Сон Френсиса Дрейка оказался пророческим, и он проснулся в испарине и подумал: «Придут испанцы и вновь запылают костры инквизиции. Этим фанатикам не нужны деньги, им нужны наши души. Золото они все тратят на корабли, солдат, красивое оружие, на крайний случай кроют крыши как в одной из центральных провинций – Московии, где восседает сам REХ. Кто сейчас в i500, а летоисчисление велось от Исуса, он не помнил, надо этот вопрос уточнить у дипломатов».
– Хорошее вступление, вполне в духе школьной программы, – кивнул Бурлаков капитан-лейтенанту.
– Для погружения в прошлое необходимо представлять политическую, экономическую, поенную ситуацию как в стране, так и в отдельной местности, в частности, – ответил Николай Николаевич, – смотри дальше идут мысли капитана, за которого работал предыдущий курсант.
«Вообще эта идея с отделением Англии от огромной империи попахивала авантюрой. У империи верховная власть от Бога, мощная промышленность, флот, войска катаров12, монахи и инквизиция, система ценностей, культура и транспорт, знаменитые ямщики или цыгане ромалэ13. Финансовые институты империи стойко держат жиды14, которые с детства обрезают крайнюю плоть и тем самым лишаются любого творческого начала, ведь они в отличии от других граждан принадлежат казне, вместе со всем своим имуществом и семьями. И когда казна прощает рыцарству их долги, то не еврей по своей жидовской воле им что-то прощает, а сам император соблаговолит поступить так, и нет силы ему в этом помешать.
Но такая сила нашлась в лице королевы Елизаветы и ее генералов, министров и просто богатых людей. Но главным стало не знатность рода, а наличие денег, умение их зарабатывать не смотря ни на что, не считаясь со всеми смертными грехами, и слезами, убийствами, работорговлей, да он и сам был такой в 1568 году раз пострадав от испанцев, решивших прекратить морской разбой кровью, вырезав под ноль всю пиратскую экспедицию, остались только мой корабль дяди под командованием Джона Лоувелла. Мы уносили ноги».
– Цыган и евреев то зачем приплели к вступлению? – поинтересовался Бурлаков, – все и так знают, что оба народа работали на глобальную империю обслуживая караванные пути и финансы империи.
– Смотри что дальше произойдет, повествование от первого лица, – Козлов зло буркнул, потеря предыдущего курсанта его не радовала.
«В 1575 году, Френсис Дрейк после великого дела при ограблении испанского серебряного каравана, стал арматором, купил поместье, приобрел три корабля и перед лицом вполне очевидной угрозы Англия начинаю строительство собственного военного флота. И в Дептфорде был заложен новый галеон, который после двух лет строительства и затрат в четыре тысячи фунтов был спущен на воду и получил название «Revenge» («Месть»)».
– За четыре тысячи фунтов стерлингов можно было купить корабль? – Николай никогда не задумывался о ценах на деревянные галеоны.
– Слушай дальше, произойдет диалог бывшего курсанта в образе Дрейка с судостроителем Мэтью Бейкером на верфи Дептфорда, – шепотом произнес капитан-лейтенант и кивком указал на монитор.
– Этот грациозный корабль-красавец сэр15 Френсис имеет длину 92 фута, ширину в 32 фута и осадку 15 футов, – хвастался Бейкер, смотря на шпангоуты, устремленные в небо.
– Что у него с вооружением? – поинтересовался Френсис Дрейк, стоя на деревянном помосте, чтобы не увязнуть в жиже.
– Вооружение состояло из двух десятков пушек в 24-фунта, и двадцати шести пушек калибром в 12-фунтов, расположенных на двух палубах-деках, – ответил опытный судостроитель и добавил, – корабль при умелом обращении потопит в два раза более мощный корабль испанцев, так как для них главное при умелом маневре по ветру сойтись на абордаж, дав залп из всех бортовых пушек, предварительно заряженных. Орудий более 12-фунтов испанцы не устанавливают, так как не видят необходимости утяжелять свои корабли.
– Из этого умозаключения можно сделать вывод, что установив на «Мести» даже два десятка 24-фунтовых орудий, мы можем навязать испанцам артиллерийский бой, – ответил Дрейк, – да это займет время, требует мастерства как судовождения, так и стрельбы из артиллерии, следует потренироваться на скалах, или просто сколотить мишень из дерева, а потом разнести её в щепы, но это позволит нанести ущерб рангоуту испанцев, затем подойти с носа или кормы и картечью уничтожить абордажную команду, и вот он тепленький галеон – сундучок императора Филиппа, попадет прямо мне в руки, – размечтался прежний испытуемый, тело которого сейчас лежало овощем в глицериновой ванне со множеством датчиков на теле, а затем перед Бурлаковым и Козловым пошли снова воспоминания бывшего курсанта: