Читаем Гиперион полностью

Я подошла к окну. Для стрелка, который, возможно, затаился где-то на темной улице, я представляла идеальную мишень, но сейчас мне было все равно. Я достала сигареты. После погони в снежных сугробах они отсырели, но одна все-таки зажглась.

— Помните, Джонни, когда вы сказали, что модель полностью воспроизводит Старую Землю, я спросила: «Бог мой, зачем им все это?» А вы ответили: «Ваш Бог тут ни при чем». Или что-то в этом роде. Вы намекали на что-то? Или просто выпендривались?

— Нет, конечно. А намекал я вот на что: у Техно-Центра может быть свой Бог.

— Ну-ка, ну-ка.

Джонни вздохнул в темноте.

— Я не знаю точно, зачем было воскрешать Китса и строить модель Старой Земли. Но есть у меня подозрение, что все это — часть единого проекта, над которым Техно-Центр работает по меньшей мере семь стандартных веков. Проекта Высшего Разума.

— Высшего Разума, — повторила я, выдыхая дым. — То есть Техно-Центр пытается создать... Бога, что ли?

— Да.

— Зачем?

— На этот вопрос простого ответа нет. Как нет простого ответа на вопрос, почему человечество на протяжении десяти тысяч поколений искало Бога в миллионах обличий. Техно-Центр заинтересован в поиске все более эффективных и надежных способов обработки... данных.

— Но для этого у Техно-Центра хватает своих ресурсов. К тому же в его распоряжении мегаинфосферы двухсот миров.

— И все равно остаются пробелы в области прогнозирования.

Я выбросила сигарету в окно и смотрела, как тлеющий окурок исчезает в темноте. Откуда-то налетел холодный ветер; я поежилась.

— Постойте... Старая Земля, воскрешенные люди, кибриды... Какое отношение все это имеет к Высшему Разуму?

— Не знаю, Ламия. Восемь стандартных весов назад, в самом начале Первой Информационной Эры человек по имени Норберт Винер писал: «Может ли Бог соревноваться со своими творениями? Может ли вообще творец, пусть даже возможности его весьма ограничены, всерьез соревноваться со своими творениями?» Создавая первые ИскИны, человечество искало ответа на этот вопрос. А Техно-Центр с той же целью воскрешает теперь людей. И если программа ВР все-таки будет выполнена, проблема перейдет в ведение высшего творения/творца, цели которого будут столь же недоступны пониманию Центра, как и цели Центра недоступны пониманию людей.

Я прошлась по комнате, ударилась коленом о столик и остановилась.

— Все ваши рассуждения не дают ответа на главный вопрос: кто пытается вас убить, — сказала я.

— Да.

Джонни встал и двинулся к дальней стене. Вспыхнула спичка — он зажег свечу. По стенам и потолку заметались наши тени. В следующее мгновение он был уже рядом со мной, и его руки легли мне на плечи. В неярком свете свечи завитки волос и ресницы отливали медью, высокие скулы и твердый подбородок выступили еще рельефнее.

— Надо же, какая ты... крепкая, — произнес он.

Я посмотрела ему в глаза. Наши лица разделяло лишь несколько дюймов. Мы были одного роста.

— Пустите, — сказала я.

Вместо этого он поцеловал меня. Губы у него были мягкие, теплые, и они заставили меня забыть о времени. «Он машина, — твердила я себе. — У него человеческая внешность, но на самом деле это машина». Я закрыла глаза. Его пальцы коснулись моей щеки, шеи, затылка...

— Послушай... — прошептала я, когда он на мгновение отпустил меня.

Джонни не дал мне договорить. Он поднял меня на руки и понес в спальню. Высокая кровать. Мягкий матрас и толстое стеганое одеяло. Трепещущий огонек свечи в соседней комнате, и мы, торопливо раздевающие друг друга.

Мы словно сошли с ума. Повинуясь медленным, ласковым, но властным касаниям, и теплоте, и близости, и все возрастающему влечению, мы снова и снова бросались друг к другу. Помню, как я смотрела на него, а он лежал с закрытыми глазами; его волосы свободно ниспадали на лоб, пламя свечи освещало бледную грудь. А потом его руки — удивительно сильные руки — поднялись мне навстречу. Он открыл глаза и посмотрел на меня, и во взгляде его были только страсть и восторг.

Незадолго до рассвета мы заснули. Я повернулась на бок и уже засыпала, как вдруг ощутила его руку на своем бедре. В этом прикосновении было что-то покровительственное, но не унизительное, не собственническое. Он словно бы хотел защитить меня.

Они напали на нас сразу после рассвета. Их было пятеро — явно не лузиане, но мужики здоровые. Действовали они четко и слаженно.

Я проснулась, когда вышибали входную дверь. Скатившись с кровати, я бросилась к двери спальни и успела заметить, как они входят. Когда бандит, шедший первым, направил на нас станнер, Джонни предупреждающе вскрикнул. Перед сном он натянул хлопчатобумажные трусы, я же так и осталась в чем мать родила. Одежда дает в драке кое-какие преимущества, но главное — это психологический барьер. Если вам удалось преодолеть чувство собственной уязвимости, остальное уже дело техники.

Перейти на страницу:

Все книги серии Песни Гипериона

Песни Гипериона
Песни Гипериона

Дэн Симмонс — один из немногих писателей, пишущих почти во всех жанрах литературы — фентези, эпической научной фантастике, в жанре романов ужаса и саспенса. Он является автором исторических книг, детективов и мейнстрима. Произведения его изданы в 27 странах.Состоящий из двух дилогий фантастический цикл Дэна Симмонса «Песни Гипериона» описывает мир, поистине поражающий воображение своей сложностью, новизной и эпической масштабностью. Четыре книги охватывают более тринадцати столетий, десятки тысяч световых лет, свыше трех тысяч страниц, расцвет и упадок двух великих межзвездных цивилизаций и больше мыслей, чем можно натрясти с саженца познания. Иными словами, это — космическая опера!Помимо цикла «Песен Гипериона» в данное издание вошли небольшая повесть «Сироты спирали» и рассказ «Гибель кентавра». Однако «Сироты спирали» это не продолжение «Восхода Эндимиона» — это возвращение в мир Гипериона, а «Гибель кентавра» — Америка наши дни, где учитель мистер Кеннан и мальчик Терри придумывают историю, в которой появляются кентавр Рауль, двухметровое металлическое чудовище Шрайк, нуль-Т-порталы…Мы знаем, что слово творит миры: из этого зерна выросли «Песни Гипериона».Читайте — не пожалеете.Содержание:ПЕСНИ ГИПЕРИОНА— Гиперион— Падение ГиперионаПЕСНИ ЭНДИМИОНА— Эндимион— Восход ЭндимионаСИРОТЫ СПИРАЛИГИБЕЛЬ КЕНТАВРА

Дэн Симмонс

Боевая фантастика
Гиперион. Книги 1-5
Гиперион. Книги 1-5

Священник Ленар Хойт, полковник Федман Кассад, поэт Мартин Силен, ученый Сол Вайнтрауб, детектив Ламия Брон, тамплиер Хет Мастин и консул Гегемонии — семеро отправившихся в последнее паломничество к Гробницам Времени, к повелителю боли — загадочному и мифическому Шрайку. Каждый из них преследует свою цель и каждому суждено сыграть ключевую роль в освобождении вселенной от рабства паразитов, дарующих бессмертие. Дар «крестоформа» несет в себе катастрофическую угрозу, отбирая у человека самое ценное...Содержание:0. Вспоминая Сири 1. Гиперион (Перевод: Алексей Коротков, Николай Науменко)2. Падение Гипериона (Перевод: Светлана Силакова, Николай Науменко)3. Эндимион (Перевод: Кирилл Королев)4. Восход Эндимиона (Перевод: Эльга Фельдман-Линецкая, Ирина Гурова)5. Сироты Спирали Дэн Симонс

Дэн Симмонс

Космическая фантастика

Похожие книги

Аччелерандо
Аччелерандо

Сингулярность. Эпоха постгуманизма. Искусственный интеллект превысил возможности человеческого разума. Люди фактически обрели бессмертие, но одновременно биотехнологический прогресс поставил их на грань вымирания. Наноботы копируют себя и развиваются по собственной воле, а контакт с внеземной жизнью неизбежен. Само понятие личности теперь получает совершенно новое значение. В таком мире пытаются выжить разные поколения одного семейного клана. Его основатель когда-то натолкнулся на странный сигнал из далекого космоса и тем самым перевернул всю историю Земли. Его потомки пытаются остановить уничтожение человеческой цивилизации. Ведь что-то разрушает планеты Солнечной системы. Сущность, которая находится за пределами нашего разума и не видит смысла в существовании биологической жизни, какую бы форму та ни приняла.

Чарлз Стросс

Научная Фантастика