ИДЕНТИФИКАЦИЯ ЗАДЕЙСТВОВАННОГО ОБЪЕКТА…
ИДЕНТИФИКАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА
СХЕМА: 1 РЕАЛЬНЫЙ + 1 ВИРТУАЛЬНЫЙ
ПОДТВЕРДИТЬ?
«Да»
ВЫБОР МОДЕЛИ АРЕНДУЕМОГО ПРОСТРАНСТВА
«Мост»
ЗАГРУЗКА…
Занудин вздрогнул. Виртуал без предупреждения водрузил на его переносицу громоздкие причудливые очки (больше смахивающие на маску для подводного плавания). Они герметично закрыли глаза, после чего Занудин на сто процентов расстался со зрением — свет сквозь стекла не проницал.
Что-то булькнуло, и шумно запенилась вода. Было похоже на то, как в жидкости растворяется таблетка. Виртуал осторожно вставил в руку Занудина стакан.
— Выпейте. Это снимет напряжение.
— У меня аллергия на некоторые стимуляторы, знаете… Это что?
— Пейте, — коротко и внушительно повторил Виртуал.
Занудин сдался. Проглотив чуть сладковатую воду, он поудобнее устроился в кресле. Препарат действительно помог быстро расслабиться. Рассудок перестал испытывать тревогу, тело отдыхало. Даже кромешная темнота, в которую Занудин был погружен, не вызывала прежнего раздражения.
«Так в чем же суть эксперимента?» — хотел было задать вопрос Занудин и… не смог произнести ни слова.
…Это был какой-то шабаш чувственных ощущений. Сознание распадалось на части — рушилось точно карточный домик! Казалось, комната, в которой только мгновение назад он находился, уплывала далеко-далеко. Далеко был Виртуал… далеко был «Ковчег» с его заботами… далеко было все привычное… Темнота будто дрогнула, как дрожит ночное грозовое небо, — и тут же стала рассеиваться.
Вокруг оживали краски! Они играючи проникали сквозь поры пространства. В реальность этого проникновения и верилось и не верилось. Словно рука неведомого и всемогущего художника писала их, увлеченная идеями диковинных фантазий. Рождались звуки. Просыпались запахи. Причем каждый звук соответствовал определенному запаху. Шелест на ветру — аромату свежеубранного сена. Шум воды — дурману прелого белья. А крик незадачливой птицы — душку морских деликатесов… Было в этих необычных сочетаниях что-то увлекательное, завораживающее, но и подспудно пугающее.
Мир вокруг с-о-з-д-а-в-а-л-с-я! Занудин не мог сосредоточиться ни на чем конкретном. Он не представлял законов, по которым этот зарождающийся на его глазах мир вскоре заживет. И уж конечно не знал, в какой ипостаси окажется сам.
Ни с того ни с сего что-то надоумило Занудина поднести ладони к глазам и изучить их. О-о… Линии жизни были похожи на реки, текущие из ниоткуда в никуда. Как же раньше Занудин мог не замечать этого?.. В реках шумно плескалась нерестящаяся рыба. Занудин вгляделся в линии жизни внимательнее и вдруг понял, что по ним течет не вода, а матрица… В зависимости от ширины и формы русла матрица то растягивалась, то сжималась. Некоторые математические объекты — иксы, игреки и зеты — выскакивали из старых ячеек и занимали освободившиеся. Из-за этих пертурбаций они и казались выпрыгивающими из потока задорными рыбешками.
— О боже всевышний… — содрогнулся Занудин и отдернул руки от лица, но тут же испугался еще больше… звучания собственного голоса.
«Й-о бо-зэ бдэ-бды-всий…» — вот как ему послышалось это со стороны.
В горле Занудина заклокотало и запиликало, точно ненастроенный инструмент искал растерянные унисоны.
— Раз… раз… раз-два-три… — осторожно произнес Занудин.
«Раз, раз, раз-два-три».
Дисфункция речи исчезла, и Занудин немного успокоился.
Некоторое время он посвятил тому, что потоптался на месте, сделал пару приседаний, повертел кистями, разгладил складки одежды, плюнул на дальность… Он словно знакомился с «изменениями в правилах игры». Получал и сверял информацию.
«Я — это я, — признал в конце концов Занудин, испытывая и некое облегчение, и какую-то неловкость. — Но вот как обстоят дела со всем остальным, что меня теперь окружает?..»
Утратив интерес к самоощущениям, Занудин впервые внимательно огляделся по сторонам. Звуки и запахи с новой силой потрясли его воображение, а увиденное и вовсе повергало в кричащее чувство — этакий гибрид инфантильного изумления и неподдельного шока. Теперь водоворот цветов, вспышек и неясных очертаний вылился в картину вполне законченную и ошеломляющую.