— Давай-ка разложим по полочкам, — предложил он. — Ты — гинопосец, у которого угнали корабль. Твоя цель номер один — вернуть его. Твоя цель номер два — взять Винчу Хирта живьем и привести к своим. Я верно понимаю ситуацию?
«Не совсем, — подумал Ирцарио. — Моя цель номер один — Елари. И я пока даже не знаю, чего хочу больше: отрезать ей голову или надеть кольцо на палец».
— Допустим, — сказал он вслух. — Ваши предложения?
— Предельно просты. Мы поможем тебе провернуть операцию, а ты станешь работать на нас.
— Чего? — скривился Ирцарио. — Как ты это себе представляешь, мой щетинистый друг?
— Можешь называть меня полковник Альмер. И будь повежливей, мой тебе совет.
— Как ты себе это представляешь, Альмер? Ты вообще соображаешь, что такое Гинопос?
Не говоря ни слова, Альмер ударил Ирцарио ногой в лицо. Тот успел отклониться назад, сколько возможно, но удар все равно вышел чувствительным.
— Я просил быть повежливей, — заговорил Альмер, глядя на окровавленное лицо пленника. — Разумеется, я имею представление о том, что такое Гинопос. Это одновременно и космический корабль, и флот, и армия, и народ. Я знаю, что вы считаетесь непревзойденными бойцами, лучшими во всем, что касается войны. Это не меняет сути. Нам нужен свой человек, шпион в вашей цитадели. И ты станешь таким человеком.
Ирцарио, склонив голову на бок, сплевывал кровью. Удар не так уж поразил его, просто надо было крепко подумать. Альмер производил впечатление серьезного человека. Значит, на слово он ему не поверит. Как будет выглядеть шпионаж? С помощью чего они будут держать его за яйца? Надо выяснить это сразу, чтобы было ясно, с чем придется работать.
— Предположим, я соглашусь, — осторожно начал Ирцарио. — Как это будет выглядеть?
— Предельно просто. Тебе в браслет уже вшили программу-шпиона. Она получает доступ к нервной системе. Все, что ты видишь, слышишь или чувствуешь, преобразуется в сигнал и отправляется сюда.
— Этот сигнал засекут мгновенно.
— Этот сигнал не засекут. Не надо нас недооценивать. Как видишь, мы в отношении тебя такой ошибки не допустили.
Ирцарио побренчал наручниками, словно убеждаясь в словах Альмера. Дело поворачивалось круче некуда.
— Предупрежу дальнейшие вопросы, — говорил Альмер. — Попытаешься снять браслет — все ближайшие системы связи на корабле получат закодированное сообщение о твоей шпионской деятельности. Рассчитать, сколько ты после этого проживешь, можешь сам. Расклад понятен?
Ирцарио медленно наклонил голову.
— Думаю, да, — сказал он. — Что насчет Хирта?
— Мы смогли его засечь. Если согласишься сотрудничать, завтра утром вылетаем в составе спецподразделения и делаем дело. Тебе — Хирт, нам — его дружок-десантник.
— Десантник?
— Ага. Тот самый, который так здорово отметелил твоего слабонервного товарища. Я знаю, что тебе говорили, будто Хирт был один. Думаю, ты сможешь понять осторожность службы безопасности космопорта. Не знаю уж, чем Хирт завлек этого парня, но он на его стороне. Тем паче не стану объяснять, зачем он нужен нам. Теперь я жду твоего слова. Согласен ли ты, Ирцарио, принять нашу помощь в поимке Хирта и стать нашим шпионом в горе и радости, пока смерть не разлучит нас?
Ирцарио уже давно все решил, но тянул время, чтобы казалось, будто он мучительно на что-то решается.
— Согласен, — сказал он, наконец. — Но я полечу без наручников.
Глава 27
На этот раз в зале совещаний было не так много народа. Аргеной, Сонлер, эксперт по расшифровке Черных Ящиков и парочка генералов, которых допустили, чтобы совещание не казалось секретным. Стиснув зубы так, что они готовы были раскрошиться, Аргеной смотрел на голографическую трансляцию с камер наблюдения «Молнии» — так назывался недавно уничтоженный корабль Ирцарио.
— Личность этого выродка установили? — спросил Аргеной.
— Это не составило труда, он уже проходит по сводкам в галактической полиции, — сообщил эксперт. — Виан Лейст, без определенного рода занятий. За плечами космический десант, где он, судя по всему, дурака не валял — вырубил Фенира, как-никак…
— Видишь вот эту рожу? — спросил Аргеной, показывая пальцем в воздух. — Для тех, кто не в курсе, это — Винчу Хирт. Обрати свое пристальное внимание на то, как он поступил с Елари Квинти. А теперь подумай еще раз о том, что ты сказал про победу над Фениром.
— И тем не менее…
Движения Аргеноя казались неторопливыми, даже ленивыми. Он поднялся, перегнулся через стол, притянул к себе голову эксперта и вонзил кинжал ему в подбородок. Когда судорожно дергающееся тело упало на пол, Аргеной опустился обратно и окинул взглядом присутствующих. Они сидели так, будто ничего не произошло. Только генералы немного побледнели.