластичную сталь.

«Фрунзе» – первый, за ним идет свита. Битый подбитого везет: тот эсминец, который тащит товарища, узнать нелегко: ни пушек на носу, ни надстройки, ни мачты, лихой наклон которой еще утром придавал силуэту «Аэтоса» стремительность. Корабль на буксире узнать легко: флагман отряда, «Базилисса Ольга». На первый взгляд у нее все на месте, пропал только адмиральский вымпел, ну и хода почему-то нет…

Все это совершенно не важно на фоне того факта, что вышло шесть кораблей, а вернулось два. Салоники замирают, по городу успевают пронестись слухи: «Все четыре потоплены, адмирал убит», «Все четыре преследуют итальянцев, ночью нападут на них», «Избиты, отстали», «Выбросились на берег», «Ушли в Пирей, помогать».

На фотографиях останется плотная толпа на берегу, белые спины санитарных карет. Больницы Салоник примут раненых: советских моряков с крейсера, соотечественников с эсминцев. Из шести храбрых корабликов в порту остаются два: те, которым чиниться. Остальные, если не врут, ушли в Пирей. Там нужны крепкие руки, да и торпедные аппараты могут оказаться не лишними.

Перейти на страницу:

Все книги серии Пятый Рим

Похожие книги

Вечный капитан
Вечный капитан

ВЕЧНЫЙ КАПИТАН — цикл романов с одним героем, нашим современником, капитаном дальнего плавания, посвященный истории человечества через призму истории морского флота. Разные эпохи и разные страны глазами человека, который бывал в тех местах в двадцатом и двадцать первом веках нашей эры. Мало фантастики и фэнтези, много истории.                                                                                    Содержание: 1. Херсон Византийский 2. Морской лорд. Том 1 3. Морской лорд. Том 2 4. Морской лорд 3. Граф Сантаренский 5. Князь Путивльский. Том 1 6. Князь Путивльский. Том 2 7. Каталонская компания 8. Бриганты 9. Бриганты-2. Сенешаль Ла-Рошели 10. Морской волк 11. Морские гезы 12. Капер 13. Казачий адмирал 14. Флибустьер 15. Корсар 16. Под британским флагом 17. Рейдер 18. Шумерский лугаль 19. Народы моря 20. Скиф-Эллин                                                                     

Александр Васильевич Чернобровкин

Фантастика / Приключения / Морские приключения / Альтернативная история / Боевая фантастика