Читаем Как Иисус стал богом полностью

Позвольте мне проиллюстрировать это на примере. Моя бабушка была твердо убеждена, что телеевангелист-пятидесятник Орал Робертс обладал способностью исцелять больных, немощных и инвалидов, совершая над ними молитву и прикасаясь к ним. Разумеется, в теории у историка есть возможность рассмотреть случай, когда у человека присутствовали симптомы какого-нибудь заболевания, но после встречи с Оралом Робертсом они исчезли. Историк смог бы подтвердить, что, да, человек раньше был болен, а потом исцелился. Но что историк – если он работает как историк – утверждать не вправе, так это то, что Орал Робертс исцелил больного силой Божьей. Существуют и другие возможные объяснения, открытые для изучения исследователями без каких-либо религиозных предпосылок, требуемых для «божественного решения» проблемы – например, что это был род психосоматического исцеления (то есть вера человека в выздоровление была настолько сильной, что его мозг способствовал излечению от болезни) или что этому человеку только показалось, что он исцелился (на следующий день он снова был тяжело болен), или что он в действительности не был болен с самого начала, или что все это было розыгрышем – да мало ли можно подыскать других объяснений! И все эти объяснения могут прилагаться к одним и тем же данным. Также отмечу, что «сверхъестественное» объяснение не может служить для историка удовлетворительным ответом, поскольку: 1) историки не имеют доступа к миру сверхъестественного, и 2) оно требует принятия определенной системы богословских взглядов, которые вовсе не обязательно разделяются историками, проводящими такого рода исследования.

То же самое относится и к воскресению Иисуса. Историки, разумеется, могут подвергать исследованию отдельные аспекты традиции. В теории, например, возможно задаться вопросом, действительно ли Иисус был похоронен в некой известной гробнице и действительно ли эта гробница три дня спустя была обнаружена пустой, а лежавшее в ней тело исчезло. Но что историк, будучи историком, заключить не вправе, так это то, что Бог, должно быть, воскресил тело и взял его на небеса. У историка нет доступа к подобной информации, к тому же данный вывод требует определенного набора богословских допущений, которые не все историки разделяют. Более того, можно найти другие и, совершенно реалистичные, решения проблемы, каким образом когда-то занятая гробница вдруг опустела. Кто-то намеревался похитить тело или просто без всякого злого умысла перенес его в другое место, или же вся эта история, по сути, представляет собой легенду – то есть и погребение, и последующее обнаружение пустой гробницы были просто сказками, выдуманными ранними христианами с целью убедить людей, что воскресение действительно совершилось.

Точно так же историк может рассмотреть вопрос, действительно ли ученики видели Иисуса живым после его смерти. Люди постоянно имеют видения – иногда они видят то, что есть, а иногда и то, чего нет. (Этот вопрос будет обсуждаться подробнее в следующей главе.) Что, однако, историк, будучи историком, заключить не вправе, так это то, что ученики имели видения Иисуса уже после того, как он в действительности умер, и произошло это потому, что Иисус в действительности являлся им живым после того, как Бог воскресил его из мертвых. Этот вывод опять же коренится в определенных богословских предпосылках и потому не может разделяться всеми историками.

Чтобы сделать аргумент еще более убедительным, в теории возможно даже утверждение, что Иисус был распят, погребен, и затем его видели живым – в телесном облике. Историк мог бы – опять же в теории – объяснить это, не обращаясь к божественной первопричине и не утверждая, что именно Бог воскресил его из мертвых. Ибо в нашем мире известны многочисленные случаи «жизни после смерти», когда человек якобы (или в действительности) умирает, и затем снова возвращается к жизни, чтобы поведать о своих переживаниях. Признание того что подобный опыт у людей имеется, вовсе не требует веры в сверхъестественное. Разумеется, дело обстояло бы совсем иначе, если бы человек был мертв, скажем, в течение 25 лет, и затем вернулся в мир живых. Однако в случае с «жизнью после смерти» такого не происходит никогда. Напротив, человек бывает мертв или якобы мертв (как бы мы не определяли понятие «смерть») в течение короткого промежутка времени, и затем каким-то образом оживает. Имел ли Иисус подобный опыт? Я в этом сомневаюсь, но, по крайней мере с исторической точки зрения, это предположение звучит вполне правдоподобно. Что не представляет собой правдоподобный вывод с точки зрения историка, так это то, что Бог воскресил Иисуса, даровал ему бессмертное тело, вознес его на небеса и усадил на престоле по правую руку от себя. Этот вывод целиком и полностью укоренен в богословских взглядах, разделяемых не всеми историками, и поэтому является предметом веры, а не исторического познания.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Еврейский мир
Еврейский мир

Эта книга по праву стала одной из наиболее популярных еврейских книг на русском языке как доступный источник основных сведений о вере и жизни евреев, который может быть использован и как учебник, и как справочное издание, и позволяет составить целостное впечатление о еврейском мире. Ее отличают, прежде всего, энциклопедичность, сжатая форма и популярность изложения.Это своего рода энциклопедия, которая содержит систематизированный свод основных знаний о еврейской религии, истории и общественной жизни с древнейших времен и до начала 1990-х гг. Она состоит из 350 статей-эссе, объединенных в 15 тематических частей, расположенных в исторической последовательности. Мир еврейской религиозной традиции представлен главами, посвященными Библии, Талмуду и другим наиболее важным источникам, этике и основам веры, еврейскому календарю, ритуалам жизненного цикла, связанным с синагогой и домом, молитвам. В издании также приводится краткое описание основных событий в истории еврейского народа от Авраама до конца XX столетия, с отдельными главами, посвященными государству Израиль, Катастрофе, жизни американских и советских евреев.Этот обширный труд принадлежит перу авторитетного в США и во всем мире ортодоксального раввина, профессора Yeshiva University Йосефа Телушкина. Хотя книга создавалась изначально как пособие для ассимилированных американских евреев, она оказалась незаменимым пособием на постсоветском пространстве, в России и странах СНГ.

Джозеф Телушкин

Культурология / Религиоведение / Образование и наука