Читаем Георгий Ярцев. Я плоть от плоти спартаковец полностью

Уход из «Ротора» не стал, конечно, трагедией, но и совсем уж бесследно не прошел. Переживал я. Во всяком случае, продолжал следить за ростом тех ребят, с которыми довелось там готовиться к баталиям. Никогда не сомневался, что игроками ведущих клубов станут Женя Алдонин, Рома Павлюченко. У Саши Беркетова тоже талант необыкновенный. Есипова я еще и в сборную приглашал, очень здорово выглядел. Помню, Олегу Романцеву сильно нравился Мишка Мысин, он у меня в шести турах первенства пятерку мячей «отгрузил» соперникам. Беззаветной храбрости парень, мощный, пробивной, сильный. Словом, приятные воспоминания о пребывании в городе на Волге, спору нет, остались.

<p>Приглашение в сборную</p>

В 2003 году, перед началом одного из матчей с участием «Спартака», у входа в вип-ложу встречаю президента РФС Вячеслава Ивановича Колоскова. Разговор сначала зашел о молодежной сборной. Поговорили и о перспективах нашей главной команды. Которая к тому времени, проиграв грузинам, почти утратила шансы пробиться в финальную стадию европейского первенства. Вдруг Колосков говорит: «А что, собственно, «молодежка»? Может, поработаешь с основной сборной?» Отвечаю: «Возможно, это подходящее предложение».

Признаюсь, было неожиданно. Потому что я после расставания с «Ротором» в командах мастеров не трудился и даже на тот момент не планировал возобновлять профессиональную работу. Вообще в составе ветеранского клуба числился, я вам уже рассказывал. Пребывал в свободном полете. «Если мы все вместе возьмемся, то шанс есть», – ответил я Колоскову. И все. На этом разговор тогда завершился. Судя по всему, Колосков взял короткую паузу, с кем-то советовался, чтобы окончательно решить. Не обошлось здесь и без поддержки моих друзей, среди них люди государственного значения, при должностях. Так, неоценимую помощь оказал тогдашний руководитель Госдумы России Борис Грызлов. Он дал понять, что сборная без внимания государства не останется.

«Есть ли все-таки шанс и возьмешься ли?» – переспрашивал, в свою очередь, шеф Российского футбольного союза. «Шанс имеется, но при одном условии: если дадите карт-бланш на приглашение тех игроков, которых посчитаю нужным позвать в команду», – говорю открытым текстом. То была не бравада, а суровые реалии.

Колосков, в чем я лично убедился, высокого европейского уровня чиновник. Что бы там о нем ни говорили. Ведь разное сообщалось о нем в прессе: что-то, видимо, на правду похоже, а что-то не очень. Но когда мне довелось пообщаться с рядом людей в европейском и мировом футболе, бросилось в глаза: авторитет Колоскова высок, его уважают.

Во время первых сборов назвал состав, в него вошли и многие, казалось, уже списанные предыдущими наставниками игроки. Некоторых даже, если помните, проводили на «заслуженный отдых». Среди них – Онопко, Мостовой, Аленичев, Гусев, Радимов, Есипов… Из новобранцев Булыкина позвал, Алдонина.

До сих пор иногда спрашивают: зачем Булыкина пригласил? Потому что Димка проводил тогда очень хороший сезон в «Динамо». Всегда ведь в футболе ценились могучие, таранного типа форварды. Сейчас тоже такие нападающие востребованы. Пример? Вот Ибрагимовича брали в «Барселону», чтобы оказать мощное давление на оборону соперников. И получалось зачастую классно! Так что кандидатура Булыкина у меня сразу возникла.

Собственно, состав определился, куда важнее, чтобы они все приехали. Общался, к примеру, с Карпиным. Это был один из последних сезонов Валеры в Испании. Он хотел в клубе поиграть, и все. Карпин честно сказал: «Георгий Александрович, мне будет тяжеловато». И никаких между нами обид по сей день. Мостовой сразу откликнулся.

Форсаж пошел, впереди маячила Ирландия. Если ей проигрывали, все, шансов не оставалось. Хотя бы ничья позволяла дальше бороться. Ведь потом – матчи со Швейцарией и Грузией в Москве.

От начала подготовки к матчу с ирландцами и до ответного «стыкового» поединка в Уэльсе все работали в едином ритме. Могу только благодарить за подобную помощь руководство РФС во главе с Колосковым и Тукмановым. Весь штаб, а в его состав вошли еще Дасаев, Бородюк, Чугайнов, Васильков, Вотоловский, Зинченко, представители вспомогательных служб трудились как часы. Надо было только встретить игроков, проводить, объяснить. Абсолютно никаких накладок.

Для кого-то из мастеров приглашение в сборную явилось приятной неожиданностью. Сама по себе обстановка в преддверии встречи с ирландцами несколько напряженная царила. Это и понятно: слишком велика ответственность за результат. В то же время, что отрадно, в команде находились люди, с которыми работал прежде.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии