— Ну ты и жадина, — снова смеется он.
Но я не слушаю: чем дальше, тем большее разочарование меня охватывает.
— Они похожи на… каштаны.
— Естественно. — Мужчина усаживается возле очага, вытягивает ноги и ставит рядом шкатулку. — Ты же никогда не пробовала марципан, вот и представляешь на его месте что-то знакомое. Попробуй следующую, она будет любой, какой пожелаешь.
Я чувствую себя глубоко обманутой и колеблюсь: может, стоит обидеться и уйти? Но уходить от него не хочется. Поэтому тоже присаживаюсь на шкуру и, уже не стесняясь, хватаю вторую конфету. Загадываю вкус засахаренных апельсинов с корицей и имбирем, которые у нас дома подают по воскресеньям, и получаю его. Особую прелесть лакомству придает то, что сегодня точно не воскресенье.
— Вы тоже угощайтесь, — великодушно предлагаю я, но Гость уже не слушает. Поднялся на ноги и внимательно изучает наш камин. Ощупывает барельеф, скользит взглядом по каменному колпаку, сужающемуся к потолку — наверное, интересуется росписью со сценами из героических сказаний. Я-то уже давно изучила её вдоль и поперек. Он даже пытается заглянуть внутрь, закрываясь ладонью от искр.
Мне скучно, и хочется, чтобы он уже поскорее забыл про камин и обратил внимание на меня, поэтому спрашиваю:
— А у меня могут быть такого же цвета?
Гость удивленно оборачивается, и я тычу в его шевелюру. Золотые пряди шевелятся от сухого жара, как языки пламени позади.
— Если будешь долго лежать на солнышке, — усмехается он, но глаза остаются холодными.
Наконец, садится обратно. Шкатулка уже пуста, поэтому я придвигаюсь ближе и прижимаюсь щекой к его плечу, вдыхая острый запах восковницы и дыма.
— Можете посидеть со мной до утра?
Гость опускает глаза. Теперь они странно светлые, почти лишенные радужки и зрачков.
— Спи, маленькая Хамелеонша. Я никуда не уйду.
Накатывает вяжущая дрема. Я смеживаю веки, чтобы в следующий миг проснуться в своей стылой комнатушке. Людо уже ушел, тело затекло от неудобной позы, а за окном занимается промозглый рассвет.
3
К приходу вчерашней служанки я была полностью одета и причесана, за что получила ещё один презрительный взгляд, в ответ на который протянула испачканный таз.
Сообщив, что скоро придет мастерица, а мне велено не покидать комнату, девица оставила завтрак и удалилась. Наученная вчерашним, я сдерживалась, откусывая кровяную колбасу небольшими кусочками и тщательно прожевывая. Несколько гренок, которые не смогла доесть, спрятала про запас. Вряд ли нам с Людо придется голодать в ближайшие дни, но всегда лучше иметь что-то под рукой.
Служанка вернулась, ведя за собой высокую дородную женщину с пестрым ворохом тряпья в одной руке и корзинкой для рукоделия в другой. Незнакомка оказалась портнихой, а одежда — старыми нарядами леди Йосы, которые предстояло перешить под меня.
Мои щеки вспыхнули от гнева и унижения. Показаться в королевском замке в обносках потаскухи. Ещё и пахнуть, как потаскуха: от нарядов исходил тяжелый сладкий аромат. Но выбора не было. Других платьев, кроме того, что на мне, я не имела.