Читаем Как воспитать ниндзю полностью

Но кем бы я ни хотела быть, обязанности судьи никто не отменял и с меня не снимал. Здесь иных судей не было. А если и были, то, как показывал опыт, им нужно было рубить руки в первую очередь вместе с головой. Ибо и взятки брали, и бандитам потакали, и власти потакали, и почти всегда судили ложно и неправильно, как Бог пошлет. Философы говорят, что в будущем власть будет отделена от судебной системы, а законодательством будет заниматься кто-то третий, а не ты. Но, по мне, трехголовые джины долго не живут. Горыныча нужно мечом. Пока же я была и властью, и судьей, и мечом.

Когда ты вынуждена сама исполнять приговоры, ты тысячу раз задумаешься над приговором, а когда ты вынуждена сама исполнять законы, ты тысячу раз задумаешься над законом. Законы там, где я правила, были просты и исполнимы, как «Ясса» Чингисхана, и заучивались наизусть. Но зато и за их неисполнение был острый меч без всяких тюрем и сюсюканий.

Я открывала все дороги, я открывала все пути, для людей в моих поместьях был открыт путь к богатству, благополучию, мастерству, славе и гениальности. Для них, как в Древней Греции, был открыт путь реализации простого человека через искусство, гениальность и мастерство. Можно было учиться у кого угодно, а бедных в замках всегда ждала еда и работа. Можно было прожить счастливую жизнь, не сталкиваясь с законом. Но за попытку нарушить законы всегда ждал свистящий меч.

Вот и сейчас мне приходилось становиться и следователем, и стражей, и судьей – все это было условием титула, о чем редко вспоминают, лелея беззаконие. Мало кто помнит уже, что «рыцарь», самое низшее аристократическое звание, по определению солдат и защитник правосудия короны на местах. Рыцарь клялся защищать «Божественный закон».

Браться за дело следовало немедленно, ибо совсем худо, когда ты не охотник, а дичь. Случайный намек, услышанный в одном из баров или таверн в чужом обличье, мог вывести нас на ниточку, а я тем и славилась, что слышала и запоминала все разговоры вокруг одновременно на больших расстояниях. Тренировки слуха, наблюдательности, тотального внимания, требование замечать все окружающее и делать одновременно множество дел, еще в детстве дали нужные плоды, ибо воспитывали соответственно воспитатели меня качественно и по методикам.

Особой опасности, когда я переодета мальчишкой и с двумя моими загримированными телохранителями сзади, для меня в Лондоне не было. Разве что замаешься убивать всякую ночную дрянь и разбойников, которые не понимали, как громко они дышат, затаившись без дыхания в ста шагах от меня.

 Потому утром я проснулась дома уставшая, злая, невыспавшаяся – удивительный гадючник, этот Лондон. Дело в том, что я вижу в темноте. И китаец видит. И индеец. Мне даже мгновения не требовалось, чтобы с одного взгляда, благодаря долгому опыту, определить, бандит это или так, случайный человек забился в щель. И все всегда удивлялись, по каким признакам я вычленяю их, а я уже их просто чувствовала, и тысячи ухваченных глазом признаков сами говорили со мной.

Меня разбудила веселая и выспавшаяся Мари, принесшая гнусную весть, что солнце уже встало. И приехал старший принц. И что отец разрешил Джекки по его просьбе все-таки ухаживать за ней. То есть за Мари, старшей сестрой, то есть. При условии, что он не будет ухлестывать за маленьким ребенком, то есть младшей сестрой, которой только пятнадцать, то есть Лу, то есть за мной.

Я хихикала, когда она запиналась.

Я хотела спросить сестру, получил ли СТАРШИЙ принц такое же разрешение ухаживать за ней, как и младший. Но постеснялась. Чтоб не пугать и не нервировать и без того нервную и напряженную сестру. Но, наверное, я слишком тихо постеснялась, потому что ехидно спросила об этом вслух.

Мари побледнела. Я рано постеснялась. Это, оказывается, был гвоздь программы. И этот гвоздь программы, оказывается, бродил по дому и, галантно ухаживая за ней, сидел у нее уже в печенках, как гвоздь в заднице. Ей было приятно. Это ведь ухаживание такого знатного человека. Аж передергивает от радости. Для этого, она собственно, меня и будила. Потому что всякие мысли о том, что старший принц, толстый, уродливый и жирный, с трясущимися жирными руками, может сделать ей предложение и стать ее мужем, приводила Мари в истерику.

– Сделай же что-нибудь! – взмолилась сестра. – Я боюсь, а послать его далеко не дает совесть. И потом я не такой хороший боец, как ты, а он здорово дерется!

Я сделала – отвернулась к стенке, послав сестру по ее же просьбе вместе с ее принцем туда, где не светит солнце, то есть на северный полюс. И попыталась уснуть.

Перейти на страницу:

Все книги серии Попаданцы - ЛФР

Желание жить
Желание жить

Чтобы влезть в чужую шкуру, необязательно становиться оборотнем. Но если уж не рассчитал с воплощением, надо воспользоваться случаем и получить удовольствие по полной программе. И хотя удовольствия неизбежно сопряжены с обязанностями, но они того стоят. Ведь неплохо быть принцем, правда? А принцем оборотней и того лучше. Опять же ипостась можно по мере необходимости сменить – с человеческой на звериную… потрясающие ощущения! Правда, подданные не лыком шиты и могут задуматься, с чего это принц вдруг стал оборачиваться не черной пантерой, как обычно, а золотистым леопардом… Ха! Лучше бы они поинтересовались, чья душа вселилась в тело этого изощренного садиста и почему он в одночасье превратился в милого, славного юношу. И чем сия метаморфоза чревата для окружающих…

Наталья Александровна Савицкая , Наталья А. Савицкая

Фантастика / Попаданцы / Фэнтези / Юмористическое фэнтези

Похожие книги