Мысленно Саймон говорил Люси всю правду.
Конечно, она не знает, что этот роман ненастоящий. Он пытался отослать ее домой. Ведь пытался? Он ясно сказал ей, что она может остаться в Лондоне лишь при условии, что в свете каждый из них будет жить своей жизнью. Только в постели они будут вместе.
Но он причинил ей боль, и осознание этого мучило его. Теперь она будет считать, что не нужна ему, и она теперь с этим прощелыгой Стендишем… Красавец капитан использовал слабое здоровье матери как предлог, чтобы не воевать за свою страну, а вместо этого проводил время в Лондоне, соблазняя наивных женщин, каждая из которых верила, что она его последняя романтическая любовь перед отъездом на войну.
Пока эти двое танцуют, он мог не беспокоиться. Однако он вспомнил, что леди Уэксфорд – задушевная подруга матери Стендиша. Несомненно, именно так Люси и познакомилась с капитаном. Все это весьма пристойно, так что тревожиться ему не о чем.
Танец окончился, и Саймон ждал, что Стендиш отведет Люси обратно к леди Уэксфорд и мисс Мэтьюз. Вместо этого они повернули к террасе. Нет! Он сделал шаг вперед, но цепкие руки Изабеллы на его рукаве остановили Саймона. Он посмотрел на эту женщину, заметил ее досаду и надутые губки, которые наверняка целовало множество мужчин… Глаза ее сверкали предостережением. Если он сейчас покинет ее, то потеряет ее расположение… возможно, навсегда. Он заколебался.
Стендиш отступил, пропуская Люси перед собой и двери террасы. Очень хорошо. Если они задержатся там более чем на пять минут, он пошлет кого нибудь на поиски жены. Например, слугу. Или леди Уэксфорд.
В этот миг он поймал хищный похотливый взгляд Стендиша, которым тот окинул удаляющуюся фигуру Люси.
Самообладание Саймона рухнуло. Глаза его не отрывались от мужчины, шагнувшего на террасу вслед за Люси. Он вырвал руку у Изабеллы и, не обращая внимания на ярость, исказившую лицо итальянки, стал пробираться сквозь толпу.
Люси вдохнула прохладный ночной воздух, наслаждаясь свежестью вечера. Ей нужна была эта минута вдали от людей, и звездное небо над головой давало ей возможность прийти в себя. Она так в этом нуждалась.
Как мог Саймон быть таким бесчувственным? Она слышала перешептывания и видела наглые взгляды. Все вокруг говорили о графе Девингеме и о том, как он флиртует с этой распутницей на глазах у своей наивной сельской жены.
Стыд затопил ее… вместе с досадой на свою жгучую ревность. Изабелла Монтелуччи не была просто потаскушкой. Ее, наверное, следовало назвать дамой сердца. А может быть, дамой легкого поведения.
Она горько рассмеялась, думая о том, как легко публичное пренебрежение Саймона превратило ее в сварливую торговку рыбой. Пусть ругалась она только мысленно. Но она не знала, что ей теперь делать.
Она испытывала какие то очень сильные чувства к своему мужу. Правда, пока не разобралась, какие именно. Его явное предпочтение другой женщины поразило ее в сердце, как удар ножа.
Она услышала, как капитан Стендиш подошел и встал рядом.
– Я подумал, что вы захотите убежать от этого, – произнес он.
Его сочувствие вызвало у нее еще больший стыд, и она зажмурилась, еле сдерживая слезы. Неужели он тоже все понял? Неужели все ее жалеют?
Леди Девингем…
– Вы были правы, – выдохнула она, стремясь вернуть самообладание. – Свежий воздух именно то, что мне нужно.
Он коснулся ее плеча. Миг легкого утешения, пусть не вполне приличествующего, но продиктованного добротой.
– Я могу вам чем нибудь помочь?
Она закрыла глаза, стремясь побороть нахлынувшую слабость, и прошептала:
– Просто побудьте со мной минуту, пока я приду в себя.
– Конечно.
Они стояли молча и слушали приглушенные звуки оркестра, отдаленный цокот копыт где то возле конюшен.
Вдруг из бального зала раздался чей то резкий смех, нарушив тихий покой ночи. Люси вздрогнула.
– Успокойтесь, – проговорил Стендиш, снова коснувшись ее плеча. – Никто не знает, что мы вышли сюда.
Она глубоко втянула в себя воздух.
– Вот и хорошо.
Он наклонился ближе к ней.
– Он вас не стоит. Вы ведь это знаете.
Она резко повернула к нему лицо:
– Вы видели?
– Да, – кивнул он. Его голубые глаза смотрели на нее с симпатией.
Она перевела взгляд на свои руки, вцепившиеся в каменную балюстраду.
– Как я понимаю, это видели все.
– Ваш муж негодяй, раз бросает молодую жену таким манером. Он явно не понимает, какое сокровище ему досталось.
– Вы очень добры, – произнесла она, давясь словами и не глядя на него.
– Вас надо боготворить за вашу красоту. Вас должен обожать мужчина, который вас ценит. – Его рука погладила ей спину. Ошеломленная Люси подняла на него глаза. Теплый и страстный взгляд смутил ее еще больше и встревожил.
– Капитан Стендиш…
– Майкл.
– Капитан Стендиш… – снова начала она.
– Боже, как сладко вы пахнете. – Он наклонился и прильнул губами к ее плечу.
– Капитан! – Она повернулась к нему лицом, намеренная твердо поставить его на место, но он, неправильно ее поняв, просто сжал ее в своих объятиях.
– Милая Люси! – И он прижался ртом к ее губам. Люси боролась, стараясь оттолкнуть его, но он был силен, и жадный его рот настойчив.